Николай ДУЧЕНКО: «Если б можно было начать жизнь заново, я бы все повторил…»

Княжеборье… Какая же это необыкновенно тихая и красивая деревенька в Ельском районе! И люди там во все времена  жили добрые, работящие, славящиеся своим гостеприимством, широтой славянской души и жизнелюбием. Старшие, как и подобало, во всем лучшим примером  детям были. Семья Дученко, в которой подрастало трое сыновей, а он, Николай  —  старший, была также у всех на виду. То ли дело, отец — председатель колхоза! Поди, попробуй сделать  что-то не так … Дученки отличались многими качествами, были известны и своими незаурядными талантами. Отец, хоть и вечно занятой человек, хорошо на гармошке играл, мама — певуньей на всю округу слыла…

—  Если какой праздник, собирались сельчане вместе,  —  вспоминает ветеран Великой Отечественной войны Николай Афанасьевич Дученко,  —  то песни были слышны на много верст. Песня сопровождала женщин-тружениц, когда рожь в поле жали, когда помогали мужчинам вершить  стога душистого сена, когда с дойки (мама дояркой была) возвращались. Вот, наверное, от матери и мне талант и любовь к песне передались…

Дудченко

По преданию, на месте Княжеборья когда-то был  княжеский лес — сосновый бор с высокими, стройными соснами. Отсюда и название пошло  —  благозвучное и романтичное. В конце ХIХ века многие жители Киевской и Волынской губерний покупали землю у местного помещика и оседали здесь. В начале ХХ века  поселение представляло собой небольшую деревню Каролинской волости, насчитывающую 51 двор, где проживал 251 житель (235 украинцев и только 16 белорусов). До войны (в начале 1930-х) здесь был создан колхоз имени Ленина. Деревня располагала  небогатой, но важной инфраструктурой: здесь имелись кузница, мельница, начальная школа… За дальнейшим образованием дети в деревню Роза Люксембург ходили. До войны восемь классов как раз и успел окончить и наш будущий герой  —  Николай Дученко. А дальше все закружилось, завертелось в военных событиях, как в страшном и кошмарном сне, длившемся годы…

Ельский район  оказался в оккупации немецко-фашистскими захватчиками с августа 1941-го.  Враг безжалостно грабил, убивал, жег заживо мирных жителей. Молодежь увозили в Германию. К слову, окупанты за время войны уничтожили в районе 5435 человек. Вместе с жителями полностью  сожгли  деревни Заболотье, Копанка, Круглое (увековечены в мемориальном комплексе «Хатынь»). Николаю, как и другим подросткам (ему шел 16-й год) предстояла участь отправки в Германию. Вместе с ребятами из Ельска, Петрикова и других населенных пунктов Полесья, оказался на сборном пункте в Калинковичах.  Потом, когда на станции Птичь железнодорожники стали осматривать вагоны, ему и еще двенадцати парням удалось сбежать. Немцы на изгибе пути заметили прыгающих с вагона ребят, остановили поезд и открыли  стрельбу. Стали прочесывать окрестности. Благо лес для подростков был, что дом родной, он и спрятал беглецов надежно. Петриковские подростки  по дворам родственников разбежались, а ельские  —  бежали, не чувствуя земли под собой,  в сторону деревни Скрыгалов. Когда оказались на берегу Припяти, попросили мужчину, косившего траву, перевезти их на другую сторону. Только на мозырской земле отдышались и почувствовали, что оказались на воле. Дальнейший их путь лежал в партизанский отряд…

— В отряде Трухановича, — вспоминает ветеран,  —  воевало около 300 бойцов — три роты и конный взвод. В основном это были свои полесские хлопцы.  Плюс украинцы из близлежащих районов, русские  —  из военных-окруженцев. Еще иностранец — Юрка-словак: занимал командную должность, потому как имел подготовку офицера. Кстати, окруженцы очень ценились именно потому, что состояли на военной службе, обладали солдатскими навыками, умели обращаться с оружием. Был в отряде один румын и даже пару власовцев. Один воевал как надо, а вот второй  предателем оказался. Наверное, его специально к нам заслали. Как-то партизаны обнаружили, что на тайной тропе, где идти надо было след в след, он оставлял специальные опознавательные знаки. Ну, дальнейшая его судьба по понятным причинам  была решена…

На территории района действовали Ельские подпольные райкомы ВКП(б), ЛКСМБ, партизанские бригады: Ельская 37-я и Мозырская им. А.Невского.

Численность отрядов была небольшой —  от 50 до 90 человек, оружия почти не было. Добывали оружие в бою, отнимали его у дезертиров. Партизаны уничтожали мосты, сжигали сено, предназначавшееся для вражеских конюшен, подрывали мосты и полотно существовавших в районе узкоколейных железных дорог.  В 1943 году в Ельске дислоцировался 101-й словацкий полк, офицер которого Ян Налепка с группой солдат-антифашистов 15 мая 1943 года перешел к    партизанам соединения А.Н.Сабурова.

Ну, а для Николая Дученко в 1943-м началась самая настоящая военная жизнь: для начала он попал в состав запасного артиллерийского полка №768, где проходил военную подготовку для отправки на фронт. В 1944-м  был отправлен на фронт в составе парашютно-десантных войск. В это время уже была освобождена Беларусь, часть Украины. Советские войска гнали подбитого и истрепанного врага, не давая ему передыху. Воинской части, в составе которой был Н.А.Дученко, предстояла зачистка Львова. Прочесывали квартал за кварталом, искали спрятавшихся немцев и мадьяр. В результате операции было найдено более 500 человек. Целый месяц часть занималась восстановлением города, а потом  была включена  в состав 3-го Украинского фронта и участвовала в освобождении Будапешта. — Это время и место мне особенно запомнились, — рассказывает ветеран,  —  потому  что 14 февраля  в Будапеште меня приняли в комсомол. Казалось, что во мне прибавилось мужества и отваги. Хотелось соответствовать гордому званию «комсомолец».

Между тем, бои шли за каждую пядь земли венгерских городов, озеро Балатон. После 195-дневных тяжелых сражений в Венгрии без отдыха и оперативной паузы весной 1945 г. Красной Армии предстояло вновь наступать. В конце марта — начале апреля советские войска перенесли боевые действия в восточные районы Австрии. Фашистское командование рассматривало это направление как один из мощнейших плацдармов своей обороны. Для его удержания заранее было подготовлено несколько оборонительных рубежей. Первый из них опирался на цепь городов, превращенных в крепости,  второй — на горные массивы, третий — на реки, четвертый — на Малые Карпаты, Братиславу, озеро Крезайдлер-Зее и Лойтские горы. Преодолевая упорное сопротивление противника, отражая его контр-атаки, 6 апреля передовые соединения 2-го и 3-го Украинских фронтов ворвались на окраины австрийской столицы и завязали уличные бои. Фашисты планировали организовать стойкую оборону Вены, превратив ее в крепость. В течение 9 и 10 апреля войска 3-го Украинского фронта с боями продолжали наступать к цент-ру Вены. Последние бои в австрийской столице шли в районе имперского моста через Дунай—Рейхсбрюкен. Бойцы батальона под командованием капитана Д.Ф.Борисова  13 апреля проникли на мост, перерезали провода, предотвратив взрыв, а затем овладели им,  и к 14 часам этого же дня  советские войска полностью заняли Вену…

В одном из боев за Вену Н.А.Дученко получил тяжелое ранение в ногу и руку. Попал в медсанбат. Военные врачи сделали все возможное, чтобы он не остался калекой, хотя перебитая рука, вспоминает он, держалась буквально на одном сухожилии, а учиться ходить ему придется заново…  За тот бой наш земляк был представлен  к ордену Красной Звезды, а  позднее за  участие в других серьезных операциях — к ордену Великой Отечественной войны 1 степени, награжден медалями  «За боевые заслуги» и «За победу над Германией».  В Венском госпитале он провел целых три месяца. Здесь встретил и радостное известие о капитуляции гитлеровской Германии. Был счастлив, что после излечения попал в свою часть, которая в это время дислоцировалась в Венгрии.  Здесь прослужил год. Потом служба продолжалась еще  в Рязани и Полоцке. Домой на Полесье  младший сержант Дученко вернулся только в конце августа 1948 года. Бойца с нетерпением ожидали мама и братья. В хозяйстве нужны были крепкие мужские руки. Отец после тяжелого ранения  на фронте, долгое время находился в госпитале и добрался домой только к зиме. Ельск потихоньку возрождался: восстанавливались окрестные колхозы, застраивались деревни, люди возвращались  к мирной  жизни…

Николай Афанасьевич после возвращения с фронта  с помощью свидетелей смог восстановить утраченные документы об окончании школы и поступил в Гродненский кооперативный техникум. После окончания учебы по распределению молодой товаровед попал в Мядельский район. Через месяц ему доверили заведование торговым отделом. В этой должности проработал до 1954 года. В 1953 году женился. С Верой Афанасьевной в счастливом браке прожили почти 50 лет (к сожалению, супруги уже нет в живых). Вырастили и воспитали дочь и сына. Николай Афанасьевич постоянно старался повышать свой профессиональный уровень. Заочно окончил Белорусский государственный институт народного хозяйства. Торговой сфере посвятил более 40 лет. Пять лет возглавлял общий отдел в Комаринском райисполкоме и еще порядка 20 лет отработал главным экономистом в одной из строительных организаций города, занимающейся спецремонтом. Гордится тем, что организации в числе субподрядчиков довелось строить Мозырский НПЗ, где теперь трудится его сын. Долгое время Н.А.Дученко не расставался и с песней: на протяжении многих лет был постоянным участником хора ветеранов войны и труда, известным на всю республику.

—  У меня активная жизненная позиция,  —  улыбаясь,  говорит ветеран. Я счастлив, что дожил до такой красивой даты — 70-летия Победы в Великой Отечественной войне. Радуюсь достижениям общества, страны,своих детей и внуков. Конечно, годы берут свое, но душой я также молод. И знаете, если бы возможно было начать жить заново, я бы все повторил. Не хотелось бы только войны и испытаний. Война во всех ее проявлениях — зло, несущее разрушения и смерть. Я искренне желаю всем мирного неба над головой и надеюсь, что новые поколения будут помнить и дорожить тем, что в свое время сделали мы.

Наталья КОНОПЛИЧ
Фото автора

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *