Первый прораб «Нефтестроя»

Герой нашего рассказа от лица своего трудового поколения может гордо сказать: «Мы создавали нашу страну!»

Пути журналистские неисповедимы. Выполнение заданий главного редактора приводит не только к запланированным встречам со знаковыми фигурами в социально-экономической жизни Мозырщины, но и дарит неожиданные знакомства с людьми, которых можно назвать «неизвестными героями», но чьи заслуги в развитии нашего региона несомненны.

Николай ХарланВсе началось с того, что один из наших читателей принес в редакцию свой рассказ. Глаз зацепился за эти строки, в которых автор описывает свое устройство на работу на будущей всесоюзной стройке: «Прораб новосозданного строительного участка на площадке промбазы будущего нефтегиганта Николай Семенович ХАРЛАН сомнительно покачал головой:

— Пять организаций в четырех городах сменил за семь лет — «летун» ты! Вряд ли и здесь задержишься…»

«Чтобы давать такие характеристики, — уважительно подумалось нам, — надо самому быть образцом в работе…» Сразу нарисовался образ грозного начальника, не лезущего за словом в карман, чтобы подстегнуть подчиненных.

Но чем дольше мы беседовали с Николаем Семеновичем, тем сильнее убеждались, что интеллигентность — это не наличие дипломов о высшем образовании, а внутреннее состояние человека, его духовный мир.

Казахстан— Мозырский НПЗ— Западная Сибирь

— Сам я местный, из деревни Уболоть, что между Калинковичами и Светлогорском, — рассказывает Николай Семенович Харлан. — С пятого по десятый класс ходил пешком в школу в Горочичи. Учился в Гомельском строительном техникуме, получил диплом гидротехника. По распределению попал на три года в Термез (Узбекистан), где на реке Амударье на границе с Афганистаном строился крупный речной порт. Главное впечатление — невыносимая жара.

В те годы руководитель страны Никита Хрущев кинул клич: «Нужны строители поднимать и обустраивать целину!» Призыв поддержали многие молодые люди, и я — в их числе. Отправился строить Научно-исследовательский институт зернового хозяйства в Целино-градской области. Три года строили жилье, лаборатории, а потом отправился на строительство обогатительной фабрики по добыче золота в город Жаламбет.

В Мозырь вернулся зимой 1968 года из Казахстана по семейным обстоятельствам: тяжело заболел отец… Вскоре встретил школьного товарища, который уговорил вернуться на малую родину и поехать работать в Светлогорск, где строился целлюлозно-картонный комбинат. Недогуляв отпуск, поехал брать расчет в тресте «КазЗолото», где работал начальником участка:  строили жилой микрорайон и кинотеатр.

Но когда пришел в Светлогорске устраиваться на работу, услышал: «Немного вы опоздали, мы уже взяли человека на работу. Но в Мозыре открывается большое строительство — нефтеперерабатывающий завод…» Деваться было некуда, и я согласился.

1 марта начальник управления сажает меня в свою «Волгу» и везет, но не в Мозырь, а в Михалки. Кругом густой лес, и меня на месте вводят в курс дела. Быстро решили вопрос с жильем, подселив в одну из деревенских хат. Начальник уехал, а я остался. И началась работа…

Одна из задач — набирать рабочих: со специальностями, без специальностей — любых, лишь бы здоровье и силы были. Пошел в совхоз к директору, договорился с секретаршей — она мне напечатала шесть объявлений о приеме на работу. Поехал в Ельск и расклеил их в людных местах.

И люди откликнулись. Правда (со смущенной улыбкой), деятельность моя оказалась немного подрывной для сельского хозяйства, но за два месяца к нам пришли 80 человек. Начали с того места, где сегодня расположено УМиТ-156 ОАО «Мозырьпромстрой». Отобрали шесть человек, имевших плотницкие навыки, вручили им две бензопилы, приступили к подготовительной работе. Весной началось строительство собственной промбазы, на это ушло два года. В августе нас уже было 130 рабочих и специалистов, так образовалось СУ-152. Мы разделились на четыре участка, вскоре образовалось управление механизации №156, дело пошло быстрее.
А потом началось и строительство нефтеперерабатывающего завода.

Стали появляться свои лидеры, передовики: Василий Репник, Вячеслав Хилько (первый прораб на жилье), Федор Пинчук, Саша Фролов (бригадир молодежной бригады), Семен Бельский, Сергей Наумович, Николай Поверин, Иван Рогалевич… Кто-то из них уехал, кто-то ушел из жизни…

Я участвовал в строительстве первой очереди завода до 1975 года, а потом нам предложили строить санаторий-профилакторий «Полесье» на Барбаровском старике под Наровлей. Трест № 6 возводил этот объект хозспособом, на свои деньги, поэтому строительство шло долго, почти четыре года. Потом началось строительство второй очереди завода.

В 1981 году обстоятельства вынудили погнаться за «длинным рублем» — поехал в Западную Сибирь, город Лангепас, два года работал плотником. Но в этом же городе работало и мозырское управление «Спецмонтажстрой №180», делало подземные коммуникации, участвовало в строительстве жилья. В этой организации и продолжилась моя трудовая биография, целых 19 лет. В итоге довелось поездить по всей Беларуси.

Оценить опытным взглядом…

— Объектов было много, но если говорить о памятных, то в Дзержинске, Столбцах мы от начала и до конца построили городские коммуникации, очистные сооружения, в этих городах работал по 4-5 лет. Была и прокладка газопроводов, когда пришлось работать со сложной техникой, прокладывая линии под железной дорогой. В Казахстане построил четыре дома и кинотеатр. В студенческом отряде строительством школы занимались, а потом еще и на уборку урожая остались. Запомнилось многое.

Чернобыльская весна 1986 года застала меня в Пинске,  летом мы переехали в Жлобин на строительство второй очереди металлургического завода. Там впервые увидел, как строят европейцы. Скажу честно, у нас только лет пять-десять назад появились те материалы и механизмы, которые иностранцы уже на полную мощь использовали в своей работе.

Работали рядом, учились, как говорится, строить, как на Западе. Мы же работали дедовским способом: кранов было мало, бетон таскали вручную…

Сегодня пришли новые технологии, и работать стало легче: тот же бетон каменщику подадут прямо к рабочему месту. Поэтому строительство идет быстрее, чем в наши времена. Качество и мы старались давать хорошее, при тресте была своя лаборатория, и с нас спрашивали строго. Но работают все равно люди. И если сравнивать, то мы были одержимы работой, и руководство, власти нас поддерживали, помогая с жильем, ведь тогда оно было бесплатное. Зарплаты не были высокими: 120-150 рублей, 200 рублей — большая редкость. Люди старались: если кто-то волынил, выпивал, его моментально передвигали в конец по очереди. И после работы люди не болтались без дела, отдых для нас значил смену занятий: любил работать по дереву, занимался радиоделом, увлекался фотографией.

У меня остались контакты с коллегами по строительной профессии из СУ-167, поэтому я могу судить, что сегодня молодежь не стремится работать, лишь бы отбыть рабочий день. Тех, кто желает честно трудиться, мало.

Но как добиться уважения и признания, не работая? Мне такое неизвестно. Не стоит искать «хорошего начальника», бегая из организации в организацию: пока не начнешь добросовестно трудиться, ты его не найдешь. Отдавай работе душу, тогда и к тебе будет доброе отношение.

 * * *

В очередной раз нам довелось убедиться, что «людей неинтересных в мире нет, их судьбы — как истории планет». Насыщенную трудовую биографию Николая Семеновича Харлана, пожалуй, можно считать одной из визитных карточек белорусского народа, его трудолюбия, по достоинству оцененного во всех уголках нашей некогда великой страны, в результате чего родилось известное: «Белорусское — значит лучшее!»

Как есть у людей от природы музыкальный слух, так есть и такое качество, как строительная жилка, когда с одного взгляда специалист может оценить, как лучше воплотить в жизни все задумки. Николай Семенович уже на пенсии, но его и сегодня приглашают люди помочь советом по различным строительным вопросам.
Мы желаем Николаю Семеновичу добра!

Дмитрий КУЛИК.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *