Начальник Мозырского отдела инспекции труда Алексей Задорожный: «Статистика — вещь объективная, но она же и лукавит»

«Кнут и пряник» пробовали?

Начинать пользоваться собственным мозгом никогда не рано. Бывает поздно.

Сколько бы ни говорили, ни писали о том, что безопасность труда превыше всего, республиканские сводки чуть ли не каждый день пополняются информацией о новых несчастных случаях. На производстве иногда ситуации бывают абсурднейшие: человек, зная, что рискует своей жизнью, лезет под автомобиль, в работающий станок, испытывает смертельные удары током… Возможно ли вырастить в рабочем человеке инстинкт самосохранения? Об этом и многом другом – в нашем интервью с Алексеем Павловичем ЗАДОРОЖНЫМ, начальником Мозырского межрайонного отдела государственной инспекции труда.

О коллективе инспекции

– Алексей Павлович, предлагаю начать с общего во-проса: каковы основные функции и полномочия у государственной инспекции труда? Принято считать, что инспекция труда не только защитный, но и карательный орган: за нарушением всегда должно следовать некое наказание. Или в работе инспекции все-таки больше профилактических мер?

– Важнейшая задача Департамента государственной инспекции труда Министерства труда и социальной защиты Республики Беларусь – обеспечение здоровых условий труда на рабочих местах, а также защита трудовых прав граждан. Если вы считаете, что ваши права нарушены и с нанимателем вам договориться не удалось, можете обратиться в инспекцию. На основании письменного обращения работника инспекция проводит проверку соблюдения работодателем трудового законодательства и принимает меры по восстановлению нарушенных трудовых прав. Нашему, мозырскому, отделу поднадзорны 4 района: Мозырский, Калинковичский, Наровлянский и Ельский. В этом году у нас произошла кадровая оптимизация: с 1 сентября в штате всего 5 человек, я курирую Мозырский район, заместитель начальника отдела Иван Васильевич Репник – Калинковичский район, главный государственный инспектор Вадим Иванович Правук – Ельский, главный государственный инспектор Елена Николаевна Комисарук – Наровлянский и юрист главный государственный инспектор Елена Николаевна Петрусева, которая «несет» всю юридическую работу отдела.

Это из особенностей психологии: люди часто запоминают плохое и не помнят хорошее. Вот приезжаешь в составе мобильной группы и начинаешь увещевать, что так и этак нельзя. И в следующий раз все то же самое. Ну не доходит через пряник! Приходится применять кнут, а в нашем случае это административная ответственность. Хотя сам по себе мобильный мониторинг, мобильная группа – это отличная бесплатная подсказка, если хотите, руководство к действию, фактическая помощь руководителю. Наша цель – показать, высветить недостатки, которые по тем или иным причинам не видны руководству организации или предприятия, которое посещает сразу группа компетентных специалистов, которые, уж давайте будем честными, знают больше, видят шире, чем обычные специалисты по охране труда: здесь важны опыт и аналитика. Проведение внеплановых проверок по заявлению субъектов хозяйствования, заключающихся в мониторинге состояния охраны труда, – это также один из видов превентивных мер. Осуществляется бесплатно. И без каких-либо финансовых потерь. Принято, что каждый технический инспектор труда должен провести одну внеплановую проверку по заявлению субъекта хозяйствования в месяц. Уже проведено 35 таких, в подавляющем большинстве ее просили организовать субъекты малого предпринимательства. Отмечу также, что в этом вопросе особо дисциплинированы и ответственны представители отдела образования, спорта и туризма Мозырского райисполкома, в частности, директора школ. Для них это очень удобно, поскольку штатных инженеров по охране труда и юристов у них нет. Для мудрого руководителя такие исчерпывающие обследования – великолепный шанс увидеть объективную картину состояния охраны труда. В качестве такого примера я называю директора ОАО «Нефтезаводмонтаж» Александра Владимировича Кудана, который, заступив в директорскую должность, сразу же попросил в заявлении сделать такую проверку.

– Человек шагает вровень с прогрессом: позволю озвучить комплимент – приятно наблюдать, в том числе и при работе в составе мобильных групп, как специалисты вашего отдела очень быстро, оперативно оценивают техническое состояние любого оборудования… Для гуманитариев это сродни фокусам. Расскажите, пожалуйста, немного о своей команде: кто из какой сферы пришел в инспекцию? И, конечно же, несколько слов о себе: какой профессиональный опыт у Вас?

– Приятно слышать такое мнение со стороны. Но, уверяю вас, так и должно быть!

Иван Васильевич Репник по образованию инженер-механик, Елена Николаевна Петрусева имеет высшее юридическое образование, Елена Николаевна Комисарук – строительное. У Вадима Ивановича Правука – техническое, он окончил высшее военное училище. Я же радиоинженер по специальности. Родился в Белгородской области, в России. В 17-летнем возрасте ушел из родных пенатов, поступив в Харьковское высшее военное командно-инженерное училище ракетных войск имени Маршала Советского Союза Н.И.Крылова и по распределению в 1986 году я попал в 33-ю ракетную дивизию, где служил до момента ее расформирования. После работал на таможне в техническом отделе, а затем – директором в частных структурах, специализирующихся на деревообработке, торговле. А потом меня пригласили на должность главного государственного инспектора в инспекцию труда, в августе этого года я отметил 10 лет, как здесь тружусь.

Позвольте трансформировать вашу мысль: человек шагает вровень с прогрессом, но… сам же его тормозит. Всего за январь-сентябрь в Беларуси на рабочих местах произошло 628 несчастных случаев с тяжелыми последствиями, из них 108 со смертельным исходом. Причина 20 смертей из 108, то есть каждой пятой, – «нарушение потерпевшими трудовой дисциплины, требований нормативных правовых актов, технических нормативных правовых актов, локальных нормативных актов по охране труда». Семеро из 108 погибших находились «в состоянии алкогольного опьянения либо в состоянии, вызванном употреблением наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов, токсических или других одурманивающих веществ». Два трупа – из-за «неприменения потерпевшим выданных ему средств индивидуальной защиты». Человек перестал бояться за свою жизнь и здоровье. Куда делся инстинкт самосохранения? Вот случай, который произошел недавно на производстве исправительной колонии №20. Работал осужденный на штампе, пробивал с помощью пресса в металлической пластине отверстия. В один момент пуансон штампа сломался – осколок летит в глаз. Если бы на потерпевшем были защитные очки, мужчина не потерял бы глаз. При опросе он заявил, что ему было некомфортно в них работать. Как можно объяснить такую нелюбовь, неуважение к самому себе? Знал ведь, что это может быть опасно. Удивляет, зачем наш люд снимает, сознательно выводит из строя блокирующее устройство, которое не позволяет вращающимся частям работать при открытом защитном кожухе. Наши люди умудряются блокировку закрывать изолентой, щепкой – «для удобства»… Но к чему это приводит?

О статистике

– Что привнес в общую статистику травматизма Мозырский район?

– В 2016 году в Мозыре было 2 случая со смертельным исходом: на Мозырском ДСК и сортоиспытательной станции. Плюс 7 несчастных случаев, повлекших тяжелые последствия. На 1 ноября этого года таких 4 (ООО «Лотос», ОАО «Мозырский ДСК», ЗАО «Мозырьлес» и РПУП ИК-20) и 1 ЧП с летальным исходом: напомним, этот трагический случай произошел 20 марта 2017 года с 24-летним электромонтером по ремонту воздушных линий электропередачи службы линий филиала «Мозырские электрические сети». Согласно за-ключению эксперта смерть этого работника наступила в результате действия технического электричества. Произо-шла абсурдная ситуация! Каждый в бригаде, выехавшей на производство плановых работ по установке базового заземления и верхового осмотра воздушных ЛЭП, основы устройства высоковольтного оборудования, все опасности работы с ним и методы оказания первой помощи знал на «пять». Но по немыслимой причине ни один из них, в т.ч. и сам погибший, не предпринял абсолютно никаких мер, чтобы не допустить смертельного травмирования. На глазах отца сына убило током: что тут комментировать? Такое не забудешь. Как положительный момент: в этом году в Мозыре нет «пьяного травматизма».

– Одно из резюме итоговой коллегии Министерства труда и социальной защиты в прошлом году: в Беларуси число травм на производстве в состоянии алкогольного опьянения стало вдвое меньше за пять лет. Так, если в 2011 году травмы на производстве с тяжелыми последствиями получили 122 работника, находившихся в состоянии алкогольного опьянения, то в 2015-м – 66. Как тенденция – в том числе снижение числа несчастных случаев на производстве со смертельным исходом. Что, на Ваш взгляд, способствовало укреплению трудовой дисциплины?

– Статистика – вещь объективная, но она же и лукавит. Считаю, что она в полной мере не дает понимания реальной ситуации. Я ни в коем случае не оправдываю людей, которые в алкогольном опьянении находятся на рабочем месте, однако нельзя снимать ответственности и с работодателя. Почему он допускает к работе пьяного или выпившего человека? В прошлом году я расследовал случай со сторожем в детском саду г. Ельска: потерпевшая умерла от алкогольного отравления прямо на пороге учреждения, где работала, в ее крови обнаружили около 4 промилле алкоголя. Этот случай в общую статистику не вошел, поскольку относится к непроизводственным. Но как это могло произойти? Лично у меня складывается впечатление, что сторожа у нас вовсе предоставлены сами себе. Судя по отчетам службы МВД на аппаратных совещаниях райисполкома, производится весьма некачественный подбор этого персонала. Это как некая привилегированная каста, которую нужно постоянно контролировать. Но оправдывают ли эти затраченные средства цели? Мы сами организовываем поруку за человека: кто-то за кого-то должен обязательно отвечать. Это прописано и в действующем законодательстве об охране труда, обязывающего каждого работника «заботиться о личной без-опасности и личном здоровье, а также о безопасности окружающих в процессе работ». Все так, все верно. Но мое мнение таково: если человек обеспечен всем необходимым, он прошел обучение, инструктаж и проверку знаний по вопросам охраны труда, предоставленное рабочее место соответствует требованиям охраны труда, за ним не надо бегать, контролировать и уговаривать его работать, как надо.

– Тогда напрашивается пресловутый чернышевский вопрос «что делать?», чтобы научить, заставить, убедить… работать без нарушения требований трудового закона, локальных актов по охране труда?

– Я не знаю действующих со стопроцентной эффективностью методов борьбы с человеческой безалаберностью. Универсальных рецептов нет. Каждый должен понимать на уровне инстинкта, что он должен «заботиться о своей без-опасности», нужно воспитать в себе эту самостоятельность, если хотите, самодостаточность. На самом деле на чужих ошибках очень сложно научиться, удивительные люди – те, которые могут так делать. Убежден: пока однажды на «свои» грабли не наступишь, не поймешь, почему порой их стоит опасаться. Приведу отдаленный пример: при проверке многих учебных заведений, колледжей, лицеев наблюдаю, что в учреждении есть станочное и электрооборудование, но оно не используется из боязни допуска к нему учащихся: только бы ничего не вышло. Но кого мы готовим в последствии к реальной жизни? Лишь теоретически готовых к производствен- ной деятельности людей, которые, например, вовремя не поранили палец при работе на рубанке и из-за этого не получили свою… прививку страха.

Я люблю наш народ. Наши люди умные, идейные, креативные. Но зачастую вектор творчества направлен не в ту сторону. Мы не думаем, как выполнить по шаблону, пошагово, а думаем, как обойти выполнение, сделать по-другому. Простой пример: покупая тот или иной инструмент, оборудование, мебель в том числе, собираем, надеясь на свою интуицию и элементарные знания, и только когда что-то не получается, изучаем инструкцию. Так и в охране труда: расписываясь в журнале регистрации инструктажа по охране труда, рабочие смеются: «это чтобы пальцы в розетку не совали», даже по сути не интересуются, за что расписываются…

Еще раз о статистке: из 520 установленных причин производственного травматизма в Республике Беларусь в 2017 году 53 произошло по причине личной неосторожности.

– Какие грубые нарушения допускают в охране труда должностные лица?

– В подавляющем большинстве можно вести речь об отсутствии должного контроля. Например, как в случае в ИК-20, о котором я уже говорил.

– Алексей Павлович, с какими проблемами к Вам чаще всего приходят на прием по личным вопросам?

– Вопросов много, но основные связаны с окончательным расчетом, непродлением контракта, неувольнением, непредоставлением очередного отпуска, невыплатой отпускных. Могу констатировать, что наши граждане стали терпимее ко многим нарушениям: раньше было больше обращений, если, к примеру, задержали ту или иную выплату на 1 день, сейчас молчат. Я оцениваю эту ситуацию так: на рынке труда сегодня существует некая конкуренция. Скандальных, неудобных работников, инициирующих организацию проверки (а при обращении мы обязаны проверить достоверность изложенного в обращении), наниматель не любит, в любой момент его место может оказаться вакантно.

Кстати, я принимаю с 8.00 до 13.00 каждую среду. Идет прием и каждую третью субботу с 10.00 до 13.00. Получить консультацию можно также еже-дневно с 8.00 до 13.00.

О стимулировании

– Логично предположить, что вследствие той самой конкуренции на рынке труда, о которой Вы говорите, человек стал прилежнее во всех отношениях: и в выполнении порученных заданий, и в трудовой дисциплине, и т.д. – иными словами, рабочее место должно было вырасти в цене… По-Вашему, в целом отношение к работе поменялось?

– То, что я слышу от руководителей разных уровней, говорит об обратном: у нас подрастает поколение иждивенцев, подавляющее большинство специалистов, особенно это касается молодых людей, готово говорить о своих правах, при этом напрочь игнорируя свои обязанности, у людей трансформируются понятия о коллективном труде. Вот ко мне приходил на прием молодой человек, опущу, из какой организации. Сказал, что, мол, Президент Республики Беларусь говорил о зарплате в 1 тысячу рублей, а где же она? Я ведь, говорит, провожу на работе 8 часов, трачу свое время. Задаю ему встречный, конкретный, вопрос о том, что он сделал сегодня на своем рабочем месте. Понимает, о чем идет речь, и опять в качестве аргумента – «я же был на работе 8 часов», а то, что все это время необходимо трудиться, для него не обязательно. При работе в составе мобильных групп зачастую видишь расхлябанность наших людей, особенно это касается строительного комплекса. Человек может делать все, что угодно: курить, слоняться без дела по территории, объясняя, что, мол, кирпичи или что-то другое не подвезли. Спрашиваю о том, кому он сообщил, что материала нет, – молчит… Такое впечатление, что люди не горят работой. Почему? Хороший вопрос. Думаю, многое решила бы система «кнута и пряника». Это грубо, но так действенно!

Ольга АРДАШЕВА

Фото Александра СОЛОДКОВА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *