Он минером служил. Был в плечах не широк…

Счастье солдата зыбко, несчастья крут поворот. Одна роковая ошибка  —  и потемнел небосвод.

С жителем деревни Белая Василием Андреевичем ГРАМОВИЧЕМ можно проговорить весь день. Или два. Интересно слушать человека, которому, во-первых, есть что рассказать, а во-вторых, который умеет это делать: грамотная речь, «приправленная» яркими оборотами, интересные истории, некоторые детали, обратить внимание на которые мог только умный и незаурядный человек.

Сегодня живет уважаемый житель села в небольшом уютном доме. Во дворе  —  беседка, прячущая небо за плотной стеной виноградной лозы. Здесь и состоялся наш разговор. О жизни. О войне. О любви.

Василий Грамович

Мой собеседник вспоминает,  что как-то пришел к деду домой очень вежливый улыбчивый человек  —  представитель власти. Долго говорили. Неожиданный гость все деда нахваливал: и работящий, мол, он, и ответственный. А вечером подъезжает ко двору подвода… Услышал мальчик Вася незнакомое слово «раскулачить». Не понимал тогда, что это значит. Между тем в деревне из большой семьи в 9 ртов осталось только двое детей.

В 7 лет мальчик пошел в школу. Босоногое детство в родной деревне вспоминает с теплотой. Рассказывает, что мама училась в церковной школе. Никогда не сотрутся из памяти воспоминания, которые до сих пор греют душу: мама часто читала своим детям красивые поучительные стихи. Их даже сегодня по памяти цитирует Василий Андреевич.

Начало войны запомнилось деревенским собранием. В центре деревни поставили трибуну, с которой объ-явили о военных действиях. Будущих солдат обнадежили: «Мы надолго не задержимся! Шапками немцев забросаем и вернемся!» Отца забрали на фронт, а потом от людей мать узнала, что глава семьи находится в плену под Бобруйском. Бабушка и мама собрались в дорогу. До Бобруйска шли пешком. Василий Андреевич признается, что не знает, каким образом его женщинам удалось освободить отца: «Наверное, последнее отдали». Батька не мог ходить, потому домой его привезли на нанятой подводе. Однако уже через месяц, уставший и изможденный, главный мужчина семьи умер, оставив в самое страшное время сиротами своих детей.

Долгое время немцев жители деревни Белая не видели. Полицаи, правда, были. Заставили выбрать старосту. Жизнь текла размеренно и спокойно. 22 марта 1943 года сельчане увидели клубы черного дыма  —  горела деревня Казимировка. Дошли слухи, что немцы таким образом мстили партизанам. Напуганные люди ушли в лес: «9 месяцев в лесу прожили. За это время поменяли 6 мест. Когда вернулись, с радостью увидели, что деревня осталась, за исключением нескольких сожженных немцами хат, принадлежащих семьям партизан…»

В ноябре 1944 года Василию пришла повестка. Собирали молодых призывников в соседней Слободе. Рассказали, что требуются минеры. Но никого не принуждали. Каждый мог отказаться и выбрать другую службу. Когда поинтересовались, кто отказывается заниматься разминированием больших территорий, на которых велись ожесточенные бои, двое вышли из строя. Их отправили в Мозырь. Остальные занялись опасным, но необходимым делом. Растаял снег, очистилась земля. Направили молодых ребят в группах по пять человек в Рудню разминировать кирпичный завод. Взрывали мины в соседнем карьере. Там герой нашего материала впервые потерял двоих товарищей: молодые ребята подорвались на мине.

Проносился день за днем. После Рудни «молодняк» отправили на минное поле в 700 га, где было много противотанковых мин. Во время напряженной работы погиб еще один парень  —  Виктор, от роковой мины Василий получил только небольшое ранение.

Рассказывает, что на очередном задании увидели с ребятами странное приспособление. До этого такое никогда не приходилось видеть. В группе из 5 человек работали все строго по очередности. Мой собеседник поясняет: «Хотели, чтобы все по справедливости было. Потому разминировал очередную мину тот, чья очередь подошла». На этот раз очередь была Василия. Признается, что очень волновался: «Не знал, как к странной штуке подойти». Оказалось, мина была кавалерийская. Ее удалось снять без страшных последствий. Но до сих пор помнит наш герой ту звенящую тишину: хлопцы, притихшие в укрытии; бездонное небо, давящее, но вместе с тем манящее бесконечной свободой, мальчишеским бесшабашным счастьем… На какое-то время Василий остался один на один со страшным военным «приветом» у берегов Припяти. Слава Богу, не навсегда…

После войны назначили Василия бригадиром в колхозе. Несмотря на достаточно юный возраст, посчитали парня ответственным и надежным. Так и вышло: не жалея себя, он трудился всю жизнь.

С будущей супругой  —  жительницей соседней деревни  —  познакомился случайно. Прожили в счастливом браке 59 лет. Сегодня у богатого отца и дедушки трое детей и 8 внуков, правнуки. Не стесняясь слез, признается, что близкие не оставляют главу большой семьи: «Постоянно со мной. Помогают мне, ухаживают». О покойной жене  —  воспоминания самые теплые. Дедушка с удовольствием делится с нами секретом счастливого брака: «Думаю, что самое главное в семье  —  это совместный труд. Каждый должен делать свое дело, чтобы потом не упрекать другого за лень и безразличие. В этом и будет проявляться уважение к своей второй половине. А если ты уважаешь своего спутника жизни, обидеть его, оскорбить плохим словом и в голову не придет!» Рассуждает дедушка и о современной молодежи: «Хотел бы пожелать молодым людям не забывать идеалы прошлого. Какая молодежь была в мое время! Никто никому не завидовал, делились друг с другом последним. Сегодня же богатый бедного не хочет понять. Молодые люди часто не слышат стариков. Это печально…»

Между тем мысли Василия Андреевича исключительно в положительном ключе. Говорит, что живется ему хорошо и спокойно. Искренне благодарит за участие в его жизни начальника управления по труду, занятости и социальной защите Петра Леонидовича Шутько: «Золотой человек! Помог мне колонку провести. Ни одну просьбу не оставляет без внимания. Дай Бог ему здоровья!»

Всем своим землякам накануне Дня Независимости по традиции желает мира: «Это самое главное». Добавляет, что не менее важно для человека его собственное здоровье, а также хорошее самочувствие близких людей. А остальное все  —  преходящее…

Юлия ПРАШКОВИЧ,
фото Александра СОЛОДКОВА.