Девушка с характером. Елена Прокопова – артистка Мозырского драмтеатра

Елена ПрокоповаЕлена Прокопова – артистка высшей категории Мозырского драматического театра им. И.Мележа. Окончила Белорусскую академию искусств, курс актера драмы и кино Я.А.Громова (2006 г.). Сыграла в 37-ми взрослых и 26-ти детских спектаклях. Зрители запомнили ее Матильду  («Мужской род, единственное число»), Серафимку  («Блиндаж»), Iжоту («Трыстан i Iжота», Сирену  («Сирена и Виктория»), Магрэту («Каб Адам не саграшыў»), Анну  («Саня, Ваня, с ними Римас», этот спектакль был отмечен наградами за сохранение театральных традиций на фестивале в Москве, а также в Нежине за лучший женский ансамбль), Бояркину («Беда от нежного сердца»), Бригадиршу («Бригадир»), Секлиту («За двумя зайцами»).  Ну, а настоящую популярность и любовь зрителей принесла ей роль Ханумы в одноименном спектакле. Образы, созданные ею, – яркие, страстные, темпераментные, танцующие, запоминающиеся. Елена Прокопова – актриса, требовательная к себе и партнерам по сцене, преданная всем сердцем театру.

– В детстве, как и все девочки, я восхищалась артистами, но никогда не думала, что сама стану артисткой. Как никогда не думала о том, что на сцене Мозырского театра будут ставить знаменитую «Хануму» или другую  классику, – рассказывает Елена. – Можно сказать, меня жизненная дорога сама привела в театр. Когда я была школьницей, то в каких только кружках ни занималась: в спортивных, танцевальных, музыкальном,  швейном. Закончив школу и не поступив сначала в Витебский технологический институт, а затем в Минский финансово-экономический техникум, я пошла работать на Мозырскую фабрику художественных изделий. Была обыкновенной швеей. Одновременно занималась в театральном кружке Валентины Герасимовой (ныне театр «КомИкс»)  и «Кордебалете» Нины Дубравы. Когда в 1990-м образовалась новая театр-студия под руководством Виктора Мигая «Натхненне», по рекомендации В.Е.Герасимовой я пришла туда, но, к сожалению, из-за финансового кризиса студия вскоре распалась. Мы пробовали снимать кино на киностудии покойного Константина Кремнева. У нас был очень творческий коллектив  – Ольга Лобада, Михаил Збицкий, Лариса и Андрей Вересович, Дмитрий Кошкур, Эдик Илюченко, Людмила Дишковец, Елена Баранская, Юрий Горобец и др. Некоторые работали в народном театре при М.Е.Колосе. Наконец, в 1992-м году мы объединились с нашим драмтеатром, тогда он был экспериментальным театром «Верасень», им руководил С.В.Клименко. Так что меня можно назвать старожилом Мозырского драматического, я помню всех режиссеров, работавших здесь.

– У вас есть кумиры в профессии?

– Идеалов у меня нет. Мне нравятся многие артисты, но кого-то одного выделить не могу. В  одном фильме или спектакле актер может сыграть лучше, в другом – хуже. В документальных передачах знаменитости иногда показывают себя с такой стороны, что миф о них, как о неких небожителях, рассеивается. Нам хотелось бы думать, что они такие же и в жизни, как играют, однако…

– Елена, как вы вживаетесь в образ героини?

– Когда назначают на роль, сначала читаешь текст. Потом начинаешь репетировать, учитывая пожелания режиссера. Учишь текст, причем, это происходит не только на работе, но и дома, и в транспорте, и на улице. Как только надеваешь костюм героя, приходит понимание, как надо играть и чего хочет режиссер. Многое зависит от костюма, когда он помогает и не мешает. Какие-то детали костюма придумываем мы сами и приносим свой реквизит. В результате  вырисовывается характер. Актеры – люди наблюдательные. Мы замечаем в жизни разные типы и характеры людей и потом пытаемся показать их в своих образах. На примете у нас уже есть несколько интересных типажей. Ждем только новых и интересных спектаклей с хорошими режиссерами.

– Какое у вас амплуа?

– Хотя Я.А.Громов говорил, что я комедийная актриса, но добрыми ролями меня не баловали, разве что Снегурочка в новогодних утренниках, Добрая Фея и Принцесса в детских сказках, Василиса в спектакле «Два клена». Комедийных ролей также мало. У меня всегда характерные, отрицательные  роли: Баба-Яга, мачеха, ведьма, Лиса, Снежная Королева, Атаманша, Ханума, Секлита. Все  девушки с характером. Но если артист играет такие роли, то это не значит, что он сам такой. Иногда огромная противоположность. Например, меня очень легко обидеть. Некоторые люди находят такие обидные слова, что трудно ответить. Приходится стоять за себя. Некоторые не могут выносить комплиментов в мой адрес, завидуют. Все это мешает в работе. Ведь быть счастливым в своей профессии – это когда в тебя верят и любят, тогда ты еще больше отдаешь себя работе, спектаклю и зрителям.

– Есть любимая роль?

– Все роли любимые, даже самые сложные. Когда в нее вкладываешь столько душевных сил, она становится твоей и не может быть не любимой.

– В вашей работе есть особые приметы?

– Есть. Перед спектаклем лучше не стричься. Перед выходом на сцену нужно перекреститься. Если вдруг из рук выпал текст, то нужно посидеть на нем, не поднимая с пола. У каждого актера они свои. А кто-то носит талисманы и амулеты.

– Во многих спектаклях вы являетесь постановщиком танцев.  Где вы научились танцевать?

– Танцы – мое хобби. Искусству хореографии я училась у Нины Васильевны Дубравы, и это пригодилось мне. За неимением постоянного балетмейстера в театре этим занялась я. Моя первая постановка танцев – в спектакле «Мужской род, единственное число». Из последних спектаклей  – «Бригадир», «Одураченный муж», «Ханума», «За двумя зайцами» и музыкальная сказка, которую можно назвать мюзиклом, – «Папа». По интернету нахожу видеоуроки и сама занимаюсь дома. Разучиваю различные танцы, как, к примеру, грузинские, украинские. Когда занимаюсь новой постановкой, применяю всю фантазию и знания, чтобы сделать так, чтобы артисту было легко и удобно танцевать. Не так-то просто научить двигаться партнера на сцене, если он не танцор и зажат.

– С кем из партнеров вам больше всего нравится играть?

– С Валерием Шушкевичем. С ним играешь спокойно, нет переживаний. Есть  актеры, которые сами нервничают и тебя заводят, особенно это касается молодых и малоопытных. С Михаилом Клименко хорошо играть, от него как бы отталкиваешься. С Юрий Шмаком играть легко, он  не напрягает. Да у нас все актеры хороши, все имеют профессиональное образование.

– Можно ли научиться играть на сцене или артистом надо родиться?

– Можно. Я не считаю, что я родилась актрисой и всему уже научилась. Я всю жизнь училась, учусь и буду учиться. Каждая работа над новым спектаклем – это учеба. Если режиссер хороший, и он работает с актерами – это тоже учеба.

– Чему  вас научила профессия актрисы?

– Я стала сильнее, строже. Раньше я была очень мягким, добрым и сентиментальным человеком. Теперь я могу ответить, если меня обидят. Даже голос был раньше нежнее, писк-лявее, а теперь окреп, стал громче.

– Профессия в вашей жизни какое место занимает?

– Первое. Я забываю про дом, забываю, что надо поесть, когда увлекаюсь  работой. Мне она никогда не надоедает.

– Любите невзирая на невысокую зарплату работника культуры? Многие уходят из культуры только по этой причине.

– Так я немного танцами подрабатываю, немного косметикой. Зато я занимаюсь тем, что мне нравится.

– Что самое любимое в вашей профессии?

– Конечно же, когда играешь на сцене спектакль! Когда мы над ним работали не 2-3 недели, а месяц и больше, и он не сырой, а  хорошо отрепетирован.

– Премьерные показы любите?

– Очень! Все любят премьеру. Это праздник, подъем души, такое настроение, когда забываешь обо всем остальном. Все поздравляют друг друга. После премьеры – будто камень с души падает, такая легкость появляется. Этой подзарядки хватает на месяц.

– А поклонники? Приятно ведь иметь поклонников?

– Мне нравится, когда подходят зрители и говорят: «Спасибо, мы получили удовольствие, вы радость несете», а я отвечаю: «Спасибо, что вы приходите на наши спектакли». Иногда в городе узнают, подходят. И мужчины, и женщины, и дети. Чаще узнают по голосу. Радует, что люди ходят в театр. Всем приятно, когда говорят комплименты о тебе или твоих коллегах.

– Как вы понимаете основную свою задачу как актриса?

– Не только что-то пересказать и заинтересовать интересным сюжетом. Хотелось бы, чтобы зрители уходили со спектаклей, обогащенные новыми  мыслями и чувствами, задумались над жизнью, проблемами. Чтобы уходили из зала другими, светлыми и добрыми. Цель искусства – менять жизнь в лучшую сторону. Конечно, есть и чисто развлекательные спектакли, рассчитанные на то, чтобы  человек просто посмеялся и отдохнул, не думая о серьезных вещах. Но у нас режиссер более глубоко подходит к вопросу выбора репертуара, у нас больше классика присутствует.

– Является ли театр для вас храмом искусства?

– Понимаете, после пожара духа театра не стало, того, который был раньше в его старых стенах. Я переживаю, что его тяжело будет восстановить. Жалко, если сломают старую сцену, построенную когда-то в старые времена, на которой столько сыграно. Старая сцена представляет сегодня настоящую ценность. Современные сцены заглушают голос актера. Приходится напрягать голос, а это совсем не то, что хочется донести до зрителя. Ведь самое сокровенное и нежное произносится тихо, шепотом. Когда громко – от души не получается.

Храм ассоциируется со святостью. А мы в театре – лицедеи, многоликие. Мы одни, а играем других. Поэтому некоторые люди считают нас грешниками. Но я так не считаю. Мы, артисты, несем в жизнь светлые, добрые эмоции. Надо в каждом человеке замечать хорошую сторону.

Многие наши поклонники и просто хорошие люди помогли нам после пожара безвозмездно и до сих пор помогают. Пусть по мелочам, но и это приятно. Это значит, что мы, наш театр и наша работа кому-то нужны.
Вечные ценности, доброта – это главное в жизни. Если мы к каждому человеку, с которым вместе живем или работаем, будем относиться добрее, то все у нас будет хорошо. Дарите всем свои улыбки, не скупитесь на тепло и доброту, помогайте друг другу, прощайте друг друга и будьте счастливы! Несите позитив в жизнь! Я вас всех очень люблю.

Ирина АЛЕНИНА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *