Школа приходит домой, чтобы ребенок получил необходимое образование

Это происходит, когда учащийся по медицинским показаниям временно или постоянно не может посещать учреждение образования.

Как есть…

Временно, пожалуй, самый простой случай. Все мы время от времени получаем, увы, травмы, ограничивающие нас в передвижениях. В памяти остался милый эпизод. Ученик сломал ногу, назначили обучение на дому, учителя с ним добросовестно занимались, парень не отстал от школьной программы. Радостная благодарная мама, когда ее сын выздоровел и пошел снова в школу, накрыла стол для всех педагогов.

И значительный пласт работы, когда речь идет о детях с особенностями психофизического развития (ОПФР), – это огромная категория, есть разные виды оказания помощи таким детям, в том числе – обучение на дому. Оно для детей с ОПФР определяется только по заключению врачебно-медицинской комиссии. Дети с особенностями по этой форме обучения – разные. Есть с нормой интеллекта (это обычные план и программа), но при этом какое-то поведенческое нарушение, или нарушена речь, мешает как самому ребенку находиться в коллективе, так и детям, которые с ним учатся. Поэтому психолого-медико-педагогическая комиссия ГУО «Мозырский районный центр коррекционно-развивающего обучения и реабилитации» (в дальнейшем – ЦКРОиР) согласно определенного пакета документов определяет обучение на дому.

Другая категория – дети, которые по медицинским показаниям имеют тяжелые нарушения. Это дети-инвалиды, когда у ребенка не только интеллект не норма, но и по состоянию здоровья он не может находиться в коллективе, так как проблематично оказать медицинскую помощь при его заболеваниях. Сегодня таких детей по данным на 15 сентября 2018 года 67: 44 – школьники, 23 – дошкольники, но по Кодексу об образовании обучение на дому дается всем, примерно десять лет назад дошколятам обучение на дому не предоставлялось.

Тонкости человеческого общежития

Огромная часть детей, обучающаяся на дому в школах, представляет понятную проблему для родителей: ежедневно приходит посторонний человек, педагог. Соответственно, и принимающая сторона должна соответствовать в рамках своей культуры и порядка, потому что объективно постоянное постороннее присутствие терпеть сложно. Поэтому в одном из нормативных документов предусмотрена комбинированная форма обучения, введена она с целью социализации детей – частично можно приводить детей в школу. С этой целью выделяется помещение, и согласно своему расписанию, родитель приводит ребенка в школу на занятие, и здесь же он может включаться в какое-либо мероприятие класса, в списочном составе которого он находится. Дети с нарушениями функций опорно-двигательного аппарата не могут быть в школе по понятным причинам. Но сегодня уже становится в порядке вещей приглашать «колясочников» на многие школьные мероприятия, и есть примеры, когда они даже выступают, – ребенок из ЦКРОиР с нарушением зрения занимался в музыкальной школе и участвовал, в том числе, в областных концертах. В рамках социализации детей-«надомников» мозырский Дом творчества берет таких ребят в группы дополнительного образования, они имеют такие же права, как и здоровые дети, по-этому достаточно примеров, когда специалисты из Дома творчества работают с ними на дому, занимаясь кружковой деятельностью. Этими услугами пользуются и дети с тяжелыми формами ОПФР: многие родители сами обращаются с просьбой помочь привлечь своего ребенка к какой-либо деятельности – им стараются идти им на встречу.

Сегодня по банку данных

ЦКРОиР проходят 3337 детей с ОПФР (на 15.09.2018) с различной степенью нарушений, от элементарного нарушения звуков (не выговаривает [p]) до инвалидов-колясочников, которые могут быть только дома. Такие дети прикреплены только к центру, и специалисты работают с ними на дому – сейчас таких 13 школьников, не всех возможно даже в центр пригласить. Часть из них лежачие, а у других выход со своей территории дает непредсказуемый и бурный взрыв эмоций, в том числе и положительных. Но вниманием они не обделены: в каждый праздник к ним приезжают педагоги, и каждый, кто прикреплен к такому ребенку, помогает решать и бытовые проблемы, например, если маме надо покинуть дом по своим делам.

Родительское собрание

Специалистам приходится решать и деликатные проблемы: не каждая семья готова принять своего ребенка таким, какой он есть. И очень много сил надо отдать, настроить родителей, что надо учиться жить с таким человеком рядом.

Тема социализации детей с ОПФР важна, но есть и другая немаловажная проблема – социализация их родителей. Да, надо нести свой крест, но при этом понимать, что это не конец света, и жизнь не состоит из одной только личной драмы. Поэтому в ЦКРОиР действуют, в зависимости от возрастной категории и направления работы, клубы для родителей «Доброе сердце», «Всезнайка», «Уютный дом», «Школа для родителей», «Под знаком Любви», «Гостиная», куда приглашают пап и мам. И можно сделать вывод, что благодаря этим объединениям сделан определенный рывок: родители стали «выходить в люди», не замыкаясь наедине со своей бедой, увидели, что они не одиноки и не всегда их ситуация самая тяжелая, плюс появилось здоровое общение между собой. И когда социализируешь родителей, то меняется к лучшему отношение к ребенку, работа педагогов с ним становится более плодотворной. Глаза мамы и папы становятся светлее, хотя в первые минуты встречи это были невероятно угнетенные люди. Эти дети – они ведомые, и если мама в депрессии, то и влияние на ребенка будет соответствующее.

Другое важное нововведение для тяжелых детей-надомников – такая форма работы, как социальная передышка для родителей. Ребенка можно оставить на время (не более месяца) в специализированном учреждении, где ему будут обеспечены забота и уход, а родители в это время смогут отдохнуть, привести в порядок дом, съездить куда-то — короче говоря, заняться своими делами. И многие родители, чаще это, как правило, мамы стали этой услугой пользоваться.

Не в школе – не значит хуже

По наблюдениям специалистов, когда переводится ребенок на обучение на дому, только немногие родители сопротивляются такому решению. Здесь важна предварительная работа в школе, когда разумно, грамотно родителям показывают, что стоит попробовать такую форму работы на ближайший год, чтобы сравнить результаты. И когда мама, которая первоначально настроена против такого решения, в течение года увидит, что ребенок, обучаясь дома, лучше усваивает учебную программу, становится спокойнее его поведение и меньше конфликтов, то родитель успокаивается, и уже через год только единицы против такой формы обучения. Как правило, это семьи СОП, которых напрягает пребывание постороннего человека в их семье. Благополучная семья сразу видит благо для ребенка.

Бывает и так, что уже после первой четверти сомневающиеся поначалу родители соглашаются на обучение на дому. И просят
обучение на дому только на полгода, а потом уже попробуют учиться в обычной школе. Как правило, им идут навстречу, переоформляя документы.
Детский сад, школа здесь выступают как первичное звено: к ним пришел ребенок, они за ним понаблюдали, оценили обстановку, поговорили с родителями, и тогда ребенок отправляется на обследование в ЦКРОиР.

Впрочем, бывают и такие нюансы, когда очевидно, что конкретному ребенку надо быть в школе. Есть проблемы со здоровьем, но интеллект – норма, и есть желание учиться со сверстниками. Эти дети явно будут учиться дальше, им необходимо быть в окружении людей, учиться общаться. Но родителям, подчеркиваем – не ребенку, удобнее вариант обучения на дому…

Так что школа никоим образом не требует, чтобы ее ученик учился на дому.

Осторожно, дети!

Как правило, учреждения образования настаивают на такой форме обучения только когда ребенок неуправляемый. Поведенческая проблема, когда есть агрессия и другим детям грозит опасность. Можно долго рассуждать о причинах такого поведения, есть откровенные психические нарушения, но практика показывает, что многое идет из дома, от родителей, их поведения. Причем родители не обязательно маргинальные личности, это могут быть и вполне культурные и образованные люди. Увы, но не редкость ситуации, когда взрослые ведут себя при детях неподобающим образом, занимаются вещами, которые не для детских глаз. При этом наивно полагая, что «ребенок не понимает». А ему не надо понимать, ему достаточно того, что он видит картинку. И впитывает в себя все увиденное, как губка, особенно в первые три года жизни. Исправлять потом сформировавшиеся стереотипы поведения необычайно сложно, но тем временем он демонстрирует то, что увидел дома.

Есть также особая категория детей, которых, к сожалению, еще не умеют принять ни детские сады, ни школы – они имеют аутистические нарушения. Они возникли не из-за поведения родителей, это именно психические нарушения, которые провоцируют агрессию как защиту от того, что ребенок не может понять. Раньше такие нарушения врачи не диагностировали, но теперь, когда есть программа в Министерстве образования по обучению таких деток с раннего возраста, созданы специальные классы, приходится таких детей выявлять и с ними работать по-особому. Их стало не просто больше – их стало много, и они все разные. Есть аутисты с нормой интеллекта, но нарушением норм коммуникаций и социального поведения, когда ребенок не понимает, как надо себя вести, что влечет проявления агрессии.

Проблема обучения аутистов становится все актуальнее и серьезнее. Дело даже не в том, что педагоги не хотят с ними работать – они просто не знают, как это надо делать, их надо этому учить. Но всему научить государство не может, поэтому самообразование, практика, желание развиваться для молодых специалистов необходимы.

«Солнышко проснулось!»
Правильность этих наблюдений, размышлений, оценок специалистов мы смогли проверить на конкретном примере, посетив урок с одним из подопечных
ЦКРОиР. Вспомнились слова одного из представителей руководящего корпуса Мозырского района: «Когда мы в первый раз собрались в центр, я настраивала наших коллег, во-первых, не реветь, во-вторых, не пугаться и не прятаться друг за друга…» Встреча с чужой бедой – это всегда испытание. Нас сопровождает молодой педагог-психолог Светлана Ивановна Сохор, задаем ей вопрос: «Ваши подопечные – особенные дети плюс не всегда жизнерадостные их родители. Есть какие-то приемы, чтобы справляться с неизбежным накоплением негативных эмоций?» – «У каждого свой способ, – рассказывает Светлана. – Но уметь разгружаться от негатива надо обязательно всем, чтобы не наступило преждевременное профессиональное выгорание. Известный «черный юмор» врачей, спасателей – это ни в коем случае не цинизм или бездушие, но тоже способ психологической защиты. Для меня же это общение с природой, прогулки в одиночестве в парке или лесу, встречи с хорошими друзьями».

И вот мы дома: нас встречает мама Людмила, красивая, уверенная женщина. И наши страхи, сопряженные с чувством жалости к ребенку и самому себе, мгновенно пропадают. Сын Игорь прикован к инвалидной коляске, диагнозы тяжелые и практически безнадежные – мама реально оценивает положение вещей. Отсутствие ложных надежд и ожиданий, на наш взгляд, тоже облегчает жизнь. «Для нас это просто ребенок с особенностью, – рассказывает Людмила. – Но ни в коем случае не «крест» и не «жертва» с нашей родительской стороны. Огромное спасибо педагогам нашего центра: появились силы и уверенность, что мы не остались в одиночестве, с ребенком занимаются. И я могу без страха оставить ребенка с ними и заняться своими делами, если надо куда-то выйти…»
Людмила полностью согласна с идеей, что родители таких детей тоже нуждаются в социализации:«Когда мне в год сообщили о диагнозе моего сына, я только и смогла растерянно беспомощно вымолвить:«Что же мне теперь делать?…» – «Читайте литературу, ищите информацию в интернете, там много всего по вашей теме…» – был устало равнодушный ответ. И только благодаря Центру и другим родителям я поняла, что моя ситуация – не конец всей моей жизни, что можно и нужно уметь жить и с такими проблемами…»

Квартиру Людмилы украшают ее собственные работы, и в семье есть понимание, любовь, поддержка.
Бытовые проблемы семьи характерны для многих подобных случаев – безбарьерная среда. «Нет специального пандуса в подъезде, – делится Людмила. – Поэтому выйти на прогулку проблематично. Можно сделать за свой счет, но сумма неподъемная. Двор старый, поэтому нет специально выделенного места для автомобиля – бывает и так, что ребенка нужно срочно везти к врачу. Есть и другие проблемы, связанные с оформлением различных документов. Выручает, что соседи относятся с пониманием. Скоро предстоит переезд на новую квартиру в новый дом, где просторный лифт, поэтому ожидаем, что проблемы будут решаться проще. Вообще, мы не требуем к себе особого отношения, не надо нас жалеть. Просто относиться как к равным и с пониманием… Ведь и здоровые люди с возрастом объективно теряют многие качества, когда уже не могут по-прежнему передвигаться и здраво мыслить. Понимание нужно не только для таких детей, но и для всех нас по отношению друг к другу».

С ребенком уже с утра занимается учитель-дефектолог Любовь Васильевна Кундакова. Любовь Васильевна начинает урок: «Солнышко проснулось! Солнышко милое, поделись своею силою. Просыпайтесь рученьки, согревайтесь, рученьки!» Будим наши ручки, будим наши ножки – делаем массаж, потому что язык и руки взаимосвязаны… Известно, что педагоги – мастера на все руки, но учитель-дефектолог – это еще и немного врач. В школе подобный урок увидеть невозможно, как невозможно его подготовить и провести в качестве показательного для различного рода проверяющих, гостей, для обмена опытом – непредсказуемый ученик, и результат не появится сразу. И он будет простым, многие даже не поймут, в чем, собственно, достижение, что ребенок стал различать, что такое большое и маленькое? Но про Любовь Васильевну Кундакову говорят, что «она и не таких поднимала», как ее сегодняшний ученик. А сейчас ее задача: добиться визуального контакта с ребенком, идет урок коммуникации – работа с предметами окружающего мира, расширение пассивного словаря, чтобы вызвать речь. Научить маленького человека ориентироваться в окружающем мире. И уже есть успехи – мальчик различает голоса учителей, когда они еще только на пороге, и радостно реагирует. Известно, что любое сравнение хромает, но научить такого ребенка выполнять простое действие стоит, в переводе на язык обычной школы, подготовки победителя предметной олимпиады.

…Мы шли на урок с опаской и недоверием, но ушли в прекрасном настроении. Красивая жизнерадостная мама, любящий муж и еще двое детей. Опытные и любящие свое дело педагоги.

Все обязательно будет хорошо!

Дмитрий КУЛИК.
(Фото носит иллюстративный характер, имена мамы и ребенка изменены).