Бог оставляет все, особенно – слова прощенья и любви, как собственный свой голос…

Что нужно для чуда? Кожух овчара, щепотка сегодня, крупица вчера, и к пригорш-не завтра  добавь на глазок огрызок пространства и неба кусок…

Замирает сердце от этих мудрых строчек: какой же гений Иосиф Бродский! Заголовок для своего раздумья в канун великого православного праздника – Пасхи, до которого осталось всего две недельки, я взяла из его стихотворения, которое называется: «На 100-летие Анны Ахматовой». Почему? Да потому что, глядя на бренность жизни нашей, воистину поняла: бумагу и огонь, зерно и жернова, секиры острие и усеченный волос – Бог сохраняет все; особенно слова – прощенья и любви, как собственный свой голос… Это строчки Иосифа Бродского. Вот и размышляю я, грешница земная, над заповедями Божьими – помним ли мы о них, готовясь к столь светлому и радостному дню Воскресения Господня?

…Не сотвори себе кумира.

Если бы так! Сотворяем и поклоняемся обычному земному человеку, ибо он сегодня может для нас быть и Богом, и Царем, и Воинским начальником. Почему? Да потому что земная суета сует – работа, должность, материальное благо – во многом от него. Когда я вижу как толпы поклонников, теряя чувства собственного достоинства, стыд, в буквальном смысле слова караулят у подъездов домов своих эстрадных кумиров, идут на разные уловки, чтобы известный артист обратил на них внимание, душе становится больно и горько: ни к чему это все – возведение на трон своего раболепства представителя арт-бизнеса. Пусть и одаренного таланта: негоже делать это – не по-христиански!

Иосиф Бродский: «Мир остается прежним, да, остается прежним, ослепительно нежным, и сомнительно нежным, мир остается лживым, мир остается вечным, может быть, постижимым, но все-таки бесконечным…»

…Не произноси имя Господа твоего всуе. Произносим. Не зря же говорится: «Только как плохо – так до Бога». А в обычной жизни кто мы? Притча есть одна у меня любимая. Я ее иногда по несколько раз в день вспоминаю – когда все на тебя смотрит сентябрем. Когда бывает больно, так больно, что небо кружится… В минуты грозовые, когда свинцово светит тебе твоя даль, когда злорадно улыбается Фортуна и отворачивается Судьба… Вот она. Умер человек. У сопровождающего его на небесах Ангела, человек поинтересовался: «А чем вы заняты все время здесь, когда не бываете на земле?» Ангел согласился провести с человеком небольшую экскурсию. Приводит он его в одну комнату, где ангелов было столь много, что  яблоку негде упасть, как говорится… И шумно здесь, и хлопотно, и суетливо…

– Что делают все эти ангелы? Чем они так усердно заняты? – поинтересовался человек.

А сопровождавший его Ангел пояснил:

– Они все принимают и записывают молитвы, поступающие с земли от людей. А их – миллионы…

Затем приводит Ангел человека в другую комнату. Здесь тоже все заняты работой, все спешат, торопятся…

– А эти Ангелы что делают? – задал снова вопрос человек.  И услышал в ответ: «Они записывают волю Бога по людским молитвам и передают ее на землю». В третьей комнате человек увидел лишь одного скучающего за столом Ангела. Он ничего не записывал и ничем не был занят: Ангел чего-то ожидал. На недоуменный взгляд человека, главный Ангел пояснил: «Этот Ангел принимает благодарности людей Богу…»

Без комментариев, что называется. Вспомним об этой притче и не забудем поблагодарить Небо. А за что – всегда есть: за то, что живем!

Иосиф Бродский: «Мать говорит Христу:

– Ты мой сын или Бог? Ты прибит к кресту: как я домой пойду? Как ступлю на порог, не узнав, не решив: Ты мой сын или Бог? То есть мертв или жив?

Он говорит в ответ:

– Мертвый или живой, разницы, жено, нет. Сын или Бог, Я Твой».

Да, Бог в нас самих…

…Чти отца твоего и матерь твою. Однажды мне пришлось побывать в Слободской больнице в палатах сестринского ухода, где коротают свое одиночество старики. У них есть все: и чистая постель, и хорошее питание, и медицинская помощь. Но все эти слагаемые человеческого бытия ничего не значили в сравнении с той невыносимой болью в сердце, которую испытывали эти люди, пронесшие свой тяжкий жизненный крест не ропща, а принимая его, как небес испытания. Старики – чьи-то матери и отцы – оказались вдруг не нужными родным детям, потому что не могли уже им что-то дать. Что осталось у них в конце долгой жизненной дороги? Обида. Боль. Одиночество. Я покидала эти палаты  с тяжелым сердцем: было от чего! А вослед мне, вытирая платочком слезы, смотрели старенькие люди… Что я поняла после этой встречи? Нет ничего такого, чего нельзя было бы исправить при жизни. И  что все наши страсти земные меркнут перед тишиной Вечности. Не опоздайте!

…Не убий. Я видела его глаза – глаза человека, убившего другого человека: погасшие, безжизненные, равнодушные. Это было много лет назад, а вот забыть этот взгляд не могу. В церкви исправительной колонии № 20 он отмаливал свой грех. Все ручные уникальные работы – дело его рук. Он очень хочет, чтобы Господь его услышал, ведь кроме Бога у него на земле никого не осталось: семья отказалась, а родных нет. Господи, Ты мой Боже! Зеленоглазый мой! Пока земля еще вертится, и это  ей странно самой, пока еще хватает и зелени, и огня, да и всем Любви, о Господи, и не забудь про меня…

Иосиф Бродский: «Как хорошо, что некого винить. Как хорошо, что ты ничем не связан, как хорошо, что до смерти любить тебя никто на свете не обязан. Смотри в окно и думай понемногу: во всем твоя одна, твоя вина. И хорошо. Спасибо. Слава Богу!»

…Не укради. Еженедельно знакомлюсь с оперативной сводкой РОВД: ни одного дня без краж, без хулиганства, без разбоев не проходит на территории нашего районного социума. Человек – двуединое существо: из плоти и духа. Это всегда знали верующие. И в XXI веке нам об этом стоит помнить. Пусть он будет тысячелетием Духа. И скальпелем Разума, расчленяя действительность, будем решать свои материальные проблемы, опираясь на голос сердца. Господи, не оставь, к жизни любви прибавь. Грешных нас рассуди, к истине пробуди…

Почему пишу об этом в преддверии светлого праздника Пасхи? Да все просто. Кто из нас, оказавшись на жизненной штормовой волне, сбивающей с ног, не просил, воздев руки к небесам, повторяя, как все люди на Руси: «Помилуй, Господи, нас грешных и спаси…» Наши неслышные жестокому и равнодушному миру мольбы, тихие, как  рассвет, и чистые, словно небо после грозы, слившись с миллионами других (вспомним выше сказанную притчу), доходят до Бога… И Ангел-спаситель, неслышно появившись за спиной, проносил нас над жизненной бездной отчаянья.

Всего две недельки осталось до великого праздника. Остановимся на скоростном шоссе жизни хоть на мгновение. Заглянем в свою душу: не мертва ли она? Помните библейское изречение: «Все богатства мира не стоят того, чтобы из-за них душа твоя погибла…»

Зажжем перед собой свечу и тихо скажем: «Не дай мне, Боже, раствориться в моих печалях и слезах. Дай силы, чтобы возродиться и отразиться в образах. Не дай оглохнуть и ослепнуть, и онеметь моей душе: позволь моим росткам окрепнуть, чуть появившихся уже…» Соберемся с духом. Тихо поблагодарим Бога за ее великую милость по отношению к нам. За то, что Он подарил нам день сегодняшний. И все радости в нем.

Помним ли мы – на бегу, на ходу, на вокзале – о главном завете, оставленным нам Христом: нести в мир свет и доброту. Будем добрее друг к другу, иначе смысл Великого праздника потускнеет.

…В углу комнаты – икона с ликом Спасителя. Христос смотрит на меня печально и чисто, светло и возвышенно. И я тихо говорю вслед за Иосифом Бродским: в ушную раковину Бога, закрытую для шума дня, шепни всего четыре слога:

– Прости меня.

Лариса ЧЕРНАЯ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *