На крыльях времени

Прошло четверть века с той поры, когда Земля содрогнулась от страшного взрыва мирного атома, прогремевшего в центре Европы. Чернобыльская катастрофа, величайшая по масштабам XX века, незримо внесла коррективу в будущее Беларуси, жизни и судьбы тысяч людей.


Чернобыль – наша боль. Боль белорусов, украинцев, россиян и всего человечества. С ней нам придется жить еще не одно десятилетие. Время лишь подтвердило мужество и благородство наших народов. Как бы ни было трудно, мы не отчаялись, мы выстояли…


В те дни, когда серия взрывов полностью разрушила 4-й реактор самой мощной атомной станции в СССР, несколько сотен пожарных и бригад спасателей в течение двух недель сражались с пожаром. Однако основным поражающим фактором этой аварии стало радиоактивное заражение. Страшно даже подумать, какими могли быть последствия той аварии, если бы на ее пути, выполняя свой служебный и гражданский долг, живой стеной в первую шеренгу, не колеблясь ни секунды, не встали спасатели-пожарные. В нашем городе также живут те, кого мы с гордостью называем «спасатели». Нашим землякам есть что вспомнить и о чем рассказать в назидание потомкам.


Десять минут – и целая жизнь


Василий Степанович ИЛЬЮК, майор внутренней службы в запасе:


– В то время я был курсантом  Львовского пожарно-технического училища МВД СССР. 30 сентября 1986 года в 15.00 на построении командир дивизиона майор внутренней службы А.Н.Фетисов спросил, кто желает добровольно поехать на ликвидацию аварии на ЧАЭС. Желание изъявил весь личный состав. Командиру было непросто выбрать трех человек. Тем не менее, выбор пал на меня и еще двух курсантов: Александра Свентицкого и Ивана Божко. Так же отобрали курсантов еще в двух дивизионах. Старшим группы из 10 человек назначили старшего преподавателя пожарно-тактической подготовки майора внутренней службы А.В.Судницина. На сборы отводилось полдня. Были получены командировочные удостоверения, сухой паек, новое обмундирование, туалетные принадлежности.


31 сентября нас доставили в административное здание станции. Встретил главный инженер ЧАЭС (фамилии, к сожалению, уже не помню). Он объяснил, что при взрыве 4-го реактора была повреждена вентиляционная труба, имеющая 4 площадки, на которых в результате взрыва разбросаны радиоактивные вещества, и что все это надо сбросить вниз. Нас проводили в убежище, расположенное под административным зданием ЧАЭС. Оно было приспособлено для проживания. Там уже находились военнослужащие, призванные из запаса. Потом был ужин. Окна в столовой были закрыты свинцом. Поварами были офицеры МВД.
1 октября 1986 года после завтрака нам выдали обмундирование, сапоги, прошедшие дезактивацию, и индивидуальные дозиметры. Свою одежду мы оставили в раздевалке. Нас провели на верхний этаж помещения, где стояли мониторы, на которых были видны крыша и вентиляционная труба 4-го реактора. Там уже работали солдаты. В крыше сделали проем, в него была вставлена 3-коленная пожарная лестница, по которой мы поднимались наверх. Я с напарником очищал вентиляционные трубы на 2-й площадке. Работали по времени: сирена – туда, сирена – обратно, всего – по 10 минут. Каждый сделал по одной вылазке. Пребывание длилось примерно до 13.00.


На станции в целом провели сутки. Потом было построение, на котором каждому вручили Почетные грамоты Президиума Верховного Совета СССР и зачитали приказ о денежной премии в размере 800 рублей. Мы сдали свои дозиметры. После проверки на приборе выдавалась каждому справка о полученной дозе облучения. Всем записали 22 рентгена. После этого мы долго мылись в душе. На выходе из душа стоял специалист с дозиметрическим прибором. Человека вновь обмеряли с ног до головы и отправляли назад мыться (всем пришлось мыться трижды). Потом переоделись, пообедали, сели в автобус, который повез нас обратно. Перед вылетом в Киев прямо на поле сфотографировались на фоне вертолета с генерал-полковником. В Киеве поселили в гостиницу, где прошли тщательное обследование у врача-терапевта (давление, сердце, и т.д.). Тогда молодые наши сердца переполняли героизм и отвага. Спустя же некоторое время удалось переосмыслить и переоценить действия – очистка кровли 4-го реактора станции от продуктов распада была соизмерима временем: 10 минут – и целая жизнь…


Последующее обследование проходили в течение трех недель в республиканском госпитале МВД УССР. После краткосрочной командировки вернулись в училище. Все добровольцы были представлены к награде: медали «За отвагу на пожаре».


***
С того времени, когда за десять минут работы на кровле 4-го реактора на кон была поставлена целая жизнь, Василий Степанович Ильюк посвятил внутренней службе в системе ГРОЧС 26 лет. Вырастил сына и дочь (дети – студенты). Отслужив свое, ветеран-спасатель считает, что есть еще порох в пороховницах, а потому в ближайшее время сможет приступить к работе в системе Департамента охраны МВД Республики Беларусь.



Кто сказал, что земля умерла?..


Анатолий Маркович ГАПОНЕНКО, полковник внутренней службы в запасе:


– В первые месяцы после аварии на ЧАЭС я, будучи начальником военизированной пожарной части № 17 Мозырского НПЗ, не принимал участия в ликвидации последствий аварии или обеспечении работ по тушению пожаров в зонах отчуждения и отселения. Однако с созданием военизированных пожарных частей в Хойниках, Наровле, Брагине и Комарине в октябре 1986 года был назначен на должность заместителя начальника самостоятельной военизированной пожарной части (СВПЧ) города Хойники, и тогда приходилось выезжать на тушение лесных и торфяных пожаров в зону отчуждения. Работали круглосуточно.
В ноябре 1986 года руководством Управления внутренних дел Гомельского областного исполнительного комитета мне было предложено возглавить пожарную службу Брагинского района, а это СВПЧ городского поселка Брагин и ПВПЧ (подчиненная военизированная пожарная часть) поселка Комарин. Весна 1987 года, несмотря на обилие воды на торфяниках и в лесу, не давала нам тогда передохнуть. Зоны отселения и отчуждения заросли травой, которая была выше человеческого роста, а местами даже сравнялась с крышами строений. В осушительных каналах и озерах было много рыбы, и жители Чернигова и ближайших деревень устремились в зону на рыбалку.


Неосторожное обращение с огнем обернулось массовыми пожарами, которые отняли у пожарных немало сил и здоровья… Вспоминается случай 13 апреля 1987 года, произошедший на торфяниках в районе деревни Колыбань Брагинского района. Личный состав дежурного караула готовился к обеду, когда прозвучал сигнал тревоги. Я выехал вместе с ними. Прибыв к месту пожара, увидел, что огнем охвачена площадь более 100 га, пожар приближался к лесу и деревне. Сил, конечно, было мало. Одна машина защищала лес, вторая – деревню. Вокруг дым, гарь, было трудно дышать. Респираторы быстро забивались копотью, их приходилось менять через каждые 15-20 минут работы. А огонь, как живое существо, постоянно обходил нас, и зачастую мы оказывались в его окружении. Тушение производили ветками, лопатами, так как машины нельзя было использовать на болотистой местности. Пожар в деревню и лес мы не пустили – подоспели трактора с плугами из ближайших колхоза и лесхоза, а также личный состав воинской части.


Однако испытания для нас тогда не закончились. Возвращаясь в расположение части, где-то около 18 часов со стороны деревни Залесье, которая находилась в десятикилометровой зоне, опять заметили столб дыма. Подъехав поближе, увидели, что на одной из улиц горят постройки. Огонь по траве переходил на другие строения. Распространение огня было остановлено благодаря умелым и самоотверженным действиям пожарных. Когда наступили сумерки, со стороны деревни Чикаловичи мы опять увидели зарево. Часть техники была направлена на тушение пожара. Горело около 19 домов и столько же надворных построек.


Оперативно произведя разведку, установили, что пламя распространяется вглубь деревни. С большими усилиями огонь удалось остановить. Дома горели, как свечи, в атмосферу поднимались клубы радиоактивного дыма и пыли. Пожар удалось локализовать только спустя сутки. Одновременно на украинской территории с огнем сражались наши коллеги – пожарные Чернобыля.


При расследовании причины пожара комиссией МВД СССР, в работе которой принимал участие и я, было установлено, что он произошел от неисправного тепловоза, следовавшего со станции Яков на станцию Колча. Все спасатели работали самоотверженно, понимая, что от подобных пожаров уровень радиации значительно повышается. После сухой травы начали гореть торфяники на возвышенных местах. Уже в мае 1987 года огнем была охвачена площадь более 70 га. В их тушении только в Брагинском районе принимали участие бригады спасателей со всей республики. Работали по 10-14 часов в сутки практически все лето и осень, так как пожары возникали почти каждый день, особенно частыми были лесные пожары. Все повторилось и в 1988-м, и в 1989 годах…


Было трудно, но мы справились. Не зря же на знамени спасателей написан девиз: «Профессионализм. Отвага. Честь». Апрель 1986 года для белорусского народа явился точкой отсчета новой жизни. С этого дня прошло много лет, но в памяти надолго останутся дни напряженного ожидания сообщений о событиях на Чернобыльской АЭС, героизм тех, кому пришлось первыми принять на себя удар вырвавшейся из-под контроля радиации, их подвиг.


***
Службе в системе МЧС Беларуси Анатолий Маркович Гапоненко посвятил 30 лет. В настоящее время продолжает трудиться в должности ведущего инженера в Мозырском филиале «Беларуснефть-Гомельоблнефтепродукт». Награжден медалью «За смелость, отвагу и самоотверженность, проявленные при тушении пожаров, спасении людей, государственного имущества от огня».
Мы гордимся вами, земляки!..