Профессор Владимир Семенович Савенко: «Я сделал в жизни правильный выбор»

Владимир Семенович СавенкоСАВЕНКО – доктор технических наук, профессор, заведующий кафедрой общей физики Мозырского государственного педагогического университета им. И.П.Шамякина, отличник образования РБ. Основатель научной школы. Руководитель научных исследований, входящих в государственную программу  «Функ-циональные и машиностроительные материалы, наноматериалы».  В 2013 г. за разработку способов повышения пластичности технически важных материалов и высокие научные результаты в развитии основ электропластической деформации при скольжении и двойниковании  материалов награжден Почетной грамотой Государственного комитета по науке и технологиям Республики Беларусь. Им получены новые научно обоснованные результаты, которые имеют важное научное и практическое значение для развития физики прочности и пластичности. Хозяйственно-договорная тематика с предприятиями посвящена интенсификации технологических процессов, энергосбережению, улучшению служебных характеристик  выпускаемой продукции. Его работы имеют важное технико-экономическое значение, научные разработки запатентованы, технические решения научных исследований внедрены в производство.

В.С. Савенко широко известен в кругу научного сообщества как Беларуси, так и за рубежом. Его приглашают для чтения лекций, проведения научных исследований в университетах Германии, Голландии.
Он автор более 250 научных работ, монографий, ряда учебных изданий, опубликованных в Беларуси, Казахстане и России, патентов, статей в ведущих научных изданиях в области физики твердого тела и радиоэкологии.

Учитель во втором поколении

– Владимир Семенович, почему, блестяще окончив школу № 1, вы не поехали поступать в престижные вузы Москвы, Ленинграда, Минска, а остались в Мозыре и поступили в педагогический институт? Расскажите о вашем пути в науку.

– В нашей семье было 4 сына, я – самый младший. Так получилось, что старшие братья разъехались по другим городам, а я остался с родителями. Моя мама была директором сш № 9, и она очень хотела, чтобы кто-то из ее сыновей продолжил учитель-скую стезю. В Мозырском пединституте как раз открылся факультет общетехнических дисциплин и физики, куда я и поступил. Так что педагогика – это у нас фамильное.

В 1974 г. окончил вуз с отличием и был принят на работу в качестве ассистента кафедры физики, поступил в Минск в аспирантуру, а в 1982 г. защитил кандидатскую диссертацию  по физико-математическим наукам в институте физики твердого тела и полупроводников АН Белоруссии.

После развала СССР то направление науки, которым я занимался, – «Влияние электрических и магнитных полей на физические свойства кристаллов» – осталось за пределами Беларуси, поэтому началось мое  сотрудничество с  университетами и академическими институтами России, Украины и дальнего зарубежья. Экспериментальные работы в рамках диссертационного исследования я выполнял в Москве. Направление оказалось перспективным не только в научном, но и в прикладном плане. Докторскую диссертацию защищал в Москве.  Имею 2 докторских диплома: один получен в России, другой – в Республике Беларусь.

Владимир Семенович Савенко в лаборатории

1986

– Вы внесли неоценимый научный вклад в исследование проблем, возникших после аварии на Чернобыльской АС. Почему вы обратились к  мало исследованному направлению в науке и потратили на это годы?

– Во время аварии на ЧАЭС я как раз проходил стажировку в Москве в институте физической химии АН СССР.  Совместно с директором института академиком В.И.Спицыным мы работали над статьей для публикации в журнале «Доклады АН СССР» и обсуждали катастрофу в Чернобыле. Так как некоторые ученые из этого института входили в состав государственной комиссии по Чернобылю, я имел возможность из первых уст получить достоверную информацию о том, что же на самом деле произошло.

Вернувшись со стажировки, я посчитал своим долгом заняться проблемами Чернобыля. Мы сконструировали простейший радиометр  и измеряли  гамма-фон в Мозыре.  Его уровни были запредельные по различным элементам, особенно по йоду-131. Измерение осуществлялось круглосуточно, что дало возможность  наблюдать феноменальное явление, которое поначалу не могли объяснить. Составляя график гамма-фона, мы регистрировали  в определенный момент всплески уровня радиации, чего, в принципе, не должно было быть. Потом, глядя в окно на Припять, догадались, что радиационный фон резко повышался в то время, когда по мосту проезжает колонна машин, эвакуированных из Чернобыля. Этот факт показывает, насколько велики были уровни радиации.

– И вас настолько это впечатлило, что вы занялись изучением феномена радиации, написали ряд научных книг?

– Я не жалею, что потратил на это годы, хотя пришлось переключиться на другую научную тематику и отложить защиту диссертации, которую  мог бы защитить  гораздо раньше. Но радиационные исследования были актуальны для нашего региона, поэтому они стали  частью моей жизни.   Я решил заниматься этой проблемой со своими коллегами на том уровне, который позволяла аппаратура.

После того как авария на ЧАЭС стала фактом, много гуманитарных, научных организаций, в основном из Германии, потом Японии, стало посещать Мозырь. Одним из первых приехал из Москвы директор института медицинской радиоэкологии академик Ильин. Он выступал в нашем вузе, высоко оценил то, что мы делаем, и предложил мне сотрудничество. Я не врач и не мог исследовать медицинский аспект проблемы, но влияние радиационных факторов на другие сферы мы могли рассматривать. Потом я стал сотрудничать с немецкими  организациями, которые оказывали нам большую помощь научного и гуманитарного характера, особенно в оздоровлении детей. Трижды приезжал к нам в университет директор института Отто Гука профессор Лендфельдер – известный европейский авторитет в области радиоэкологии. Для Беларуси этот человек сделал очень много. Он неоднократно бывал на приеме у Президента и получил Правительственную награду Республики Беларусь за взаимодействие в вопросах по ликвидации последствий катастрофы на ЧАЭС. Мы обсуждали проблемы обеспечения нашего региона медицинским и научным оборудованием, вопросы разработки новых методик исследований,  медицинских и научных стажировок в ведущих европейских институтах.

Уровни радиации регистрировались очень высокие, к примеру, по йоду-131 и цезию-137. Работа по мониторингу  требовала постоянных выездов  в Чернобыльские регионы. Мы с коллегами сделали там более 27 тысяч измерений продуктов питания, объектов окружающей среды. И все это делалось не для удовлетворения научных амбиций, а для людей, проживающих на загрязненных территориях. Мы проводили  с ними экологический ликбез:  как уменьшить уровень радиации в продуктах питания, а что вообще следует выбросить. Так появилось еще одно направление в моей работе – радиоэкологическая грамотность населения, которая очень важна для жителей Беларуси. Радиация – это феномен: ее не видно и не слышно, человек не воспринимает ее как опасность, если не понимает последствий радиоактивного излучения.

Помню, в одной деревенской школе учительница принесла на проверку консервированные грибы, и   радиометр начал  подавать звуковые сигналы о превышении предела измерения прибора, а это огромная радиационная доза. Мы проверяли эти грибы весной, а  заготовила она их еще по осени –  порядка 50 литров для семьи, в которой трое детей. И когда эта женщина сказала, что они почти все уже съели, мне стало не по себе. Тогда я прекрасно понимал, что одна из основных задач – это экологическое просвещение населения. Многие считают, что проблем с Чернобылем уже нет. Но я могу вам сказать, что это не так. Радиация в любых дозах очень опасна и мало изучена. Так, период полураспада цезия-137 – 30 лет, и он еще не наступил, а период полного распада – 600 лет. Это значит, что Чернобыльский пресс будет довлеть над нами еще 600 лет. К сожалению, радиация накапливается в организме, это так называемые малые дозы в течение длительного времени. В результате мы имеем различные радиационные влияния на здоровье человека. Понятно, что человек полностью уберечься от радиации не может, но элементарные правила безопасности он в силах соблюдать. Эти правила достаточно эффективны. Каждый живущий на этой территории не может оставаться пассивным и должен принимать все меры для снижения разрушительного воздействия радиации и сохранения нормальной жизнедеятельности. Я не сторонник радиофобии, но не приемлю равнодушного отношения к этой проблеме.

Прибор для измерения уровня радиации в продуктах питания постоянно стоит у меня в кабинете и, как правило, постоянно используется. В основном контингент обучающихся в нашем вузе представлен регионами, пострадавшими от аварии на ЧАЭС. Я предлагаю студентам тематику курсовых, дипломных работ, связанную с проблемами безопасной жизнедеятельности на загрязненных территориях. В ходе выполнения работы  они в своем районе проводят исследования и таким образом становятся проводниками экологической культуры, что очень важно. Наши выпускники будут работать в школах этого региона. Кто, как не учитель, сегодня призван быть проводником экологической культуры? Все наши выпускники ведут спецкурсы по радиационной безопасности, и большинство из них стало образцом экологической культуры. Эта задача будет актуальной не для одного поколения, от ее решения зависит уровень безопасного жизнеобеспечения  всего региона.
Практические рекомендации радиоэкологического характера для населения, предложенные в моих книгах, востребованы не только в нашей стране. На недавней встрече с японскими коллегами из Фукусимы мы говорили об общности наших экологических проблем. Японские ученые попросили мою  книгу «Радиоэкология», которая будет иметь практическое значение для решения задач минимизации радиационной опасности в их стране.
В течение шести лет я работал с американским профессором в области психологии Х.Тетером, который занимался психологическими аспектами радиационного воздействия. Итогом совместной работы стали книги, посвященные физическим и психологическим аспектам радиации. Высокую оценку исследований в области радиоэкологии я получил в личном письме от лауреата Нобелевской премии Глэнна Сиборга, которая для меня очень ценна. Но главной оценкой моей работы в этой области считаю благодарность людей, проживающих на загрязненных радионуклидами территориях.

О личном

– Расскажите о вашей семье.

– У  меня есть жена и сын. Моя жена Татьяна Николаевна родом из г.Барановичи, училась на филологическом факультете в нашем вузе, где мы и познакомились. У нас с женой классическое сочетание: я – физик, она – лирик. Она также из учительской семьи и учитель по призванию. Сначала работала в школе, потом перешла в университет, защитила диссертацию по педагогике. Теперь мы работаем на соседних кафедрах.

– Какие качества вы цените в женщине?

– Ценности меняются с возрастом, но приоритетными остаются доброта, порядочность, честность. У нас с ней полное взаимопонимание, мы сохранили любовь и чувства. Это одна из тех опор, которая мне помогает в жизни. Не сомневаюсь, что я сделал правильный выбор в профессиональной и личной жизни.

– Ваш сын нарушил семейные традиции и не пошел в науку. Как вы это восприняли?

– Конечно, мы очень хотели, чтобы сын пошел в науку. Но он окончил школу с золотой медалью и поступил в университет на экономический факультет на специальность  «Менеджмент и управление», модную в то время. Предпочел заниматься экономикой, сейчас живет в Минске. Я горжусь им, в глубине души желая, чтобы у нас был последователь, хотя сегодня престиж ученого не тот, что был раньше.

– Как вы проводите свободное время?

– Что касается увлечений, то у  меня нет каких-то экзотических хобби. Есть дача, где мне нравится что-то сделать своими руками. Люблю общаться с друзьями. В нашей семье царит культ книги: жена  читает художественную литературу, я же предпочитаю научно-техническую.  В доме есть приличная библиотека.
Мы с удовольствием путешествуем, каждый год  куда-то выезжаем, благо родственников и друзей много. К слову, каждому из нас, живущих на  территории, загрязненной радионуклидами, необходимо выезжать в чистую зону хотя бы на 20 дней. Период выведения того же цезия из организма – 20-25 дней, т.е. за это время организм самоочищается.

«Делай как я. Делай лучше меня»

– Какие качества вы цените в коллегах?

– Профессионализм, порядочность и честность. На моей кафедре работают 10 преподавателей, из них 2 доктора и 7 кандидатов наук.  Каждый год  наша кафедра готовит и публикует учебные пособия, научные статьи в ведущих научных журналах, ведет подготовку аспирантов и магистрантов, руководит госпрограммами.  Считаю, что это ведущая кафедра университета как в научной, так и в учебно-методической работе. Когда коллеги  спрашивают: «Как ты руководишь такой сложной кафедрой?» – ведь понятно, чем умнее человек, тем он сложнее,  отвечаю: «Я не руковожу, я только сотрудничаю».  Я демократичный человек и не приемлю авторитаризма в отношениях с людьми, особенно в научно-педагогической сфере.

Всегда стараюсь быть примером. «Делай как я. Делай лучше меня», – говорят немцы.  Мне кажется, каждый руководитель должен повесить у себя плакат с этими словами и  должен быть лидером в коллективе.
Я читал Фрейда, Фромма, но, по-моему, лучше Л.Н.Толстого значимость человека никто не определил. Она определяется дробью, где числитель – то, что думают о тебе люди, а знаменатель – то, что ты думаешь сам о себе. Чем больше знаменатель, тем меньше число. Чем больше числитель, тем значительнее человек.  Я придерживаюсь этой формулы. Это у меня от матери. Нам нужно учиться у старшего поколения педагогов – интеллигентных людей, альтруистов. Хотя и тогда учительская зарплата не была большой, но это были личности. Учитель формирует целое поколение, он закладывает будущее, это не медицина, где результат может быть виден сиюминутно. Что может быть более ценным для общества, чем образованный, культурный человек? Прогресс, развитие нации определяют образованные люди.

Я работаю в педагогическом вузе и главной своей задачей считаю подготовку высококвалифицированных специалистов.

– Владимир Семенович, считаете ли вы себя счастливым человеком? Вы себя реализовали?

– Да, я реализовал себя. Я не могу быть дилетантом в каком-то вопросе, поэтому, чтобы изучить радиоэкологию, мне, физику, пришлось глубоко вникнуть в тему, полностью погрузиться в мир радиоэкологии.  На сегодняшний день у меня есть ряд патентов РФ, РБ, которые внедрены в производство, а научные исследования  актуальны и  востребованы.

Очень важно поддерживать себя в научной и профессиональной форме. И я это культивирую  на кафедре, так как в образовании без этого  невозможно. Считаю, что надо преодолевать неуверенность в себе, изживать провинциализм и все время стремиться вперед, показывая личный пример.

– Как физик вы верите в то, что каждый человек обладает большим запасом энергии (потенциалом) и может добиться успехов?

–  Я хотел бы привести слова М.Тэтчер, которые мне нравятся: «Страсть к победе есть у каждого из нас. Воля к победе – вопрос тренировки.  Способ достижения победы – вопрос чести».

У каждого человека свой психофизический и генетический код, и очень важно найти свою нишу, чтобы полностью реализовать свой потенциал.    Если со слабо подготовленным студентом говорить о сложном, то у него вместо крыльев вырастет комплекс и появится страх, что он  ничего не добьется. Поэтому  на лекциях, семинарах приходится подбирать особые формы и методы обучения для подготовки профессионального учителя. В конце каждого семестра я провожу  у студентов анонимное анкетирование по широкому спектру вопросов своей работы, результаты которого учитываю в профессиональной деятельности, хотя в целом они меня устраивают.

Ирина АЛЕНИНА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *