Достойная старость – дело государства или Корми деда на печи: сам будешь там? Спор между Дмитрием Куликом и Юлией Прашкович

Кто в ответе за стариков: семья, добрые люди или государство? Требовать помощи от детей, которых ты вырастил и воспитал, или госбюджета, на который трудился десятки лет?

Достойная старость – дело государства

Не сомневаюсь, что в этой сложной теме меня легко будет «срезать», напомнив и японскую «Легенду о Нарайяме», и рассказ Льва Толстого, как неблагодарные дети старика-отца за печку переселили, и много других примеров, в том числе из серии «у одной моей знакомой…». Разница только в том, что, как говорится в одном анекдоте, «когда Коран писали – дороги не минировали…» Страны уже давно перестали быть аграрными, а село всегда держалось на больших семьях, став индустриальным, а это уже другой жизненный уклад. Дети после школы уезжают из дома и стремятся начать самостоятельную жизнь, находясь в постоянном поиске высокооплачиваемой работы. Причем не ради развлечений: им надо построить квартиру себе и тратить деньги уже на воспитание своих детей. Сразу вынесем за скобки непристойные случаи, когда родителей их неблагодарные дети выселяют из своих квартир и отбирают пенсии – это все-таки крайности. Будем вести речь, исходя из того, что основная масса квартир, которая строится сегодня в Мозыре, это одно- и двухкомнатные. Поэтому на родителей у детей часто не хватает времени, средств не со зла или жадности…

Многим почему-то свойственно думать, что запрет абортов автоматически означает рождение желанных детей с гарантированным счастливым детством непременно в семье. Поэтому сторонникам идеи, что дети должны взять на себя заботу о престарелых родителях, посвятив им самые продуктивные годы жизни, хотелось бы напомнить эпизод из всенародно любимого фильма «Белые росы». Деревня идет под снос, старший сын главного героя Федоса Ходаса должен получить двухкомнатную квартиру, а его отец Федос — однокомнатную. Он пытается уговорить отца переехать к ним, обещая заботу, — таким образом, они получат трехкомнатную. И отказ Федоса с предельной откровенностью: «Смерти моей будете ждать…» Ну или перечитайте первые строки «Евгения Онегина» – и впрямь энциклопедии русской жизни. Увы, но понятия «сыновний/дочерний кров» и «счастливая старость» не всегда бывают синонимами, и в уголовной хронике хватает преступлений против живущих под одной крышей родителей, которые никак не освободят своих детей от забот над ними. И не всегда преступники – маргинальные опустившиеся типы. Может, лучше не лицемерить, и сказать, что наша задача не достойная старость престарелых родителей, а чисто финансовый вопрос, в котором мы снимаем ответственность и расходы с государства и перекладываем их на детей? Эту проблему можно, конечно, решить законодательно, введя пару новых налогов, но как быть, например, в такой известной жизненной ситуации: у женщины не получилось создать семью, и она рожает ребенка для себя и растит его одна. Получается, она должна отказаться от реализации своего материнского начала, целиком посвятив себя уходу за родителями. Насколько это правильно даже чисто по-человечески, не говоря уже о демографии и экономике? Отдельная тема: к старости у многих из нас характер меняется далеко не в лучшую сторону, а человеческие взаимоотношения в семье – дело тонкое.

В этом споре легко перейти на личности и получить под дых вопрос: «А если тебя самого, циничного умника, вот взять и сдать в дом престарелых, ась?» Признаюсь, что у меня нет однозначного ответа, но не уверен, что чувствовал бы себя спокойно и комфортно, зная, что родным пришлось оставить любимую работу, карьерное продвижение, потерять в стаже и зарплате, ради заботы обо мне, любимом. И при этом у них есть свои семьи, которые надо тоже кормить и содержать, и, сидя у изголовья моей кровати, это сделать весьма и весьма проблематично. Стремление рассчитывать только на себя и не быть обузой для других тоже никто не отменял.

Да и с точки зрения государственных интересов и экономики, насколько это будет разумным, чтобы работник в расцвете сил уходил заботиться о родных? Может, проще властям взять на себя заботу о престарелых и немощных гражданах, чтобы работоспособные люди трудились с полной отдачей, зная, что их проблемы будут решены? Тем более, что не у всех стариков есть дети.

Не раз приходилось от юных дев выслушивать и такой аргумент в пользу своего нежелания иметь детей: «Вот так в муках родишь, вырастишь, на ноги поставишь, а он тебя в богадельню сдаст…» На мой взгляд, это самое большое заблуждение – ждать и требовать вселенской любви и самопожертвования от своих детей. Мы берем любовь у своих родителей не для того, чтобы планово подать им стакан воды в старости, но чтобы отдать ее уже своим детям. И так далее по кругу.

Поэтому уверен, что спокойная старость — забота вовсе не молодых. Пусть они лучше вместо того, чтобы «подушки поправлять и печально подносить лекарство», зарабатывают деньги, которые в итоге пойдут на пенсии для их родителей и обеспечение достойных социальных условий.

Дмитрий КУЛИК.

Корми деда на печи: сам будешь там

Говорят, что уровень нравственности того или иного народа определяется прежде всего отношением молодых людей к старикам. Что в этом случае можно сказать о белорусах? Даже не знаю…

Не раз была в так называемых престарелых домах. Аккуратно, уютно, чисто, в коридорах вкусно пахнет аппетитным борщом. Персонал заботлив и внимателен: возится со стариками, как с малыми детьми. Но, несмотря на все это, чувства щемящей жалости переполняют, когда смотришь в глаза таким бабушкам и дедушкам. У некоторых из них там – тоска по дому. Они всматриваются в твое лицо в надежде разглядеть в нем черты родного человека. Уставшее от нелегкой жизни, возраста и болезней сознание затуманилось, и вот уже старушка в байковом халате называет тебя дочкой Людой. Люда, к слову, живет в соседней деревне. У нее большой собственный дом, двое детей школьного возраста и муж дальнобойщик, который за два рейса заработал себе на иномарку. Людочка приезжает к маме один раз в месяц. И этот несчастный раз всегда совпадает с днем получения пенсии. Внуки к бабушке не ездят. Она уже и не помнит, как они выглядят. Просит меня привезти их фотографию. И бесполезно доказывать, что я никогда в жизни не видела ее Шурочку и Никиту…

У Леонида Степановича – трое сыновей. У всех свои семьи, квартиры в городе и сумасшедший ритм жизни. Успеть бы поесть, что уж там говорить о пожилом папаше, который и до лавочки во дворе уже не дойдет. Лежит целыми днями, пролежни и щетина. Но рассуждает здраво, все понимает, читает книги. Говорит о чем угодно, только не о семье. Погода чудесная, сестрички заботливые, в планах прочитать всего Василия Быкова. Персонал, который ухаживает за стариком, рассказывает, что по ночам дед плачет. В подушку. Потому что легко рассуждать о том, что стариков досматривать должно государство, когда ты молод и здоров. Когда самому под 80, то хочется убедить себя и других в обратном: стареть нужно у себя дома, рядом с родными и близкими, есть из тарелок в клубничку домашний суп, смотреть с внуком футбол, обуть ноги в тапочки своего сына. Ну и пусть ворчат, пусть устают, жалуются на жизнь – в семье может быть всякое. Главное, что вместе, в домашней обстановке, среди своих…

Таких историй много. Пожалуй, слишком много. Настолько, что говорить впору о страшной тенденции, которую мы спровоцировали сами. Конечно, молодым нужно работать, воспитывать детей, периодически ездить отдыхать. Бесспорно, время в современном мире – бесценный ресурс, которого постоянно не хватает. Но, если мы в своем вечном цейтноте будет выбрасывать (именно так: вы-бра-сы-вать!) в государственные учреждения своих стариков, через несколько десятков лет сами окажемся в социальной изоляции. А это уже – демографический тупик, выйти из которого вряд ли получится.

Можно долго рассуждать о том, что за границей практически все пожилые люди живут в престарелых домах гостиничного типа, у стариков – большие пенсии, у их детей – высокий заработок, за который они могут позволить профессиональных сиделок. Вот бы нам так! Если бы нам такой доход, то… Да ничего бы не изменилось! Когда человек, летая на отдых в любимую Турцию, а также пару раз в год исправно меняя машины, приезжает в престарелый дом к собственной маме исключительно в дни получения пенсии, изменить свое мышление, увеличив при этом доход, увы, не получится. Деньги могут только усугубить ситуацию. Доказано жизнью. Уверена, не от дохода зависит благополучие родительской старости. Мы говорим о духовных вещах: о воспитании нравственной позиции еще в раннем детстве, о любви и сострадании, которые мы должны продемонстрировать детям в своей жизни, о внимании и сочувствии к другим людям.

Есть такой замечательный интернет-журнал «Имена». Социальный проект, созданный помогать тем, кто оказался в тяжелых жизненных ситуациях. Так вот не раз приходилось читать о людях, которые в бедности, в страшных болезнях, в опустошающем горе не отказались от своих близких; которые борются до конца, из последних сил, но им и в голову не приходит отдать своего близкого человека в богадельню. Не высыпаются, не пеняют на государство, не останавливаются – стучатся во все двери! И им открывают! Я уверена, откроют любому, кто живет по совести. Давайте же, наконец-то, признаем, что совесть у некоторых из нас перестала быть тем самым индикатором, отличающим хорошее от плохого. Сегодня мы черное называем белым, изо всех сил пытаясь навязать другим историю о том, что старики – забота государства, а уж никак не идущих в ногу со временем детей.

Только и наши отпрыски, глядя на закрытых в спецучреждениях бабушек и дедушек, под копирку могут срисовать такую вот жизнь.
Как вам подобная перспектива?

Юлия ПРАШКОВИЧ.

А на мой взгляд…

Марина Федоровна Радовня, председатель Осовецкого сельского Совета:

– Я убеждена в том, что за престарелыми родителями должны ухаживать их дети. Конечно, ситуации бывают разные. Но нужно как-то подстраиваться, искать выход. Государство со своей стороны не оставляет стариков без помощи. Социальные службы, в сельской местности – сельсовет, работники всевозможных учреждений – все оказывают помощь, внимательно отслеживают жизнь пожилых людей. Но часто дети этим пользуются. И, когда предлагаешь им помочь родителям подремонтировать, скажем, забор или навести порядок во дворе, те кивают на государство, перекладывая всю ответственность за родителей на кого угодно, только не на себя.

Старики, в свою очередь, протестуют: «Не трогайте моих детей! У них свои проблемы, им и так тяжело!» А сами им последнюю копейку отдают, не ожидая ничего взамен. Такая вот самоотрешенность со стороны детей…

Раньше такого не было. Родители свою старость проживали с близкими людьми. Кстати, по-моему, даже Конституцией закреплено то, что ухаживать за стариками, – обязанность их детей. Но это все официальная сторона. А есть еще духовная жизнь, какие-то нравственные ориентиры. По ним, безусловно, чтить отца и мать должны прежде всего дети.