Где же вы теперь, друзья-однополчане?

Среди красных дней календаря 9 Мая занимает особое место. В Беларуси вряд ли найдется семья, которую не опалило бы пламя войны. Тяжкие испытания, выпавшие на долю народов, принявшие удар фашистов, явили многочисленные примеры исключительного героизма, личного подвига, подлинного патриотизма.

Владимир Иванович ПРУСОВ красив в свои почти 90 (юбилей будет в сентябре): высокий, подтянутый, тонок в манерах общения. Приняв букет из гвоздик – непременный атрибут Дня Победы: «Спасибо, цветы поднимут настроение супруге, моей Марии Андреевне нездоровится…» – предложил пройти в гостиную. К встрече ветеран готовился: на столе были разложены фотоальбомы и маленькие записные книжки, в которых ровным почерком выведены даты событий, названия населенных пунктов и многое другое, знаменующее повороты его судьбы.

Владимир Иванович ПРУСОВ

«Пусть больше ни одному поколению белорусов не придется испытать тягот войны. Живите в мире!»

ПРО МИР

– Вот моя дочь Светлана, она всю жизнь учителем русского языка проработала, а это ее сыновья Вячеслав и Денис. Слава уже и сам папа, его Машеньке второй год пошел, – рассказывает, листая страницы   альбома. – Сын Вячеслав живет в Риге, он – инженер гражданской авиации, у него тоже двое детей – Виталий и Алеся. Внучка уехала в Америку, а ее дочке, моей правнучке Аделине, уже 9 месяцев. Семья для меня – главная ценность. Всю жизнь старался, чтобы моим родным жилось хорошо, чтобы за мной, как за стеной.

…Когда демобилизовался, работал цензором, отвечал за то, чтобы в газете или в какой-либо другой печатной продукции не «проскочило» что-нибудь антисоветское, и, если все было нормально, ставил штамп «Разрешаю в свет». Областное управление по делам литературы и издательств, к слову, находилось, возле здания театра. Через какое-то время вызвали в обком, там разъяснили постановление ЦК партии о том, что нужно укрепить милицию коммунистами – меня направили в органы, назначили старшим оперуполномоченным по кадрам, а через 8-9 месяцев – старшим следователем особой инспекции. После административного преобразования Полесской области нас расформировывали кого куда: председателями колхозов, в партийные органы. Меня направили заведующим орготделом Брагинского района, но я попросил, чтобы меня направили в родной Журавичский район (сейчас его присоединили к Рогачевскому). Никто не хотел туда ехать, и мне дали согласие. Так я стал инструктором райкома партии, за мной закрепили 5-6 колхозов, большое внимание требовалось уделять работе с партийными ячейками. Нам дали небольшой домик, где мы жили втроем: я, жена и сын. А через какое-то время меня назначили секретарем парткома на правах райкома в одном из совхозов, чуть позже – зам. директора сов-хоза. Затем в обкоме партии просил смену обстановки: в совхозе чувствовал свою ненадобность – получил работу инструктора райкома в Мозыре. Наконец, мы переехали. Я стал заведующим парткабинетом, заместителем зав. отделом пропаганды и агитации. Моей задачей была учеба коммунистов. А некоторое время спустя в Москве меня утвердили на должность зам. генерального директора по кадрам и быту кабельного объединения, в которое входили щучинский, гомельский и мозырский заводы. Тогда на заводе 1800 человек трудились, а во всем объединении – 5400 человек. Здесь я работал до выхода на пенсию. Благодарен своим молодым коллегам, что не забывают нас, ветеранов, всегда справляются о нашем здоровье, поздравляют с празд-никами. А мы, в свою очередь, не пререстаем интересоваться делами завода. Каждый раз, когда приходим на предприятие своей маленькой ветеранской компанией, столько нового современного оборудования видим! Этой весной в ОАО «Беларускабель» мы вместе не собрались: у многих подводит здоровье. Нас поздравили с праздником каждого лично, на дому, за что еще раз говорю спасибо. За уважение. И за память.

…И ПРО ВОЙНУ

– После 8 классов окончил в Гомеле 6-месячные педагогические курсы. Меня прислали в мою сельскую школу и дали вести 2-й класс, но стать знатным педагогом – не судьба.

В 1940 году, как и многие белорусы, в поисках лучшей жизни мы семьей уехали в Карело-финскую ССР. Отец привез нас – мать, меня, брата, сестру, бабушку – в г. Сальме, что на берегу Ладожского озера. Наш домик находился в 100 метрах от водоема – такая красота! Отец устроился бригадиром, а я учетчиком – мерил, кто сколько обработал земли. Осенью хотел пойти снова в школу, но война… Фины были союзниками немцев, мы, растерянные, спешно эвакуировались. Отцу сказали, что он должен остаться воевать, а я стать главным в семье. Мама, бабушка плакали. Я просил остаться за отца, ведь ему нужно было уберечь, эвакуировать семью. Так я оказался в народном ополчении, нас в быстром порядке научили, как пользоваться винтовкой, как делать бомбу. И мы взрывали склады, дороги, мосты, пока вместе с войсками не попали в окружение. После того, как нам удалось вырваться из вражеских тисков,  нас  отобрали: ребят 1925 года рождения отпустили, приказав найти свою семью и ждать призыва. Нас собрали в вагоны, чтобы доставить до ближайшего эвакуационного пункта, дали по 2 килограмма ливерной колбасы, и так, голодные, мы ехали две недели. В Семипалатинске у нас была остановка, я будто чувствовал, что здесь мои родные. И правда! Вскоре подошел отец, и мы отправились до станции Чарская, там действовали машинно-тракторная станция, мясокомбинат. Отца взяли бригадиром тракторной бригады, выдавали ему 600 граммов хлебушка в день – на всех не хватало. Через какое-то время при МТС курсы трактористов открылись, пошел учиться, стал тоже получать хлеб и даже стипендию. Потом мне доверили маленький трактор, за лето я заработал аж 20 пудов зерна. А зимой, в декабре 1942 года, призвали.

Меня определили в артиллерийский полк, в Подмосковье нас скоро обучили военному делу – и вперед!

О боевых действиях, в горниле которых оказался Владимир Иванович, много написано в книгах, как и об артиллеристах – подлинных героях битвы на Курской дуге, вынесших на своих плечах основную тяжесть боев. По своим масштабам, задействованным силам и средствам, напряженности, результатам и военно-политическим последствиям Курская битва – одно из ключевых сражений Второй мировой  и Великой Отечественной войны. Это было самое крупное танковое сражение: в нем участвовало около 2 миллионов человек, 6000 танков, 4000 самолетов.

Прусов1

В.И.Прусов: «Фронтовое братство. На фото – те, с кем плечом к плечу стояли за нашу Победу. Один из фронтовых товарищей – Виктор Петрович Васютин, он родом из Воронежской области. Мы долго переписывались с ним, делились новостями. Поехал однажды в Воронеж к двоюродному брату, думаю: зайду к товарищу! Пришел по адресу, а он место жительства сменил – встреча, которая принесла бы радость нам обоим, не состоялась… Очень надеюсь, жив-здоров мой славный товарищ. Всё помню, Виктор! И тебя, друг, помню!»

– Битва на Курской дуге, как известно, началась 5 июля 1943 года, я на поле боя попал 10 июля. У нас сначала была оборонительная позиция. В Курской битве принимали участие войска Центрального (командующий генерал Рокоссовский), Воронежского (командующий генерал Ватутин), Степного (командующий генерал Конев) и других фронтов. Я был в Центральном фронте, моей задачей было обслуживать 122-миллиметровую гаубицу, я таскал снаряды. Чувствовал ли я страх? Нет, боязни не было. Есть приказ, и есть исполнение.

…Огненные драки были и на земле, и в воздухе. Самолеты падали на нас, взрываясь. Так было и тогда, 20 августа. Самолет упал вблизи орудий, погибло много солдат, а меня взрывной волной отбросило на ящик со снарядами – сломал ребра, контузило. Наши пошли в дальнейшее наступление, а для меня огненная дуга закончилась. Победоносно Курская битва завершилась 23 августа.

После лечения – Хабаровское стрелково-минометное училище и взвод разведки 822 артиллерийского полка. Я был вычислителем. Нужно ли говорить о том, что ошибаться не имел права?

Цель – поражение японского агрессора. Война должна быть кратковременной, разгром Квантунской армии должен быть быстрым – такова была задача Главнокомандующего перед военачальниками.

В ночь на 9 августа советские части под командованием маршала Советского Союза А.М.Василевского в тесном взаимодействии с воинами 3-й и 4-й революционных армий Китая и Монгольской народной Республики начали разгром Квантунской армии. Эта ночь, наверное, врезалась в память каждому из нас – от солдата до маршала. На землю обрушились проливные дожди. Раскаты грома сотрясали небо. Молнии вспарывали непроглядную темень, но солдаты шли вперед. Внезапность была использована на 100% – наши не дали подняться ни одному вражескому самолету. Атаки наших войск были стремительными, а сопротивление японских самураев – яростным. Нам, воинам 1-го Дальневосточного фронта, довелось наступать со стороны Приморья. В результате тяжелейших боев мы штурмом овладели городами Мулин, Муданьдзян, Харбин. К середине августа Квантунская армия была разгромлена. 28 августа закончено освобождение южной части Сахалина, а 1 сентября советские войска заняли Курильские острова. Япония, лишившись своей мощной базы в Маньчжурии и Корее, вынуждена была признать себя побежденной. 2 сентября 1945 года был подписан акт о безоговорочной капитуляции, а 3 сентября объявлен Днем Победы над Японией.

В.И.Прусов

В.И.Прусов: «С однополчанином по фамилии Сузько отмечаем разгром империалистичской Японии. Это для нас еще один День Победы!»

Лживая версия западных идеологов о том, что сложить оружие Японию заставили атомные бомбардировки японских городов Хиросима и Нагасаки 6 и 9 августа 1945 года, не выдерживает критики. Эти удары, уничтожившие тысячи мирных жителей, не оказали никакого морального воздействия на личный состав японских Вооруженных Сил. Только молниеносный разгром советскими войсками Квантунской армии вынудил Японию капитулировать. Такова правда истории.

P.S. За мужество и отвагу в войне с японскими империалистами 19 человек были удостоены звания Герой Советского Союза, 350 тысяч солдат, офицеров и генералов, в том числе и Владимир Иванович Прусов, награждены орденами и медалями «За боевые заслуги», «За Победу над Японией».

Ольга АРДАШЕВА
Фото автора и из личного архива В.И.ПРУСОВА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *