Сверхдержава. Некоторые размышления по поводу одного юбилея

1 октября исполняется ровно 70 лет с того дня, когда была провозглашена Китайская Народная Республика (КНР).

В этот день на всем материковом Китае была установлена власть коммунистов, которая сохраняется здесь и поныне.

Настоящее событие генетически связано с гражданской войной, в которой в качестве противоборствующих сторон выступили Коммунистическая партия Китая (КПК) и Гоминьдан (ГМД).
Она разразилась еще в годы японо-китайской войны. Во главе противоборствовавших сторон стояли харизматические лидеры. Первым лицом в КПК был Мао Цзэдун, в ГМД – Чан Кайши. Конечно, оба лидера были одинаково заинтересованы в изгнании подданных императора Хирохито с китайской территории. После того, как этот вопрос был полностью решен, борьба между КПК и ГМД за власть над всей Поднебесной разгорелась с новой силой.

Победившие Японию СССР и США были небезразличны к указанному противоборству.

Здесь смешались и геополитика, и идеология, и дипломатия. Правда, степень вмешательства в китайские дела у Дяди Сэма и у Страны Советов явно разнилась. Можно однозначно утверждать, что без реальной помощи и поддержки со стороны СССР, которая была одинаково большой и в военной сфере, и в политике, и в дипломатии, победа коммунистов в гражданской войне была бы невозможной. Помощь и поддержка ГМД со стороны Вашингтона в военной сфере сильно отставала от политической и дипломатической сфер.

Мао Цзэдун расценил как подарок судьбы установление всеобъемлющего контроля Рабоче-Крестьянской Красной Армии (РККА) над Маньчжурией. Он был несказанно рад тому, как с ее помощью удалось изменить подчиненные главному коммунисту Китая Вооруженные Силы. На смену разрозненным партизанским отрядам и разведгруппам китайских партизан в Маньчжурии пришла регулярная армия с явными изменениями к лучшему касательно личного состава, его боевой подготовки, дисциплинированности. В этой армии осуществлялось перевооружение с акцентом на качественную сторону. За всем этим стояли энергичные действия советских военных советников, помощь СССР по части вооружений и военной техники. После капитуляции Японии СССР распорядился трофейным вооружением Квантунской армии исключительно для нужд Мао Цзэдуна. Оно все, без остатка пополнило арсеналы китайских коммунистов. А это 861 самолет, 600 танков, артиллерия, минометы, 1200 пулеметов, стрелковое оружие, боеприпасы.

После окончания Второй мировой войны Мао Цзэдун и Чан Кайши находились в различных весовых категориях в международном политическом ландшафте. Мировое сообщество признавало лидера ГМД единственным законным руководителем всего Китая. Естественно, на таком же уровне признавалась легитимность возглавляемого им правительства. Оно было сформировано из представителей ГМД и находилось в Нанкине.

После того, как Москва дала зеленый свет резкому наращиванию Вооруженных Сил КПК на северо-востоке Китая, сюда стали в беспрецедентных масштабах перемещаться подчиненные Мао Цзэдуну воины из северного и Восточного Китая, представлявшие 4-ю и 8-ю армии. Уже за два месяца таковых набралось без малого 100 тысяч. Мао Цзэдун не забывал и о партизанах, и о местных жителях, жаждавших сражаться за идеалы коммунистов. Именно из перечисленных соотечественников Мао Цзэдуна прошла стадию создания Объединенная демократическая армия (ОДА) Северо-Востока. С течением времени ОДА выступит базисом в процессе формирования Народно-освободительной армии Китая (НОАК).

ОДА длительное время была главным, но не единственным сегментом Вооруженных Сил КПК. Параллельно существовали партизанское движение, партизанские базы в Центральном, Восточном и Северном Китае. Оказавшись в разгар весны 1946 года в Маньчжурии, ГМД стал противостоять ОДА. На тот момент ОДА во всех отношениях уступала ГМД. Если бы Чан Кайши на корню уничтожил ОДА, судьба гражданской войны была бы предрешена. ОДА в Маньчжурии терпела одно поражение за другим. Однако спустя некоторое время лидер ГМД решил бросить свои главные силы на освобождение Центрального, Восточного и Северного Китая от коммунистического партизанского движения, коммунистических партизанских баз. Как здесь не вспомнить пословицу: “Куй железо, пока горячо”! Мао Цзэдун забывает про горькую пилюлю, полученную от ГМД 19 марта 1947 года. Он взял курс на резкое наращивание регулярных сил КПК, добился от Сталина усиления советской помощи и поддержки.

Хорошо известно, что 19 марта 1947 года гоминьдановцам покорился Яньань.

Тот самый Яньань, в котором постоянно находились лидер КПК, высшая военная инстанция КПК. Гоминьдановцы были близки к тому, чтобы захватить в плен полный состав высшей военной инстанции КПК, включая самого Мао Цзэдуна. Эти противники ГМД буквально чудом спаслись. Таких стратегически важных побед над КПК у ГМД уже не будет никогда. Время стало работать на КПК. Через полтора года после яньаньского фиаско коммунисты имели армию, насчитывавшую 600 тысяч человек. С 1 ноября 1948 года аббревиатура «ОДА» больше не встречается. Речь уже идет о 4-й Полевой армии. Изменение названия армии совпало с овладением ею стратегической инициативой. Мао Цзэдун предпринял сильное кадровое решение, назначив Линь Бяо командующим 4-й Полевой армией. Линь Бяо понадобилось менее двух месяцев, чтобы удар под дых получили 52 гоминьдановские дивизии. Под влиянием блестящих побед Линь Бяо произошел поворот на 180 градусов у личного состава 26(!) гоминьдановских дивизий. Эти дивизии пополнили ряды 4-й полевой армии. Когда только отсчитывал первые дни 1949 год, вверенная Линь Бяо армия стала вовлекаться в северо-китайский театр военных действий (ТВД). Тамошняя 8-я армия претерпела важное изменение, выразившееся в ее объединении с 4-й полевой армией. 15 января 1949 года объединенной армии покорился Тяньцзинь. Через неделю гоминьдановцы были изгнаны из Пекина. Спустя месяц с небольшим после пекинского триумфа коммунисты вытеснили подопечных Чан Кайши из крупных территориальных массивов, прилегавших с севера к реке Янцзы, с востока – к провинции Ганьсу. К началу осени 1949 года в масштабах материкового Китая под контролем Чан Кайши оставался один лишь Тибет. Гоминьдановцы вместе со своим лидером держали курс на Тайвань.

Фактически гражданская война закончилась. Правда, отдельные стычки в материковом Китае продолжались до начала 1950 года. Была своя логика в том, что коммунисты в сентябре 1949 года стали плотно заниматься организационными вопросами, связанными с предстоящим провозглашением КНР. Появилось Временное правительство в лице Народного политического консультативного совета (НПКС) Китая. 30 сентября НПКС делает весьма значимый ход. В этот день он путем избирательных процедур взывает к жизни Центральный Народный Правительственный Совет (ЦНПС). В соответствующем решении четко прописывается, что ЦНПС – постоянно действующий орган НПКС, Государственный Административный Совет (ГАС) – высший исполнительный орган НПКС. Вполне ожидаемым было то, что первое лицо в КПК заняло пост Председателя ЦНПС, а второе лицо в партийной иерархии положило начало истории Председателей ГАС. Именно первое лицо Мао Цзэдун провозгласит 1 октября 1949 года образование КНР. Второе лицо хорошо известно. Это – Чжоу Эньлай.

Как можно оценить те семь десятилетий, в течение которых КПК возглавляет КНР?

Общие итоги таковы. К КНР подходят все признаки сверхдержавы. Перед нами центр силы в Азиатско-Тихоокеанском регионе, наращивающий свою вовлеченность в глобальные процессы. Родина Мао Цзэдуна вошла в ядерный клуб, стала космической державой, имеет весомые в международном раскладе стратегические наступательные вооружения.

Особого разговора требует превращение КНР во вторую экономику на нашей планете. Именно этого добились продолжатели дела выдающегося китайского реформатора Дэн Сяопина.

А чье дело продолжал сам Дэн Сяопин? Известного деятеля советской компартии Николая Ивановича Бухарина, мощнейшего интеллектуала, с именем которого связана модель социализма, которая так и не обрела реальные очертания в его Отечестве.

Николай Иванович Бухарин разрабатывал и отстаивал свою модель социалистического устройства в бытность членом Политбюро ЦК ВКП(б), то есть в 1924–1929 гг. Так уж получилось, что в 1926 году состоялась судьбоносная встреча Дэн Сяопина с Бухариным в Москве. Дэн Сяопин сразу же проникся идеями Бухарина. Четыре десятилетия тому назад он начнет воплощать их в своей стране. Тогда Поднебесная оказалась охваченной бухаринским бумом. Все наследие Бухарина издавалось огромными тиражами на китайском языке. Там неподдельный интерес к этому наследию сохраняется и поныне. Еще раз возвращаемся к тому обстоятельству, что реформаторский курс китайского ученика Бухарина принес колоссальнейшие плоды. А ведь реформы ученика Бухарина начинались в стране, которая преодолевала тяжелое наследие Мао Цзэдуна: экономический коллапс, 250 миллионов голодающих.

Дэн Сяопин взял за основу идею Бухарина об органическом сочетании государственного регулирования и рыночных механизмов. Приведем принципиально важное высказывание Бухарина: «Сущностью капитализма является „капиталистическая собственность“, а не рыночные отношения», Спустя полвека ученик вторил своему учителю: «Неправильно утверждать, что <…> есть только капиталистическая рыночная экономика. Почему ее нельзя развивать при социализме? Рыночная экономика не является синонимом капитализма. Основу у нас составляет плановая экономика, которая существует в сочетании с рыночной, однако это – социалистическая рыночная экономика».

Известно, что советские крестьяне были адресатом следующего обращения Бухарина: «Обогащайтесь, накапливайте, развивайте свое хозяйство». А вот что услышали соотечественники от Дэн Сяопина: «Пусть сначала зажиточными станут часть семей!»

70-летие со дня провозглашения КНР вызывает интерес во всем мире, включая Республику Беларусь. Китайский вектор занимает особое место во внешней политике нашего государства. В этой связи просто напрашивается следующее заявление Президента Республики Беларусь Александра Григорьевича Лукашенко: «С точки зрения руководства Беларуси наши отношения с Китаем интенсивны и всеобъемлющи, они динамично развиваются. И такой динамикой белорусская сторона удовлетворена».

Михаил Стрелец,
доктор исторических наук,
профессор Брестского технического университета.