«Мы показываем, как выглядит война, чтобы не было настоящей»

Сегодня в Брестской крепости развернется масштабная реконструкция первых боев Великой Отечественной войны, в которой примут участие десятки военно-исторических клубов.

Оглушительные выстрелы, взрывы, разлетающаяся из-под танковых гусениц земля, крики и падающие под градом вражеских пуль солдаты… Все, что описывают в хрониках Второй мировой, реконструкторы испытывают на себе. Один из тех, кто 22 июня будет защищать Брестскую крепость, – участник военно-исторического клуба «Солдаты Победы» историко-культурного комплекса «Линия Сталина» Сергей Опейкин.

– Прежде всего мы занимаемся живой историей. В книгах, особенно кабинетных ученых, встречается много неточностей и ошибок. Никто не пишет, как у тебя через сутки начинает ломить спину от тяжести бронежилета, что такое подрывы и контузия. Когда прочувствуешь все это на себе, понимаешь, каково было солдатам в 1940-е. Причем боевые действия занимали лишь 10% военного времени, остальные 90% суровых будней составляли изнурительная ходьба, сумасшедшая нагрузка на психику, – уверен Сергей Опейкин.

Периодически реконструкторы устраивают полевые выходы, когда на целый день без зрителей и камер погружаются в атмосферу военного времени.

– Больше всего удивляет, как целые воинские подразделения могли воевать без раций и аэрофотосъемки. В один из полевых выходов мы, имея современные карты и связь, умудрились потеряться и час плутали по лесу, – вспоминает реконструктор.

Для того, чтобы показать своих героев как можно более достоверно, Сергей консультируется с военными психологами, медиками. В реконструкции ему помогают диплом истфака и множество семейных историй…

Воевали и деды, и прадеды

– Представители моей фамилии воевали с 1905 года. Старший брат прадеда участвовал в русско-японской войне. Прадед Степан Опейкин в Первую мировую был тяжело ранен и потерял ногу, попал в немецкий плен. После войны возвращался домой пешком, – вспоминает семейные истории герой и показывает военный билет своего деда Ивана Латушко. – Он партизанил в тех краях, где сейчас находятся Национальный аэропорт «Минск» и Петровичское водохранилище, – рассказывает Сергей Опейкин.

В последние военные годы Иван Латушко служил сначала минометчиком в 1259-м минометном полку, потом танкистом.

– Второй мой дед – Иван Опейкин на войну не попал по малолетству. Впоследствии он руководил восстановительными работами в разрушенном Сталинграде. Воевали его старшие братья: Григорий был командиром танка и участвовал в оборонительных боях в Беларуси, а Алексей – кадровый военный, до начала Великой Отечественной уже прошел две войны – погиб при Сталинградской битве. Сохранилось его последнее письмо семье, которое заканчивается строками: «Завтра ухожу в бой. Прощайте», – на память читает Сергей.

С такими героическими родственниками Сергей Опейкин не сомневался, что поступит в военную академию и продолжит родовые традиции. Однако планы пришлось поменять из-за выявившихся проблем с сердцем. Парень поступил на отделение музейного дела и охраны историко-культурного наследия истфака БГУ. В 2014 году случай привел его на «Линию Сталина» в клуб военно-исторической реконструкции «Солдаты Победы».

Развенчивая мифы

– Реконструкцией Второй мировой войны занимаются разные люди. К нам приходят как вчерашние школьники, так и люди старшего поколения. Среди участников «Солдат Победы» есть и такие, кто проходит воинскую службу, – рассказывает командир клуба Юрий Перепечин.

В рядах «Солдат Победы» около 100 человек – они распределены по отделениям пехоты, связи, артиллерии, танкистов, контрразведки, мотопехоты (воспроизводят немецкую армию). Есть среди реконструкторов и девушки. Они в основном заняты воссозданием жизни военных медиков, но изредка тоже выходят на поле боя. Сергей Опейкин в клубе возглавляет секцию контрразведки. Солдаты Победы.

– НКВД – одна из самых оболганных структур, – считает историк. – В памяти людей чекисты остались только как участники заградотрядов и расстрелов. Между прочим, заградотряды чаще всего создавались в дивизиях и к НКВД не имели отношения. Среди чекистов не было случайных людей – все проходили спецотбор, были наиболее обученными и проверенными. А в 1941-м Минск обороняли 234-й, 235-й и 236-й батальоны НКВД. Из столицы они уходили последними.

Сейчас Сергей в основном занимается реконструкцией Афганской войны и историей 40-й армии. Благодаря глубоким познаниям, его приглашают сниматься в военных фильмах, а в кинокартине «Охотники на “Тигров”» («Тигр» – немецкий тяжелый танк. – Прим. авт.) о событиях 1944 года он даже снялся в главной роли полковника Архипова.

Про «киноляпы» в военных фильмах

Как историку Сергею Опейкину очевидны многие ошибки, которые допускают кинематографисты:

– Сохранились огромные запасы послевоенной формы 1949 года – ее можно отличить по нагрудным кармашкам. А согласно стандартам формы 1943 года рядовому составу иметь нагрудные карманы не полагалось. Нетрудно догадаться, что в кино солдат часто одевают в форму нового образца…

Форма для солдат-женщин также была прописана в уставе, существовали даже немногочисленные образцы парадно-выходной одежды, однако на фронте ее не носили. Чаще всего женщинам приходилось носить стандартную солдатскую форму и самостоятельно подгонять ее под себя.

– Я занимаюсь историей военной медицины, и бесконечно раздражает, когда в кино показывают миловидных девушек в юбочках, которые на своих хрупких плечах выносят с поля боя раненых солдат. Такого и близко не было, – уверяет Сергей Опейкин. – В медчасти, как правило, брали женщин плотной комплекции, потому что санитарка должна вынести с линии огня не только раненого бойца, но и его оружие. Санитары работали по двое, также имели личное оружие и с 1941 года не носили на предплечьях белые кресты, потому как по ним враг бил прицельно.

Разобраться, какому году войны соответствует обмундирование, под силу только униформистам (униформистика – отдельное направление реконструкции, которое изучает историю мундиров военных и гражданских чинов. – Прим. авт.). По словам Сергея Опейкина, с ходом войны снаряжение солдат постепенно упрощалось. Еще в 1941-м перестали выпускать заплечные лямки, потом прекратили шить «сухарки» – сумки для продовольствия… Всего же амуниция солдата вместе с оружием весила порядка 35 килограммов.

Как рассказывает реконструктор, воссоздать образ среднестатистического советского бойца стоит минимум 500 долларов. Тем же, кто реконструирует армию противника, придется выложить больше 1000. Желающих одеться в форму вермахта по всему миру хватает. Но, как подчеркивает Сергей Опейкин, реконструкторы немецкой армии изучают только материальную культуру и, конечно же, далеки от идей национал-социализма.

За 4 года в военно-историческом клубе Сергей Опейкин досконально изучил быт советских солдат и даже научился разбирать на ходу автомат Калашникова. Но, как считает герой, реконструкция военных действий отличается от реальности в такой же степени, как пластиковая модель танка от настоящей. Но в том-то и смысл – показать, как выглядит игрушечная война, чтобы не было войны настоящей.

Диана ФИЛИМОНОВА

Фото автора

Источник: https://1prof.by/news/society/rekonstruktor_my_pokazyvaem_kak_vyglyadit_voina_chtoby_ne_bylo_nastoyashchei.html © 1prof.by