Человек — большое сердце, или Жить чуть-чуть для себя и много для других

Рано или поздно приходит время, когда семья сталкивается с неизбежным вопросом, как ухаживать за немощными или попавшими в сложную жизненную ситуацию близкими. Порой приходится выбирать: оставить работу или найти помощника, который бы присмотрел за родным человеком. Социальный работник в этом случае — надежный и, что для многих немаловажно, самый бюджетный вариант.

В Мозыре и районе 1193 человека находятся на соцобслуживании на дому, 240 из них одиноки. Соцработников у нас 130.

2.20 на общение

О соцпомощи на дому знаю не понаслышке: когда моя бабушка никак не соглашалась переехать из деревни к нам в город (здоровье подводило), было договорено, что за ней присмотрит соцработник. Более чем через 10 лет знакомства с представителем этой, как теперь понимаю, гуманнейшей профессии решаюсь тоже заняться социальным патронажем. На один день.

В Мозырском территориальном центре социального обслуживания населения пошли навстречу —  инспектор отделения социальной помощи на дому Ирина Куприяновна Богданик подробно ввела в курс дела, и уже на следующий день я получила личного наставника Ларису Михайловну Савченко, которую позже просила меня не жалеть и использовать, ровно как свою правую руку.

При всей кажущейся простоте услуг  обязанности соцработника довольно специфические, требующие определенных знаний и жизненного опыта, однако на эту должность берут любого человека, прошедшего медицинское освидетельствование. И ясно почему: желающих ухаживать за чужими стариками за мизерную зарплату не так уж и много. (По данным национального статистического комитета, самую маленькую зарплату по стране получили именно работники, оказывающие населению социальные услуги. У моей новой знакомой, Ларисы Михайловны, например,  последняя зарплата равнялась 2 млн. 50 тыс. руб.).  Это труд для ответственных, безотказных, добросовестных, трудолюбивых. Равнодушных, неорганизованных здесь не приветствуют. Сталкиваясь с вопросами не столько бытового характера, сколько психологического, многие не выдерживают. Ни один диплом не помогает. В отделении говорят так: если продержался несколько недель, будешь работать годами. С другой стороны, ходят толки об эмоциональном выгорании соцработника. Психологи объясняют, что скорость этого процесса не зависит ни от оплаты труда, ни от образования, ни от умственных способностей — от отношения к работе.

— У нас действительно замечательные люди. Не считаясь с личным временем, ни одну просьбу подопечных не оставляют без внимания — боятся обидеть. Вообще, все вопросы стараемся решать полюбовно, —  рассказывает Ирина Куприяновна.—  Жалоб практически нет, одни благодарности. Особенно много их в адрес опытных, проработавших более 20 лет Л.С.Экстер, Л.М.Черноштан, О.П.Мишоты, Л.М.Савчук, Е.В.Радионовой, Л.И.Павлюк, Е.И.Жадько, О.П.Генераловой, Г.С.Домасевич. Но как бы мы ни доверяли своим сотрудницам, обязательно следим за выполнением их профессиональных обязанностей. Навещаем подопечных, беседуем, интересуемся качеством обслуживания, настроением, здоровьем, кроме этого, проверяем документацию: все ли записи из дневника соцработника совпадают с данными тетради взаиморасчетов, находящейся у обслуживаемого. Эти самые дневники, к слову, чрезвычайно облегчают нашим работницам жизнь.

Итак, в моих новых должностных обязанностях — оказание содействия в получении консультативно-информационных услуг, осуществление социального патронажа, в том числе доставка на дом продуктов питания, обедов, медикаментов, промышленных и других необходимых товаров, производство оплаты коммунальных услуг, содействие в уборке помещений, ремонте вещей, химчистке, организация ремонта жилого помещения, обработка приусадебного участка, обеспечение топливом, оказание ритуальных услуг, доврачебной помощи, ведение необходимой документации и др. Есть также ряд дополнительных услуг, которые не входят в перечень бесплатных. К таким наиболее востребованным относятся приготовление пищи на дому, мытье посуды, уборка жилых помещений, стирка и глажение белья, консервирование ягод, фруктов, овощей, квашение капусты, приготовление варенья, уход за комнатными растениями и домашними животными. В сельской местности оказываются услуги по обработке приусадебных участков, укладке дров, уборке вокруг дома и др. Стоят они, признаться, смешных денег. Например, мытье холодильника внутри и снаружи с размораживанием — 6500 руб., глаженье белья за 1 кг — 2500 руб., посадка рассады томатов —  8100 руб. за 100 штук, квашение капусты — 14300 руб. за 10 кг.

Узнала, что периодичность посещения подопечных зависит от группы их двигательной активности, которая определяется врачом. В зависимости от двигательной активности и способности к самообслуживанию граждане делятся на четыре группы снижения двигательной активности. В Мозыре около 70% от числа всех пенсионеров, обслуживаемых на дому, со значительно сниженной двигательной активностью, т.е. III группой. В зависимости от двигательной активности устанавливается время на визит. Так, для пожилого человека с III двигательной активностью отмеряют 2 часа 20 минут, 2.10 — со II, 1.50 — c I.

Право на обслуживание на дому имеют инвалиды I, II групп, неработающие граждане, достигшие шестидесятилетнего возраста, утратившие полную или частичную способность к самообслуживанию, нуждающиеся в уходе, помощи, бытовом обслуживании и имеющие медицинские рекомендации для этого. Вы можете обслуживаться постоянно или временно (на срок до 6 месяцев), а в зависимости от вашего дохода — бесплатно, на условиях частичной или полной оплаты услуг. Стоимость социальных услуг определяется по ценам (тарифам) на платные услуги, устанавливаемым Гомельским областным исполнительным комитетом.
Адрес отделения социальной помощи на дому: ул.Комсомольская, д.1. Тел. 32-97-52.

«Железные леди» по разу в магазин не ходят

У Ларисы Михайловны 9 подопечных, все живут в квартирах. Наша задача на сегодня — не сбиваясь с графика, навестить 4-х.

У Эммы Феликсовны Юрковской по ул.Чехова в Мозыре из родных ни души. Детей, внуков нет. Самые близкие родственники — племянницы — далеко, на ее родине, в Житомирской области.  О себе дают знать редко, впрочем, как и она о себе. Да и звонки не из дешевых —  старательно экономит.
— Откройте: милиция! — у них с Ларисой Михайловной свой позывной по домофону. Вообще, дверь бабушка открывает только ей (по графику —  трижды в неделю) и ближайшим соседям, остальным, считает, небезопасно. И правильно.

С порога жалуется на самочувствие —  низкое давление. Терпеливо выслушивая, беремся за тонометр. Отвечая на мои вопросы о том, довольна ли своим обслуживанием, украдкой присматривается и плачет.

— Привыкла к ней, одна ничего не сделаю, — бабушка восприняла внезапный приход незнакомки в моем лице как очередную попытку «отобрать» у нее Ларису.

Недавно ее инспектор хотела заменить в связи с тем, что бабушка в этом районе у соцработника была одна, остальные — в других частях города. Но пришлось отступить: слишком болезненной была реакция на возможное расставание, как-никак не первый год вместе.

 Доброго Вам, Эмма Феликсовна, здоровья!

Доброго Вам, Эмма Феликсовна, здоровья!

Вернув доброе настроение уговорами, что ее Лариса будет ходить к ней, как и прежде, по дороге выбрасывая пакет с мусором, идем в аптеку и магазин. Кстати, соцработник, предъявив рабочее удостоверение, имеет право обслуживаться здесь вне очереди.

— Когда очень тороплюсь, бывает, прошу пропустить меня первой, а продавец вместо того, чтобы без лишних вопросов обслужить, предлагает спросить разрешения пройти первой у очереди.
Расплатившись за корвалол, аскофен, настойку валерианы, отправляемся в ближайший магазин за продуктами. Кассир, повертев в руках удостоверение, подергивает плечами: до нее такую информацию не доносили. Просим взять на заметку — улыбается, видимо, живо представив взбесившуюся толпу. Нашему люду ведь нынче мало надо для запала. Именно поэтому соцработники стоят в очереди молча — берегут свои нервы. Есть для кого.

«Брест-Литовскую» сметану и свежих булочек не нашли — двинули по магазинам дальше. Не было их еще в трех торговых точках, решаемся предложить бабушке свежий батон и сметану другого производителя. Ускоряем шаг. «Обежав» район, Лариса Михайловна сухо прокашливается — напоминают о себе приобретенный порок сердца, тахикардия.

— Моя работа в буквальном смысле —  моя жизнь. Чувствовать себя нужной, быть в движении, не болеть для меня — отличный стимул, — говорит.

Накапав себе корвалола, заполняет журнал взаиморасчетов. Кстати, практически всегда она делает покупки за свои средства, а после, показывая чеки, возмещает расходы: так удобнее.

Переодевшись, берусь за пылесос и влажную уборку. Половая тряпка, как и тряпицы для вытирания пыли, не поверите, выварена и, похоже, выглажена — 84-летняя бабушка в хозяйственных делах в силах дать фору любой молодой хозяйке. Нужно ли говорить, что у «врожденной аккуратистки» повсюду порядок?

— Часто стираю, — приметив мой одобрительный взгляд, объясняет Лариса Михайловна. — Это у нас платная услуга, на нее бабушка соглашается без обиняков, ведь чистота для нее — первый залог здоровья.

Уговаривает нас отобедать. Мы, естественно, отказываемся, но чтобы не обидеть, присаживаемся на кухне. Просто так, поговорить о жизни. Вспоминаю, что бросила в сумочку конфеты (больше по привычке), — угощаю. А нас в ответ потчуют морсом из малинового варенья. «Мы и абрикосы, и огурцы с помидорами, и салаты разные на зиму катаем», — явно хвастается бабушка. Говорим (конечно, больше слушаем) о челябинских морозах, которые она терпела более 30 лет, о покойном супруге-инженере, о ее удивительно неженской работе «асфальтоукладчицы», о перенесенном инсульте, о том, как 3 года назад накануне Пасхи, снимая гардину, сломала правую руку, о ее любимых красных гортензиях, у которых каждое утро спрашивает, «как им спалоси»…

Появление в доме еще одного чужака — нашего фотокора — снова повлияло на самочувствие. Эмоции, пусть и приятные, в таком почтенном возрасте не всегда полезны… Даем аскофен — помогает. Ведем разговор о чем-то нейтральном — успокаивается. Целует, как родную, приглашает в гости. Обещаю забежать ненадолго, ведь и повод есть — отдать фото на память. В своей старости бабушка во всех смыслах красива, нужно, чтобы она об этом знала.

Вот если бы все были такими же милыми, спокойными и по возрасту рассудительными стариками… Кстати, за обслуживание Эмма Феликсовна платит всего лишь 28600 руб. в месяц.

— Есть подопечные, не довольные тем, что, к примеру, борщ не так, как им угодно, мешаем (да-да), счет не там оплачиваем (надо на почте, — ведь квитанцию дают поменьше по размеру, чем в банке). Некоторые ворчат, когда приступаем к уборке, говорят, что им самим двигаться надо. А как привередничают по поводу продуктов, бравируют своими гастрономическими привычками! Сколько раз забирала для своих нужд купленные  им  продукты — за 13 лет работы стала всеядной… В порядке вещей услышать через закрытую дверь: «Вон! Мне сегодня ты не нужна». Но мы ведь не прислуги… Бывает, даже стоим у плиты, когда к пожилым людям приезжают дети с внуками: обязаны! Был у меня один неприятный случай: купила дедушке на большую сумму лекарств, отдала ему чек, записала в тетрадь — все как положено. Я за порог — тетрадь спрятал, чек затерял и давай жаловаться инспектору, что, мол, его обманула. Чуть разобрались, хорошо, что нашли чек. Дед о своей выходке вскоре забыл, а у меня осадок на душе остался… Но все-таки неоправданно грубое отношение к себе стараешься из памяти стереть. Особенно провожая в последний путь. Я похоронила уже больше 10 человек — это тяжело, когда уходят твои подопечные, ведь многие из них становятся тебе друзьями и мудрыми советчиками.

Что наша жизнь? Вечная занятость и один  выходной?..

За разговором не замечаем, как подошли к дому Владимира Павловича Паращенко по ул. Я.Коласа. У входной двери нас встречает на вид крепкий, улыбчивый, гладко выбритый мужчина, почти с солдатской выправкой — такую замечала разве что у людей военных и начальствующих. И не ошибаюсь: ему 64 года, много лет проработал начальником установки на литовском НПЗ. Перенес 2 операции на тазобедренном суставе, передвигаться на значительные территории теперь ему в тягость, так что о рыбалке и тихой лесной охоте пришлось забыть. Как и о походах в отдаленные магазины.
Берем нехитрый заказ на гречку, колбасу, овсяное печенье, кефир, молоко, молотый перец.

— Павлович — самый неприхотливый подопечный, он никогда не высказывает недовольство  насчет еды.

Его дочка с семьей живет в столице. К отцу в Мозырь не приезжает, не гостит у деда и его 15-летняя внучка Юлия, правда, бывает проездом зять.

— Некогда им. У дочки только один выходной: торгует вместе с мужем на рынке, внучка — артистка, у нее сплошные репетиции, занятия, конкурсы. Поет она замечательно, вот недавно грант взяла на каком-то фестивале, едет в Болгарию. Что она будет делать в Мозыре? Она от поездки в «Зубренок» отказалась. Здесь точно заскучает. Да и видеться мы можем хоть каждый день — через скайп… Стараюсь относиться ко всему без заморочек. Возьмешь близко к сердцу — заболеешь, а зачем и кому это надо? — рассуждает.

Приезду деда в Минске радуются, а тот рад их баловать: в подарки везет ноутбук, планшет, смартфон… С точной периодичностью высылает внучке денежные презенты. Артистке, поясняет, надо хорошо одеваться, она ведь привыкла так: ничего, кроме бутиков (в свои-то 15), не признает.

Пока Лариса Михайловна протирает пол, смотрим запись выступления Юли. И правда, хорошо поет, голосок звонкий. Спрашиваю о соцобслуживании.

— Большое спасибо ей за заботу. Даже муж Ларисы приезжал — привозил в выходной день клубнику. Знаете, приход соцработника очень дисциплинирует: всегда стараюсь при ней выглядеть на все 100, — делится Владимир Павлович. — Моя сегодняшняя главная забота —  заготовка овощей на зиму. Сам я точно не справлюсь.

— Не волнуйтесь, все сделаем, — как всегда, с улыбкой обещает появившаяся в дверях Лариса Михайловна. (О дисциплине. Все-таки есть вопрос, в котором они расходятся — курение. Соцработник яро запрещала курить в квартире, но тщетно: антитабачную политику Владимир Павлович не поддержал.) Его оплата за соцобслуживание — 47700 руб.

Поскольку заданий нам больше не придумали, продолжаем патронаж, идем к терапевтам за рецептами в поликлинику №2.

Лариса Михайловна   контактирует аж с 5-ю врачами своих подопечных. Людмила Андреевна Назарук — одна из них:

— Конечно, если бы у соцработника был один участок, ей было бы проще, да и нам легче. К людям этой профессии мы относимся, как к большим помощникам.

—  Что бы вы еще предложили для оптимизации труда соцработника? Может, ежегодно организовывать курсы по оказанию доврачебной помощи?

—  Медзнания они получают с опытом… Хотя было бы неплохо, — мягко возражает доктор.

— Скажите,   аспирин обязательно разжевывать надо? — спрашиваю уже в коридоре у медсестры.

— Если человек разжевывает обычную таблетку аспирина, всасываемость будет быстрее. Так и для желудка, считается, лучше, — Лариса Михайловна то же советовала Эмме Феликсовне. Видно, действительно, многие знания приходят только с опытом…

…Как хочу я слышать голос, долгожданный голос твой

И снова — в магазин. В «Евроопт». Ищем «Пошехонский» сыр, обязательно от «Савушкин продукт», другой не идет. Здесь Ларису Михайловну тоже знают, поскольку помногу и часто закупает старикам овощи — есть скидка.

К счастью, находим его, хватаем последний кусок, берем еще что-то по мелочам и садимся в «5-ку», едем на ул.Чапаева. Заходим к Валентине Павловне и Евгению Федоровичу Бычковым — сыр для них.
— Как себя чувствуете? — сразу спрашиваем. И неспроста: вчера Лариса Михайловна пробыла у своей соседки (живут в одном подъезде) до позднего вечера, не могла сбить давление.

— Вроде нормально, — улыбается та.

Ей 75 лет, супругу 78, о соцработнице говорят так: нам замены, когда она в отпуск идет, не надо, Лариса для нас свой человек. Она и постирает, и пылесос принесет, когда необходимо.

— Наш сын Сергей за неуплату алиментов сидит.  Я не хотела ему деньгами помогать, потому что он выпить любил. Последний раз в июне его слышала. Посылку он нашу, как сообщил знакомым, получил, а нам не звонит, не пишет. Я переживаю, не случилось ли чего, не заболел ли, не наказан ли, — рассказывает она о своих горестях, заметно разволновавшись.

Измеряем давление: 250/120! И, не обращая внимания на протесты (до ужаса боится прививок), вызываем скорую помощь. Через 10 минут медик на месте. Фельдшер Юрий Черниченко с помощью кардиографа убеждается, что инфаркта нет. Колет клофелин. Ждем. Тихонько беседуем о приятном: любимых внуках, а их трое, о родном Ростове, о 37-летнем стаже работы в детском саду, о горячей любви супруга к собакам.

Как раз Евгений Федосович, несмотря на тяжелое самочувствие жены, куда-то спешно засобирался. Я не сразу поняла, что он совсем ничего не видит: глаукома и катаракта. Ловко обувшись и собрав пакетики, дедушка вышел.

— Пора, значит, собак кормить. Вот уже 30 лет в любую погоду ходит он к реке. Варит кашу с колбасой, кости берет и идет. Однажды на него собаки напали, искусали, долго в больнице лежал. Думали, отвадится. Ан нет.

— Там же дорогу переходить нужно… Как же?  — недоумеваю.

— Не разрешает себя провожать, не желает признавать свою беспомощность. Стесняется.
Давление начало приходить в норму. Валентина Павловна нас пытается усадить за чай с тортом. Мы решительно удаляемся —  ей надо поспать.

В тот день Лариса Михайловна забегала сюда еще не раз, проверяла, не нужна ли ее помощь.
Кстати, Валентине Павловне на следующий день пришла весточка от сына: жив-здоров, закончились деньги, вот по какой банальной причине не мог связаться. Теперь поводов, Валентина Павловна, беспокоиться нет. Берегите себя и будьте здоровы!

Бычковы платят за свое обслуживание 67800 руб.

После быстрого перекуса (Лариса Михайловна поднимается на этаж выше, а я остаюсь ждать ее на улице, смакую мороженое) едем за лекарствами в аптеку на ул.Притыцкого.
В этот момент вспоминаем о еще одной подопечной — Светлане Степановне Потаповой с ул.Советской. В этот день бабушка в зубной поликлинике ставила протезы. После стоматологических процедур чувствует она себя дурно: кружится голова. Поэтому иногда просит проводить до дома. На этот раз, узнаем по телефону, обошлось: бабуля в полном порядке, в состоянии самостоятельно добраться. …А эта бабушка отдает за соцпомощь 25450 руб.

Домой шла мимо магазина. Желания зайти за чем-нибудь вкусненьким, чтобы порадовать, как обычно, своих домашних, не было — устала эмоционально. Да и 6-й или 7-й раз за день стоять у кассы было мне уже не по силам. Но было радостно в душе. Оттого, что от твоих: «Как ваши дела?» — кто-то улыбнулся и пусть на минуту осчастливился. Это ведь так важно, чтобы тебя замечали…

Ольга АРДАШЕВА

С 1 июля в Китае вступил в силу Закон «О защите прав и интересов пожилых людей», по которому забота о стариках отныне для их детей является обязанностью не только в моральном, но и в законодательном аспекте. В документе прописано, что члены семьи обязаны «заботиться о духовных потребностях пожилых людей» и не имеют права «пренебрегать ими или холодно относиться к ним». Преступлением будет считаться дискриминация, оскорбление, плохое обращение и домашнее насилие над пожилыми людьми. Те члены семьи, которые не живут постоянно вместе с представителями старшего поколения, должны часто навещать их (впрочем, насколько часто  — не уточняется). В противном случае родители, считающие себя обделенными вниманием детей, имеют право подать на них в суд. Не забыли авторы закона и работодателей, которым предписано гарантировать права работников на отпуск и посещение родственников, которые находятся у них на иждивении.

Нововведения связаны с тем, что численность пожилых людей в Китае неуклонно растет, а заботятся о них родственники все меньше —  история очень похожая на белорусскую…

Человек — большое сердце, или Жить чуть-чуть для себя и много для других: 1 комментарий

  • 07.06.2014 в 10:06
    Permalink

    это,конечно,всё хорошо,я работаю соцработником.это всё красивые слова,а на деле всё далеко не так и клиенты не все такие пушистые,и когда негде поесть и негде в туалет сходить и руки отваливаются от этих сумок,и выслушай каждую и каждого все их проблемы и маразмы,хочется к вечеру на необитаемый остров,и жить там долго,да ещё за такую мизерную зарплату,да,мы заботимся обо всех,а хочется,чтоб и о нас заботились,сделали бы для нас социальную столовую,где соцработник смогла бы покушать в течении дня,а не мотаться голодной весь день,зарабатывая язву желудка,да что и говорить,никому до нас нет дела,мы только должны и должны,а чтобы о нас позаботиться никому это не нужно,наша работа просто на выживаемость.

    Рейтинг комментария:Vote +10Vote -10

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *