Духи для Светланы Викторовны

Женские образы в новом проекте Ларисы ЧЕРНОЙ «Сельчанки»

Три судьбы, три дороги, три жизненные позиции… Схожие и такие разные… Открытые миру и людям сердца – сердобольные, зажигающие, глубокие, открытые миру и людям души в их прекрасном и великом порыве нести всем добро, свет, участие, никогда не перестающие это фонтанировать из внутренних своих глубин, так ярко отмеченные Богом, всегда спешащие туда, где помощь твоя – словно светлая и тихая вечерняя молитва, силы дарующая увидеть рассвет… Открытые миру и людям поступки – ясные, как сущий день Господень, славные, как знаменитый стих, благородные, как безукоризненное великодушие…

Но скажите им об этом, и вы увидите искреннее удивление в глазах: а разве можно по-другому жить? Вот уж воистину: плод жизни человека – его доброе имя. Велик авторитет у моих героинь среди земляков. Деревенские люди еще издали смиряют шаг, приветствуя их, а это надо заслужить. Непросто все, ой, как непросто – ты ведь постоянно на виду, твоя жизненная орбита – вот она, досягаема для всех, и вычислить, измерить ее – чего проще: дела говорят сами за себя!

Женщины, о которых я вам расскажу, истые сельчанки. От кончиков пальцев и до кончиков волос. А это означает одно: хозяйственные, трудолюбивые, рассудительные, мудрые, любящие землю и умеющие трудиться на ней. С радостью. С охотой. С желанием. Они никуда не уезжали из родных мест, и потому так крепки их родовые корни. Они гордо несут свой крест – достойно живут, работают, мечтают. Горит за окном резеда. Искусен порядок в квартире. Не зря для меня красота есть способ присутствия в мире…

Светлана Викторовна Фицнер

Ей не спалось. И хотя за окном ноченька черным-черна, впору сны сладкие видеть, на душе неспокойно, она растревожена: отчего бы? Предчувствие не обмануло: в доме напротив в окошке горел свет. У Светланы Викторовны ФИЦНЕР тревожно забилось сердце: беда! Она набрала знакомый номер телефона. «Анна Севастьяновна, что случилось?» – спросила она. «Плохо мне…» – услышала в ответ. Светлана Викторовна наспех оделась и выбежала на улицу. По всем Крушникам – ни зги. Она пришла вовремя: ветеран войны Анна Севастьяновна Крупа очень нуждалась в ее помощи… Измерила давление – высокое! Дала необходимые таблетки, успокоила пожилую женщину: «Все будет нормально!» Она пробыла в доме Анны Севастьяновны до утра, пока самочувствие ее не улучшилось. И хотя дома ждали свои дела, Светлана Викторовна задержалась у соседки, понаблюдала за ней, приготовила завтрак – у Анны Севастьяновны никого нет, вся надежда только на нее. «Еда стоит на столе, вам хлопотать об этом не надо. Отдыхайте! Вечерком я снова забегу к вам…»

Виктор Петрович встретил жену взволнованно:

– Ну как? Обошлось на этот раз без «скорой»?

– Слава Богу, кризис миновал. Но оставлять одну, без присмотра, Севастьяновну нельзя. Буду присматривать за ней, – ответила Светлана Викторовна.

– Пожалела бы ты себя хоть сегодня, воскресенье все же, – вздохнул Виктор Петрович, понимая, что и сам своим словам большого значения не придает: жена права, по-другому нельзя!

Сказал да и рукой махнул – глупость настоящую сморозил! Вот за это самое – за доброе-доброе сердце, за такую теплую-теплую душу, за готовность и днем, и среди ночи, и в дождь, и в метель, и даже на самый Новый год, когда в доме – долгожданные гости – их дети, внуки, бежать туда, где надобно ее участье, – он и полюбил ее давным-давно – 32 года назад. Жили по соседству, в школу вместе ходили. Всем селом провожали парня в армию. Он писал ей письма, а она на них не отвечала – чувства проверяла. Когда вернулся домой, свадьбу тоже не сразу сыграли – полюбить бы, чтоб не раскаяться! Не раскаялись. Оказалось, что они – две половинки сердца одного. Две половинки одной души. И потому жизнь сложилась, как песня, – красивая и светлая.

– Тебе помочь продукты закупить для Леонтьевны? – Виктор Петрович хорошо был осведомлен о заботах жены на всяк день сущий.

– Она попросила привезти молока, хлеба, колбаски, так что сама управлюсь, не беспокойся!

Светлана Викторовна торопилась – дел надо успеть сделать много: со своим хозяйством управиться, отведать всех своих подопечных. Она, социальный работник, никогда не задумывалась над тем, что ей надо сделать согласно ее обязанностям, а что нет. Ей и в голову никогда не пришло бы, что посадить огород или выкопать картофель, сгрести сено или принести дров, закупить продукты в автолавке или доставить на велосипеде десять литров чистой воды, проехав для этого километры, затопить печь или дом побелить, помыть полы или поросенка накормить, скосить сорняки или забор покрасить – это не ее забота…

– Как это не моя? – не поймет она. – А кто ж моим старикам все это сделает?

Идет муж с работы – в лесок завернет, грибочков соберет, ягодок лукошко… Всеми этими лесными яствами Светлана Викторовна со своими бабулечками да дедулечками щедро поделится: ешьте на здоровье! А как иначе? В лес ее старики уже не ходят – силы не те, а гостинцу, ой, как рады! Кабанчика убьют в хозяйстве – колбаской домашней всех угостит: а кто же о вас, дорогие мои старики, побеспокоится?

Вот и сегодня Светлана Викторовна Фицнер знала: ее очень ждет Надежда Леонтьевна Крупа. Автолавка уже стояла, и она купила все, что просила старушка. Положила продукты в корзинки, специально закрепленные на велосипеде, и отправилась в путь. Два километра в одну сторону, два в другую – привычная дорога! А Надежда Леонтьевна с нетерпением поглядывала в окошко: как долго нет Светы! Где же она задерживается? Наконец женщина успокоилась, с облегчением вздохнула: слава Богу, едет! Светлана Викторовна тоже торопилась: ее очень ждут в каждом доме. И не только потому, что она и пол помоет, и дров принесет, и в доме уберет, и гостинцами домашними угостит, – люди ждали ее как друга, товарища, добрую и заботливую свою землячку, для которой каждый человек, который нуждается в ее помощи, – родной, самый близкий. С которым можно обо всем поговорить. По душам поговорить…

– Здесь все, что вы просили, Надежда Леонтьевна…

– Божий ты человек, Света…

– Вы уж, Леонтьевна, скажете… Да самый я обычный человек…

– Нет, моя дорогая, сердце у тебя необычное – видит то, чего глаз не замечает, и очень доброе, очень жалостливое оно у тебя. Видно, Господом не обойденное…

Светлане Викторовне было приятно это слышать – доброе слово кого ж не порадует?! Да только она не видела ничего необычного в том, что делает. Ночью позовут: «Светачка, хай бы ты да мяне зайшла!» – тут же срывается с постели и бегом туда, где нужна ее подмога, а то и просто слово утешенья. Положили в больницу Анну Севастьяновну Крупу, та вся распереживалась: «Божа ж мой, Божа, захварэла не да часу, а хто ж мне агарод пасадзiць?» И эту житейскую проблему Светлана Викторовна решила: попросила мужа, Виктора Петровича, огород вспахать, а затем вместе его и засеяли. Все посадили на радость старушке: и морковь, и свеколку, и лучок, и чесночок – выздоравливайте, Анна Севастьяновна!

Картофель выкопать для Марии Павловны Реутской – с удовольствием!

– Света, я сама как-нибудь! – возразит женщина.

– У вас ноги болят, вам нельзя, отдыхайте! – только и молвит Светлана Викторовна.

В ее доме на тумбочке стоит небольшой флакончик духов. Светлана Викторовна хранит его, как очень дорогой подарок: от чистого сердца преподнес его ей Иван Афанасьевич Агалец. Накануне 8 Марта он так поздравил ее с женским праздником. Как говорится, на добрый привет добрый ответ! Светлана Викторовна еле слезы сдержала: все это так трогательно! Она знала, что Ивану Афанасьевичу для этого пришлось кого-то попросить привезти из города духи. Специально для нее, Светланы Викторовны Фицнер. В знак великой благодарности за ее безмерную доброту и заботу. Разве будешь стесняться в таком случае слез? «Ох, старики вы мои, старики! Да я ради вас на край света готова бежать, лишь бы вам только стало легче!» – подумала она. Вот и Ивану Афанасьевичу Агальцу Светлана Викторовна – что свет в окошке, единственная отрада… И продукты в дом доставит старательная и добрая нравом землячка, и пол помоет, и порядок наведет, и водички принесет, и теплое слово в утешенье обронит… Вот и полегчает на сердце у старика: не в одиночестве дни коротать приходится…

– Света, чаму цябе так доўга не было ў маёй хаце? – часто слышит Светлана Викторовна.

– Как давно? – недоумевает она. – Я же в пятницу вас навещала!

– Дык сёння панядзелак ужо…

А Светлане Викторовне такие упреки – сердцу в радость: ждут, ох, как ждут ее крушникские старики! И потому она счастливая. Оттого, что какой-то одинокой душе свет ее большого сердца помог укрепиться; оттого, что старые люди знают: и ранним утром, и поздней ноченькой, и в стужу, и в дождь она по первому их зову все бросит и придет: «Я рядом, я с вами, все будет нормально!» И станет ровнее дыхание, уйдет тревога, прояснится взгляд, затеплится надежда: спасибо тебе, Света! А она в который раз не поймет: за что?

Здесь, в Крушниках, она родилась, училась в школе, да и осталась жить. Потому как зачем искать на стороне доброй доли, если родная земля сердцу мила? Здесь все ее знают, здесь всех она знает – все на виду! Как и сама жизнь – простая и правдивая, в заботах и хлопотах. Вот за это ее и любят земляки. За то, что будет набивать мозоли, мерзнуть на ветру, мокнуть под дождем, себя не щадить, работу ломить за троих, но никогда ни в чем людям не откажет: человек не от работы старится, а от безделья – вот такая ее житейская философия. А потому и на Новый год, на другие праздники эта известная в Крушниках сельчанка, депутат Осовецкого сельского Совета, спешит по знакомым адресам, и в каждом доме ее заботливые руки сделают все, чтобы на лицах одиноких старых людей засветилась улыбка: мир вам, я с вами! Спешит уже 20 лет…

На часах еще нет и шести, а Светлана Викторовна уже на ногах. И хотя впереди был долгий день, но ведь и дел невпроворот – все как всегда. Сегодня должны приехать сын с дочерью, внуки, поэтому ей хотелось приготовить что-нибудь необычное. В огороде тоже хлопот немало: вешняя пора – поел да со двора. Усадьба Светланы Викторовны и Виктора Петровича – известная в Крушниках. Чистотой и порядком. Красотой и ухоженностью. Здесь все растет себе в удовольствие – вроде и земля как у всех, а урожай всем на удивление созревает: богатый да щедрый. И цветов пол-огорода растет – не может без этой красоты Божьей Светлана Викторовна! Ей вспомнился сон: снова летала! Подумала: может, оттого, что все быстро делает, не может сидеть сложа руки? Легко затопила печь, пошла живность досмотреть – коровку, свинок, уточек, курочек… Увидев хозяйку, Тимка радостно завилял хвостом: любит он ее везде сопровождать, за велосипедом бежать…

– Сегодня дома останешься, я в город еду, – сказала Светлана Викторовна Тимке. – Так что жди меня и не скули…
Автобус отправлялся из Крушник в город в 8.40, и к этому времени Светлана Викторовна успела гору дел переделать. Она везла отчет в социальную службу района: что сделала за месяц, сколько раз посещала стариков, на какую сумму выполнила платных услуг… Только разве ж расскажешь в цифрах все, что на сердце? И про беседы свои ночные, и про ноющие от усталости руки, и про хлопоты, которые напрямую ее, социального работника, вроде и не касаются… Да и зачем? Не скажешь и о том, что не возьмет она ни копеечки от старых своих земляков, хотя и положено вроде – да, мыла окна, да, стирала шторы, да, огород пахала, да, садила все, полола, убирала, воду возила, дрова колола – доброе дело без награды не остается: как живешь, так и прослывешь. Доходы в семье пусть и небольшие, но заплатит за стариков Светлана Викторовна с радостью: апельсинчиков пусть себе купят на пенсию!

Она возвращалась домой вечером с полной сумкой гостинцев: это печеньице – Татьяне Фоминичне, эти леденцы – Анне Севастьяновне, румяные яблочки – Ивану Афанасьевичу. Ее никто не просил ничего покупать, только разве ж ей в тягость удивить земляков: попробуйте, понравится!

Ночью тихонько, чтобы не разбудить мужа, она выйдет на кухню и посмотрит в окошко: не горит ли в доме напротив свет, не случилось ли чего? Увидев, что все спокойно, облегченно вздохнет: слава тебе, Господи! А в своем недолгом и чутком сне она снова будет летать, словно ангел, от крыши к крыше, под которыми живут те, кого она любит и защищает от земных тягостей в меру своих сил и возможностей… Луна рассыплет жемчуга, и за порогом спокойна будет и тиха ночь-недотрога, да будет мир вам и покой, усните с Богом, да будет мир вам и покой!

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *