Мозырский молодежный театр «Легион» – это позитив!

И «легионеры» Дворца культуры ОАО «Мозырский НПЗ» стараются дарить его мозырянам и гостям города  сполна, радуя ценителей искусства как уже известными, так и интригуя совершенно новыми постановками. О том, как завершается этап подготовки ко встрече со зрителем и на что нынче пал  выбор труппы, –  в преддверии премьеры в  диалоге с корреспондентом газеты поделился бессменный художественный руководитель народного молодежного театра «Легион»  А. В. МАЗЬКОВ.

– Александр Васильевич, чем порадует своего зрителя «Легион»? Можно ли рассчитывать на сюрприз?

– Как и всякий уважающий себя театральный коллектив, мы, безусловно, готовимся отметить свой праздник большой премьерой. В этом году наш выбор пал на жемчужину советской драматургии – пьесу Николая Робертовича Эрдмана «Самоубийца», которая в нашем варианте будет называться «Жизнь прекрасна!»

– Несколько неожиданно. Я имею в виду названия произведения и спектакля. На афише написано  «по мотивам», и, зная, что вы сами достаточно одаренный драматург, хочу спросить: вы работали над текстом?

– За «одаренного драматурга» спасибо! (смеется) Но давайте по порядку, чтобы снять часть вопросов, которые, несомненно, возникнут у пытливого зрителя. Начнем с автора. Николай Эрдман – поистине одаренный, талантливый и смелый драматург, поэт и сценарист. Человек непростой судьбы, с «полным набором» истинно талантливого художника, жившего и творившего в эпоху тоталитаризма. Нашлось место там и гениальным пьесам, и запретам на постановки; сталинским премиям и аресту; службе во фронтовой бригаде НКВД (по личному распоряжению Берии) и ссылке в Сибирь; блестящим сценариям в кино, мультипликации и вырезанием имени из титров шедевров советского кинематографа. Мировая слава нашла его раньше, чем признание на Родине. Воистину талантливый был человек! Поэтому сразу признаюсь – редактировать текст пьесы посчитал кощунством. (смеется) Просто в этом не было необходимости. Да, текст сильно сокращен, убраны некоторые персонажи, а кое-какие  объединены, по той причине, что у нас просто не хватает актеров. Но никакой авторской редакции и правки не производил. Тут ведь еще надо понимать, что это за текст. Станиславский неспроста называл Эрдмана Гоголем ХХ века. Тексты его пьес – это продолжение лучших гоголевских традиций! В «Самоубийце»–  такой сочный, колоритный язык времен НЭПа, что ценителям русской словесности можно подавать эту вещь на «сладкое»! По силе таланта критики ставят Эрдмана в один ряд с современниками – Платоновым, Зощенко, Булгаковым, Блоком, Маяковским и Горьким. И мне кажется не безосновательно.

– С личностью автора понятно. Теперь давайте о пьесе. Она ведь, как вы отметили, долго была запрещена при Сталине…

– У пьесы тоже интересная судьба. Ее высоко оценили Станиславский, Горький и нарком Луначарский. Первым взялся за постановку Мейерхольд. Но Главрепертком запретил ее. Позже Станиславский после личного письма Сталину все же поставил пьесу. Но, когда спектакль был уже готов (!), отец народов передумал и лично наложил запрет. Позже в 1932 году Мейерхольд опять ставит спектакль и показывает его партийной комиссии во главе с Кагановичем. Резюме то  же: запретить. А в начале 70-х пьесу перевели сперва на немецкий язык, и она обрела свою жизнь на мировых сценах. Сначала в Швеции, затем в ФРГ, Западном Берлине, Франции, Швейцарии, Канаде, США. В Англии пьесу играла труппа «Королевской шекспировской компании». После этого уже и нашим стыдно стало. В 1982-м  ее поставил Валентин Плучек в Московском театре Сатиры. А сейчас существует столько постановок, что и сосчитать трудно. Мне лично очень нравится наша минская постановка НАДТ им. Горького (режиссер Борис Луценко). Отличная постановка, концептуальная и дерзкая, есть в Российском Академическом Молодежном театре (режиссер Вениамин Смехов). И, пожалуй, самая интересная, новаторская, нестандартная что ли, сделана Сергеем Женовачем  в московском театре «Студия театрального искусства». Это на мой вкус, повторюсь.

–  Ну что ж, не скрою, материал интригует. Лично мне, как зрителю, да и просто, как человеку, выросшему в советское время, будет интересно посмотреть на эту вещь. А всем ли будет интересно в зале?

– Улавливаю подвох (смеется). Имеете в виду молодежь? Скажу так: те из молодых людей, кто придет в зал по зову души, поймут. Ведь спектакль не о Советской власти и не о НЭПе. Спектакль о жизни. Об отвратительной толпе обывателей, прикрывающейся различными масками. О «маленьком человеке» со всеми его недостатками и достоинствами. О его нелегкой жизни, о его вызове всему человечеству, о его внутренней борьбе. В пьесе Эрдмана подняты большие жизненные вопросы. Почему молодежь не должна этим заинтересоваться? Спектакль будет полезен в первую очередь именно молодежи, как экскурсия в те нелегкие времена становления советской власти. Когда они увидят, как жили их прадеды, они, возможно, по-новому взглянут на современную жизнь! Кто-то, возможно, перестанет ныть и возьмется за работу, за образование, поняв, что сейчас у них есть большие возможности для самореализации.

– Интересный вывод. А чего в спектакле больше: смеха или слез?

– Эту пьесу не зря сравнивали с «Ревизором». Юмора  в ней много. Он очень качественный, проверенный временем и нестареющий. Сергей Женовач в интервью сказал, определяя жанр пьесы: «Пьеса Эрдмана – это большая литература и большое слово. Кажется, что это написано сейчас, сегодня и в этом есть потребность. И какая-то внешняя сатиричность здесь уходит, а на первый план выходит глубина, прозорливость и талант. Пьесу нельзя назвать комедией. Здесь есть элементы мелодрамы, лирической комедии, гротеска, фарса, трагедии – много всего. Это – вещь, это – сочинение! Литературные жанры тесно переплетены, и смех здесь рядом со слезами. Это в хорошем смысле развитие гоголевских традиций.»  Емко и в точку. Заплачет ли наш  зритель? Не знаю. Главный герой не однозначно положительный персонаж. Вот героиню нашей прошлогодней премьеры мадмуазель Пышку право было жалко. На «Руанской деве» люди проникались сочувствием, многие плакали, а вот Семен Подсекальников сочувствия и слез может не вызвать, но задуматься заставит. Это точно.

– Вы же всегда повторяете, что в этом и есть предназначение театра: заставлять зрителя задуматься.

– Да, это мое убеждение.

– Теперь понятно, почему вы в последнее время выбираете такой материал.

– Наш зритель «вырос», «повзрослел» и готов к серьезным вещам. Мы это увидели, услышали и прочувствовали. Мы «подросли» сами и теперь хотим быть со своим зрителем на одной ментальной волне, если можно так выразиться. Просто хорошей комедией уже никого не удивишь. Надо зрителя «щипать» за самые глубокие, сокровенные душевные струны. Это наука деликатная, сложная, но чрезвычайно интересная и очень полезная.

– Чтобы зритель не «зачерствел»?

– Точно. Чтобы не «поползли струны». Чтобы душа звучала, как хорошо настроенная гитара. Театр и создан для этого: очищать, просветлять и заставлять мыслить!

– Нелегок путь служителя Мельпомены!

– Преданные служители действительно больше отдают, чем получают.  Но кое-кто боится «сгореть». И тогда получается халтура. А театр не терпит каких-либо относительных категорий, каких либо «почти» или «вот-вот». Тут максимализм и абсолют в чистом виде. Надо жертвовать многим, чтобы получилось. Жить, а не играть, как говорила Фаина Раневская! Не всем дано выдержать темп этого «забега». Приведу гениальный диалог авторства Григория Горина из фильма «Тот самый Мюнхгаузен». » – Говорят, юмор продлевает жизнь!». » – Это тем, кто смеется, продлевает. А тем, кто острит, укорачивает.» Понимаете, о чем я?

– Да уж, как не понять! Спасибо за беседу. Желаю вам хорошей премьеры, аншлага и чтобы все задуманное получилось.

– Спасибо. Так и будет. Мы обречены на успех (смеется).

Вместо послесловия.

У Гоголя есть замечательная фраза: «Театр – это такая кафедра, с которой можно сказать миру много добра». Меняется мир, но не меняются ценности, они те же – нравственность, честность, любовь. Это должно звучать со сцены. Театральное искусство объединяет все мировое сообщество, приобщает человечество к прекрасному, воспитывает творческую личность, ответственную за окружающий мир.

Наталья КОНОПЛИЧ,

фото из архива.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *