Вверх по лестнице, Вниз по лестнице – И опять мы отводим свой взгляд… Вверх по лестнице, Вниз по лестнице – Кто-то к небу, а кто-то – назад…

Личное с   Ларисой ЦВЕТАЕВОЙ

Искренне говорю я, истина: мир велик, ну, а ты – одна

Начну с притчи. Она называется «Поддержка». Двое тяжелобольных мужчин делили одну больничную палату. Одному из них разрешали садиться на час один раз в день для дренажа легких. Его кровать находилась возле единственного в палате окна. Другой должен был все время лежать на спине. Мужчины разговаривали беспрерывно, целыми днями, они говорили о своих женах, детях, домах, работе, рассказывали о случаях из своей жизни, о том, в каких странах успели побывать и что видели. Каждый день в послеобеденное время, когда мужчине возле окна разрешали садиться, он в деталях описывал соседу то, что видел за окном. Со временем мужчина, вынужденный все время лежать, начал с нетерпением ждать этих рассказов. Глазами соседа он мог видеть все, что происходило за окном, и наслаждаться картинами, образами, действиями внешнего мира жизни. Окно выходило в парк, разбитый у красивейшего озера. Утки и лебеди плавали по нему, а дети играли со своими корабликами у кромки воды. Влюбленные, держась за руки, гуляли среди ярких цветов. Это был пейзаж с вековыми могучими деревьями и видом на город. Пока сидящий возле окна мужчина описывал все в мельчайших подробностях, его товарищ закрывал глаза и представлял себе эту красочную картину. Один раз сосед описал ему парад, проходивший под стенами госпиталя, и, хотя лежачий больной не слышал оркестра, он смог увидеть внутренним взором все то, о чем рассказывал его товарищ по палате.

Проходили дни и недели, и как-то утром медсестра, зашедшая в палату для проведения процедур, обнаружила безжизненное тело пациента у окна. Больной заснул и ушел из жизни прямо во сне. С большой грустью она сообщила эту печальную новость второму мужчине и позвала санитарок, чтобы забрали тело. На следующий день лежачий пациент попросил, чтобы его перевели к окну. Медсестра с радостью поспешила выполнить желание больного и перевезла его кровать на новое место. Убедилась, что ему удобно, и оставила одного. С огромным напряжением и болью человек приподнялся, опираясь на руки, чтобы впервые за много дней увидеть внешний мир. Теряя последние силы, он постарался выглянуть в окно и увидел… стену соседнего здания. Растерянный и расстроенный, он спросил у медсестры, что подвигло его бывшего соседа рассказывать о тех чудесных вещах за окном, которых не было и быть не могло.

Медсестра ответила, что умерший был слепым и не мог видеть даже стену за окном. Она сказала:

—Может, он просто хотел поддержать вас…

Это безграничная радость – облегчать боль другим, несмотря на свою собственную. Разделенное горе уменьшает печаль, а разделенная радость удваивается.

Для чего я об этом написала? Да все просто. Мне хочется, чтобы хоть одна душа в этом подлунном мире, прочитав ее, изменилась к лучшему: мрак сменился светом, зло – добром, низменное – великим, ведь не плоть, а дух делает человека великим – априори. Каждому из нас решать, какую дорогу выбирать, по какому созвездию ориентироваться. Грешные и святые, сложные и простые – любим и ненавидим: каждый себе судья… У Булата Окуджавы есть на этот счет прекрасные строчки: «Не сольются никогда зимы долгие и лета: у них разные привычки и совсем не схожий вид. Не случайны на земле две дороги – та и эта, та натруживает ноги, эта душу бередит. Хоть разбейся, хоть умри – не найти верней ответа, и куда бы наши страсти нас с тобой не завели, неизменно впереди две дороги – та и эта, без которых невозможно, как без неба и земли».

Знаю одну женщину, сердца столь великого, что впору подивиться: какие такие животворные соки его подпитывают?! Ведь годы идут, силы тают, а величина его доброты остается sedes stabilis – неизменной, постоянной. Вот так Божий поцелуй! Один лишь случай расскажу, ординарный, как считает мой друг. Придя однажды в больницу, чтобы навестить свою знакомую, она невольно стала свидетелем случая, поставившего своего рода грань между жизнью и смертью. Надо же такому было случиться: одной из больных срочно понадобилась кровь для переливания. Группа была редкая – первая, и моя добрая фея без колебания сказала врачу: «Возьмите мою. У меня именно такая…» Люди, подобные моему другу, из особого теста сделаны. Им и в голову не придет подумать: чужая беда – не моя. Все как раз наоборот: а хорошие сердца болеют чаще – за себя и за других они болят… И такой случай был. В печальную минуту жизни чужой этот добрый земной ангел срезала в огромной домашней теплице все розы, продажа которых пополняла скромный семейный бюджет, и принесла их в тот дом, где было горе, — к людям, к которым просто хорошо относилась: пусть память будет яркой…

И солнце померкло бы, знаю, не будь на земле такой сердечной, бескорыстной теплоты людской. Кто-то со злым сердцем в день всяк сущий входит, а чье-то мироточит любовью, словно чудотворная икона… Известное дело: вверх по лестнице, вниз по лестнице – и опять мы отводим свой взгляд… Вверх по лестнице, вниз по лестнице – кто-то к небу, а кто-то – назад…

Для другой моей знакомой этой дилеммы – с каким сердцем в мир входить ежедневно: опустошенным ли, бедным ли, а потому и злым, иль с тем, что начинает само задыхаться от боли чужой, ибо оно нравственно высокое, морально чувствительное, что вторит набатом в тот миг, в тот час, когда кому-то облегченно вздохнулось, — не существует… «Когда от раны боль остра, пусть день там или ночь, добро идет, спешит добро тогда тебе помочь… Омоет рану, ободрит, подшутит над тобой. И… словно рана не болит, и жажда – снова в бой!» Как-то моя знакомая находилась на лечении в больнице. Случайно заглянув в соседнюю палату, она увидела одинокую худенькую старушку с большой печалью в глазах. И почему-то сами собой сорвались с губ слова:

—Бабушка, может, вам чем-нибудь помочь?

Так эта добрая душа стала для одинокой старенькой женщины из Лельчицкого района всем на свете: человек человеку Бог, коль знает долг. Ну и что, если всего лишь на две недели: доброта – понятие не временное. Она помогала старушке самым бесценным, что может дать человек, — вниманием. Ах, до чего оно незамысловато! Подаст водички испить, из больничного буфета принесет свежую булочку и шоколадку и свято скажет: «Это меня угостили, а я с вами поделюсь…» Или добрую семейную историю расскажет. Про некрасивого котенка, которого совсем маленьким кто-то выбросил на улицу холодным зимним днем… А она, эта ангельская земная душа, его подобрала и выходила. Поила молочком из пипетки. Для этого несколько раз за ночь поднималась. А еще про то расскажет, что соседи, зная ее сердобольную душу, подбросили под двери ее квартиры еще слепых котят. И она их тоже впустила в свой дом – не погибать же четвероногим малышам! Как не пожалеть беззащитное существо? Котята выросли и стали радовать добрую хозяйку своей беззаботной жизнью. Или о том поведает она старенькой женщине, заглянув в ее палату на минутку, как радуются – до поздней осени! – все жители ее подъезда цветочному морю.

—Так это ты сама, что ль, цветами двор украсила? – поинтересовалась бабушка. Мой добрый друг в ответ только головой кивнула.

—Но в доме же столько много людей живет, что же ты одна за всех стараешься? – не понимает старушка.

—Просто мне это нравится, — слышит она.

Только подумайте: нравится! Когда вспыхивает свет в других погасших было уже глазах, когда оттаивает чья-то душа, согретая добрым теплом людским, когда в тысячу солнц засверкает вновь обретенная радость, когда спасется слабый, когда затянется чужая рана, когда глоток свежей воды оживит потрескавшиеся от жажды губы… Это же какой феномен: отдавая, богатеть! Мерой этой величины – добротой – всегда измеряется человек. Все 2000 лет – Anno Domini. Как говорили латиняне, хорошо делает тот, кто делает хорошо другому.

Это было много лет назад, но я не забыла людскую доброту до сих пор: это невозможно! Как-то летним утром возле редакции мое внимание привлекла одна женщина. Точнее, не она сама, а собачка, которая верно семенила следом за хозяйкой: вместо ножки у нее был протезик. Мое любопытство заставило меня задержаться.

—Что случилось с вашим маленьким четвероногим другом? – поинтересовалась я.

—Она родилась без ножки. Таксу хотели усыпить, но мы забрали ее к себе, сделали специальный протезик, и вот уже 12 лет мы гуляем вместе, — пояснила женщина.

Она продолжила прогулку. За ней, радостно виляя хвостиком, бежала счастливая такса. А я еще долго смотрела им вслед. Не знаю, почему, но на душе у меня было очень хорошо, тепло и радостно: как славно начинается рабочее утро!

Я уже писала об этом, но вновь мне хочется сказать слова, идущие от сердца этому человеку. Возле подъезда дома, где я живу, всегда цветут цветы. Летом – петуньи, лилии, маргаритки, астры, а ранним зимним днем горделиво и впечатляюще стоят, как храбрые солдатики у последней черты, последние цветы поздней осени – хризантемы. Они были посажены по весне добрыми руками одной доброй женщины по имени Любовь. Какое имя, такие и дела. Из года в год Любовь сама вскопает клумбу, сама цветочки посадит – на радость всем! Кто мимо проходит, невольно взгляд остановит: это чья же добрая душа так всех радует? Все так: вверх по лестнице, вниз по лестнице – и опять мы отводим свой взгляд… Вверх по лестнице, вниз по лестнице – кто-то к небу, а кто-то – назад…

Эта история меня потрясла до глубины души. С одной молодой, известной в городе женщиной случилась великая беда. Врачи так и сказали ей: мужайтесь, у вас онкология. В связи с этим мне невольно вспомнились слова Конфуция: «Не беспокойся о том, что люди тебя не знают, но беспокойся о том, что ты не знаешь людей». Собрав все телесные и духовные силы, она стоически держалась, осеняя себя постоянно молитвой-надеждой: «У меня все будет хорошо!» Поддержка родных и близких служила ей той самой таблеткой от депрессии, о которой так точно сказала известная писательница Дарья Донцова. Онкология, кроме мужества, силы воли, требовала еще и большого терпения, когда приходится переносить тяжелые медицинские процедуры – лучевую и химиотерапию. Онкология – это серьезный диагноз, и к нему надо серьезно относиться. Так вот, молодая женщина, получив очередной курс химиотерапии в Гомельском областном онкодиспансере, вышла на улицу, собираясь ехать домой. За ней должен был подъехать муж, но он опаздывал, а до остановки, где можно было поставить машину, было небольшое расстояние, и его надо пройти. Сделав несколько шагов, она почувствовала, что теряет сознание: перед глазами все поплыло, и женщина упала на землю, отойдя лишь несколько шагов от двери больницы… Мимо проходили люди… Когда ей стало чуть легче, то полузакрытыми глазами она считала: один, второй, пятый, десятый человек прошел мимо, но никто не склонился над лежащей на земле женщиной в легком платочке на голове… Никто не спросил: «Вам плохо?» Сколько минут прошло, пока она сама смогла стать на ноги, сказать трудно. Едва преодолев небольшое расстояние, она увидела спешащего ей навстречу мужа. Женщина ничего не сказала ему, лишь дала волю слезам…

Еще один пример из этого же ряда – бездушия человеческого. На скамеечке, поджав под себя ноги, на одной из остановок по ул.Мира лежал не старый еще годами мужчина. Все те, кто дожидался транспорта, не обращали на этот факт никакого внимания: пьяный, возможно! Выйдя ранним утром из дома на работу, он здесь, на автобусной остановке, вдруг почувствовал себя плохо… Когда приехала «скорая» – кто-то нашелся из сердобольных людей и позвонил на станцию, — увы, помочь человеку медики уже не смогли: было поздно.

Люди, что с нами происходит? Что случилось с нашими сердцами? Почему у некоторых они заполнены пустотой, а не благом, добром, милосердием? Откуда истоки такого ужасающего равнодушия друг к другу? На эту тему можно рассуждать бесконечно, я же хочу сказать вот о чем. Когда душа перестает болеть – это плохой звоночек: значит, вы теряете себя. Как личность. Как человека, созданного по образу и подобию Божиему… А я хочу дышать с тобою рядом, человечья теплая душа! Наше безразличие к чужому горю – это страшный симптом духовной болезни: что-то, значит, не так у нас с сердцем. Потому как если оно нормальное, оно должно болеть за все живое и, конечно же, спешить на помощь тому, кому плохо, очень плохо сейчас…

Вверх по лестнице, вниз по лестнице – и опять мы отводим свой взгляд… Вверх по лестнице, вниз по лестнице – кто-то к небу, а кто-то – назад… Спешите, заклинаю, делать добро – оно залог вашего счастья! Как огромно даже самое маленькое оно – до самого горизонта! Это чье-то сердце, вдруг ровно забившееся. Это чьи-то вспыхнувшие радостью глаза, уже было померкшие… Как просто и как сложно понять, что кому-то голодно, холодно, больно, одиноко… Это и есть та самая лестница, по которой мы должны сердцем своим подниматься вверх. Это и есть работа для души – открыть себе простую вещь: все, что живое под куполом небесным, должно жить! И давайте помогать друг другу в этом. Как не помочь человеку, если ему плохо? А барометр здесь один – душа наша, душечка. Если перестала она болеть, сопереживать, мучиться – нет человека. Потому что, по большому счету, его и отличает от мира остального вот это – умение понимать, что кому-то может быть больно. Недобрые люди сожгли дом Божий на земле – храм Георгия Победоносца когда-то в городе. А добрые прихожане, не ропща, молча, собрали деньги на его восстановление – не бывает Господь попираем! Просто так, по велению сердца, несут добрые люди в дошкольный детский дом, в городской приют все, что обрадует обделенных счастьем детишек: книги, одежду, игрушки, конфеты… Сердце у них доброе и светлое!

Начала с притчи и закончу свое раздумье ею. Называется она «Роза сердца». Обратился человек к Мудрецу: «Мудрость твоя так велика, что ты можешь дать объяснение любому явлению. Объясни мне, что со мной происходит?» И человек стал делиться своими ощущениями: «Раньше жил я беспечно и не замечал ничего, а может, и не хотел замечать, но услышал я однажды свое сердце, и не просто его биение в груди, а нечто иное, никогда ранее не ощущавшееся мной, словно что-то отрывается от него и падает…» «Ты запомнил те моменты, когда случается это?» — спросил Мудрец. «Я заметил, но не смог объяснить, — ответил человек. – Когда я совершаю неблаговидный поступок, даже тогда, когда только мысль, но мысль плохая, проносится в моей голове, что-то отрывается от сердца и исчезает, а на сердце образуется рана. Со временем она заживает, но, словно рубец, остается на том месте, откуда что-то оторвалось, и это не просто шрам, который можно спрятать, это боль, от которой не укроешься. Ты можешь объяснить мне происходящее у меня в груди?»

Посмотрел Мудрец в глаза спрашивающего и сказал:

— Открытый у тебя взгляд, бесхитростный, значит, и ум твой открыт для истины. Слушай, я поведаю тебе легенду, которая родилась в горах. Сотворил Бог человека и сделал его красивее всякого животного, наградил Он его и красивым телом, и красивым лицом. Все сделал в нем красивым. Только внутренние органы оставались такими же непривлекательными, как и у животных. Бог посмотрел на них и сказал: «Они сокрыты от глаз, а потому неприглядность их не вызовет дурного чувства в человеке. Он будет знать об их существовании и полезности, и этого для него будет достаточно». Но сердце в том виде, в каком оно было у животных, не понравилось Богу. «Людское сердце вмещает в себя то величие человеческих чувств, которым не обладают животные. Оно разумнее, чем у животных, — подумал Бог, — ибо оно в состоянии творить. Оно не должно быть в виде мешка, собирающего в себя только кровь, я сделаю его в форме цветка, и будет оно не только красиво, но и разумно. В каждый лепесток его я вложу по одному чувству и, соединив все лепестки, сотворю цветок, и будет прекрасно каждое чувство в отдельности, а все вместе они образуют чудесную гамму. И будет этот цветок розой, и назовут его розой сердца, а человек с этим цветком в груди станет лучше, чем животные, разумнее и величественее. И станет он вершиной совершенства всей природы».  И сотворил Бог вместо обычного сердца розу с пурпурными лепестками. Рождался ребенок, и лопались чашелистики, сдерживающие лепестки, и появлялся бутон, который по мере роста человека рос сам и распускался. Но жил человек не совсем так, как задумывал Бог, и совершал он неблаговидные поступки, нанося вред себе. И стали облетать лепестки с розы его сердца. И становилась некогда полная прекрасная чаша пурпурной розы сердца полузавядшей, полуоблетевшей, полуживой-полумертвой. Мало кто из людей доходит до конца жизни с красивым, живым, не увядшим цветком сердца. Большинство теряет лепестки прекрасного по жизни и остается на пороге смерти с голым черенком, покрытым шипами и единственным, еле приметным лепестком души, который не подвержен смерти. Это — лепесток вечной Божественной души, который никогда не облетает, он переходит из жизни в жизнь и при каждом новом человеческом рождении обрастает новыми прекрасными лепест­ками, сотворяя розу человеческого сердца. Вновь и вновь, наделяя человека своим разумом, разумом сердца, оно дает возможность вразумления. И бу­дет бесконечен круговорот рождений человека, пока он не достигнет духовного совершенства, и тогда рожденный в его груди цветок не потеряет ни одного лепестка. Тот, кому удается вырастить розу духовных чувств в своей груди, становится подоб­ным Богу и поднимается на высшую ступень, чтобы творить только прекрасное.

Все понял человек, все осознал, и скорбь сошла на его лицо.

—О чем ты скорбишь? — спросил Мудрец.

—Я понимаю теперь, как много лепестков я рас­терял по дороге жизни, и ничто не поможет мне вернуть первозданность цветка моего сердца, — ответил опечаленный человек.

—Это великое горе, но не то, по которому пла­чут. Начни жизнь по-новому, — посоветовал Му­дрец, — и ты увидишь, что с каждым добрым словом оживает лепесток, с каждым хорошим поступком нарастает новый. Праведной жизнью своей ты не только вернешь потерянное, но приобретешь но­вое, и может случиться так, что станет чаша твоего цветка больше, а лепестки ее красивее и светлее, и может даже произойти такое, что из цветка пурпурно-алого цвета станет он желто-золотым, а возможно, и сияюще-белым. Но такой цветок появ­ляется в груди тех, кто посвящает себя и свою жизнь великому Преображению.

—Великая тайна открылась перед человеком, и, поблагодарив Мудреца, пошел он по другому пути, трудному и жертвенному, потому что появилось у него огромное желание вырастить в груди своей сияюще-белый цветок Божественного сердца.

Благодеяние для себя — разрушает, благодеяние для других — творит.

 

Вверх по лестнице, Вниз по лестнице – И опять мы отводим свой взгляд… Вверх по лестнице, Вниз по лестнице – Кто-то к небу, а кто-то – назад…: 1 комментарий

  • 13.08.2012 в 14:59
    Permalink

    Спасибо Вам за добрые мысли.

    Рейтинг комментария:Vote +10Vote -10

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *