Мозырские деревообработчики: деревья умирают стоя

Если без аллегорий:  в лесоматериале, поступающем на предприятия деревообрабытывающей промышленности, до сих пор обнаруживаются пули и осколки разорвавшихся снарядов времен Великой Отечественной войны.

Линия сортировки. Здесь "умные машины" устанавливают диаметр и длину лесоматериала, а также определяют, есть ли в нем металл.

Линия сортировки. Здесь «умные машины» устанавливают диаметр и длину лесоматериала, а также определяют, есть ли в нем металл.

Мозырские деревообработчики рассказывают, что эхо войны до них доносится каждый месяц – тише или звонче. Буквально так и есть. Нет  месяца, за который в пиловочном сырье не обнаружат остатки боеприпасов. Например, как приводит цифры начальник производственно-технологического отдела государственного предприятия «Мозырский ДОК» Тамара Ивановна Скляренко, только за декабрь из 3400 кубов отложили в отдельный карман 127 кубов «раненой» древесины – такую в основном производстве использовать нельзя: жди, что техника выйдет из строя, порвутся пилы. А это всегда затраты, и немалые, учитывая, что новый режущий инструмент для современного оборудования цеха пиломатериалов априори не может быть дешевым: для импортных линий – импортные  комплектующие.

Начальник производственно-технологического отдела Тамара Ивановна Скляренко  показывает нам памятную реликвию – самые крупные осколки снарядов, которые были обнаружены в круглом лесе за последние 5 лет:  "Больно представить, что  пули, осколки разорвавшихся снарядов  навсегда остались   не только в "теле" деревьев – носят их в себе  и многие ветераны войны".

Начальник производственно-технологического отдела Тамара Ивановна Скляренко показывает нам памятную реликвию – самые крупные осколки снарядов, которые были обнаружены в круглом лесе за последние 5 лет: «Больно представить, что пули, осколки разорвавшихся снарядов навсегда остались не только в «теле» деревьев – носят их в себе и многие ветераны войны».

После проведенной на предприятии технической модернизации к «фронтовому» лесу  (так здесь называют древесину, выросшую на делянках, где в Великую Отечественную шли упорные бои) – другой подход.  Теперь «умные машины», по сути, сами должны сохранить себя  в целости и сохранности: при сортировке  металлодетекторы  попросту не пропустят «подозрительный» пиловочник на следующий этап производства – он будет отложен в отдельный карман; установлен  металлоискатель непо-средственно и в лесопильном цехе, на брусующей линии. Однако, случается,  что древесина с осколками все же  каким-то образом попадает на распил…

Лесопильный цех. Перед распиловкой  древесина еще раз проходит измерения.

Лесопильный цех. Перед распиловкой древесина еще раз проходит измерения.

– Проблему осколков боеприпасов в древесине вынуждены решать не только деревообрабатывающие предприятия нашего региона, она свойственна всей белорусской деревообработке. Это и понятно: бои шли по всей Беларуси. Сложно даже представить, исходя из количества найденных нами осколков в деревьях, например, из Озаричского лесничества, насколько они были ожесточенные, – рассуждает  заместитель директора по идеологической работе, кадрам и быту Василий Никитич Легун.

– На недавнем семинаре для деревообработчиков я интересовалась, как на других предприятиях распиливают такую древесину.  Мне ответили, что это делают на старом оборудовании. У нас же – высококачественная итальянская лесопильная линия, ее нужно беречь… Теперь мы всерьез задумываемся о приобретении ручного металлодетектора – это позволило бы во многом сократить «отбраковку» фронтовой древесины: ту часть, которая содержит металл, можно было пустить на дрова, остальное – в производство, – рассказывает Тамара Ивановна  Скляренко. – Знаете, мне вспомнились замечательные строчки  Владимира Высоцкого: «Кто сказал, что Земля умерла». Кто сказал: «Все сгорело до тла, больше в Землю не бросить и семя?» Кто сказал, что Земля умерла? Нет, – она затаилась на время… Материнства не взять у Земли, не отнять, как не вычерпать море, кто поверил, что Землю сожгли? Нет, – она почернела от горя… Как разрезы траншеи легли, и воронки как раны зияют. Обнаженные нервы Земли  неземное страдание знают…» А ведь так и есть. Если бы деревья умели говорить… По сути, это был еще молодой лес, который так и вырос – раненым.

Мне бы эти пули  переплавить в струны. Может быть, другая песня получилась бы…

Мне бы эти пули переплавить в струны. Может быть, другая песня получилась бы…

Интересно знать

Каждому из нас отмерен определенный срок жизни. И это касается не только людей, свой средний и максимально возможный возраст есть у каждого животного, и у каждого растения. Однако мы чаще всего даже не представляем себе, сколько лет живут деревья.

Рябина, например, способна жить до ста лет, крайне редко срок ее жизни превышает эту дату. Столько же отмерено березе. Возраст дуба может достигать двух тысяч лет, однако средняя продолжительность его жизни равняется тремстам-четыремстам годам, примерно до ста пятидесяти лет это дерево способно расти в высоту, а его толщина увеличивается в течение всей жизни растения. Обычная лесная сосна живет около трехсот-пятисот лет. Длительность жизни кедровой европейской сосны больше – она может прожить до тысячи лет. Липа может расти достаточно долго, в среднем продолжительность жизни составляет триста-четыреста лет, а отдельные культуры способны расти больше тысячи лет. Грецкий орех живет около четырехсот лет.

Специалисты утверждают, что самым древним деревом по праву можно назвать австралийскую макрозамию, чей возраст достиг практически пятнадцати тысяч лет. На втором месте находятся мексиканские кипарисы, им удалось достичь границы в десять тысяч лет. Вслед за ними идет драконовое дерево, возраст которого составляет максимум шесть тысяч лет.  Рекордсменами по долголетию считаются также мамонтовые деревья из Калифорнии и баобабы, максимальный возраст этих культур – пять тысяч лет.

Ольга АРДАШЕВА

Фото автора