Президент дал интервью Владимиру Соловьеву

Острые вопросы и неожиданные ответы

«Огненный разговор. Все очень-очень-очень долго ждали это интервью. И не зря. Такого еще не было! Жесткий, прямой, честный разговор продолжался почти два часа. Острые вопросы, неожиданные ответы и эксклюзивные заявления». Такой комментарий появился в телеграм-канале Владимира Соловьева сразу после его встречи с Президентом Беларуси Александром Лукашенко.

Об этом интервью журналист ­ВГТРК, известный российский радио- и телеведущий попросил еще в прошлом году. Оно могло бы потеряться в череде подобных мероприятий, которыми был насыщен 2021-й, но, открывая новый большой информационный год, будет однозначно на пике внимания аудитории. Почему Лукашенко сейчас не на Олимпиаде? Что есть Отечество от Минска до Владивостока? Сравнение с создателем сингапурского «экономического чуда» Ли Куаном Ю. О предателях. Самые горячие темы и события августа 2020 года…

И это еще не весь перечень тем, которые были обсуждены в ходе разговора.

Они подошли к черте…

К слову, событиям 2020-го особое внимание. Владимир Соловьев глубоко в теме. В острые дни он посвятил ей не один свой стрим и программу. Журналист подошел к теме от личного:

— Для меня был критичный момент, такой принципиальный, в том числе изменения моего отношения к вам личного, — когда вы с автоматом прилетели. Я понял, что точно не Янукович…

Александр Лукашенко тут же расставил акценты:

— Янукович и я — большая разница. У него денег было много. Понимаете, деньги довлеют всегда. Жмут в кармане, и надо спасти деньги.

— Ну какие для вас деньги? Думаю, когда вы вышли с автоматом, стало ясно, что вы готовы умереть, но не уйти, не убежать, не сдаться, — продолжил Владимир Соловьев.

Президент поделился подробностями того сложного, но, теперь уже совершенно очевидно, переломного дня:

— Они (организаторы массовых беспорядков. — Прим. ред.) подняли этот фейк, что вот, как Янукович, он сбежал, он уже в Ростове, дети улетели. Я — автомат в руки, бронежилет надел, даже шлем забыл надеть. Я же не знал, что это произойдет. Никто не дрожал. Я знал, как действуют наши ребята (правоохранители. — Прим. ред.). Они выполняли все, что я им говорил. Но я им должен показать, что я никуда не сбежал, я здесь. И дети мои тоже. Я сел в вертолет и буквально через несколько минут приземлился там. Автомат был со мной.

Глава государства обратил внимание на то, что резиденция Президента, а также место, где он живет, всегда в такие периоды являются вожделенными для «любого подонка»:

— Они и планировали нападение на резиденцию. Я исходил из того, что возможно. Если они пошли уже на штурм Дворца Независимости. Это большой риск. И они знали, что это — черта.

Президент также рассказал, что в тот период неоднократно выявлялись попытки завезти в Беларусь оружие и боеприпасы с территории Украины:

— Просто огромными партиями задерживали переброшенное из Украины. Один был случай из России — кругом провезли. Но оружие, взрывчатка — происхождение украинское.

Страну создал народ

Владимир Соловьев также поинтересовался у Александра Лукашенко, как именно он себя ощущает и внутренне видит: Президентом Беларуси, отцом белорусского народа, создателем современного белорусского государства или диктатором? Ответ Главы государства — простой и честный:

— Человеком… Я не считаю себя соз-да-те-лем. Я вместе со своими коллегами, которые со мной работали в разные времена, создал это суверенное, независимое государство впервые (Владимир Рудольфович, вы историю хорошо знаете) в истории Беларуси. Я так считаю. Это главное, что мое поколение, не только я, сделали.

— То есть это ваше детище? — уточнил журналист.

— Это мое родное, у меня, кроме этого, больше ничего нет.

Переломный момент

После беседы с Президентом для гостя организовали небольшую экскурсию по Дворцу Независимости. Кстати, особый интерес у журналиста вызвал тот самый автомат, с которым белорусский лидер появился здесь, чтобы поддержать силовиков в августе 2020 года. Владимир Соловьев также пообщался с представителями белорусских СМИ и поделился впечатлениями от интервью. Признался, что некоторые вопросы были довольно жесткими, однако добавил, что «журналист — не прокурор»:

— Можно, конечно, сразу нахамить, есть и такие варианты, но тогда ты не услышишь и не вытащишь. А здесь очень важно, чтобы увидел и услышал зритель.

Разумеется, общаясь с президентом любой страны, есть понимание, что «общаешься с человеком, который до тебя уже отвечал на миллион вопросов лучших в мире журналистов», добавил Владимир Соловьев:

— Но надо уметь создать атмосферу и вытащить подробности, эмоции, которые прозвучат только в ответах тебе. Как мне показалось, прозвучало то, что не звучало раньше даже близко по очень многим вопросам.

Он также добавил, что, например, у американских и британских журналистов сверхзадача — осудить и в рамках определенной политизированной цели подогнать вопросы и ответы. А есть и другая цель:

— Для меня было самое интересное услышать мотивацию Президента, его понимание.

Кстати, напомним: в первые недели после выборов 2020 года Владимир Соловьев довольно эмоционально критиковал Президента и правоохранительные органы нашей страны за, с его точки зрения, чрезмерное насилие. Отвечая на вопрос корреспондента «СБ. Беларусь сегодня» о том, как изменилось его профессиональное и человеческое отношение к Главе государства после тех событий, журналист подчеркнул:

— Для меня отношение к Лукашенко изменилось в момент, когда стало ясно, что он готов умереть за то, во что он верит. Этот момент с автоматом для меня был переломным. Я сказал напрямую: не Янукович. Это же очень важный момент!

Но и не Сальвадор Альенде (бывший президент Чили, который покончил жизнь самоубийством после военного переворота в стране. — Прим. ред.). Потому что Сальвадор Альенде взял автомат и погиб. А здесь надо было взять автомат и победить. Здесь есть принципиальная разница: мало просто взять автомат. Надо взять автомат и оказаться среди людей, которые понимают, что ты пойдешь вместе с ними.

Касаясь в целом впечатлений от интервью, Владимир Соловьев признался:

— Когда ты говоришь с человеком такого масштаба, можно говорить и десять часов. Поэтому я и ограничивал темы, в этом плане недоволен. А самим интервью очень доволен! Было видно, что интересно не только мне.

Враг государства — личный враг

Когда журналисты поинтересовались, что для телеведущего стало главным откровением по итогам интервью, он неожиданно ответил:

— Наивность.

Однако, поймав на себе удивленные взгляды, уточнил, что для руководителя, особенно такого уровня, как Президент, важно не терять этого качества, но в то же время и не переборщить с ним, чтобы не быть обманутым:

— С одной стороны, если ты теряешь непосредственность, уровень доверия, желание верить людям, то какой же ты руководитель? Становишься полностью закрытым, всем не доверяешь, превращаешься в тяжелейшего человека. Президент таким не стал. Это цена за открытость, за переживание. Это наивность, которая необходима, чтобы изыскивать, смотреть новые варианты. Это про то, как остаться человеком.

Делая информационный продукт для широкой аудитории, Владимир Соловьев заметил, что не намерен кому-то в Беларуси навязывать свою точку зрения:

— Если я второй раз за 58 лет своей жизни приехал в Беларусь и сейчас буду из себя корежить специалиста по Беларуси и говорить, что я все понимаю, что у вас происходит, это будет непрофессионально и неверно. Я даже не пытаюсь притворяться. Поэтому я всегда понимаю дистанцию, а вы находитесь внутри, вы знаете и чувствуете на порядок лучше, чем я. Чем любой внешний человек, который приезжает.

Владимир Соловьев обозначил и объяснил свою личную позицию:

— Я исхожу именно из того, что я гражданин Российской Федерации и я смотрю из Москвы. Я смотрю, исходя из интересов моего государства. Поэтому, например, для меня Латушко — враг. И Тихановская — враг. Потому что их задача — нанести максимальный ущерб моему государству.

И у белорусов, считает журналист, есть исключительное право решать, что соответствует их интересам:

— Это право Беларуси как в первую очередь независимого государства со всеми атрибутами суверенитета. И я когда задаю вопросы, я задаю их не изнутри белорусской журналистики и белорусской жизни. Я ее не знаю.

Поделился Владимир Соловьев и мнением о событиях в нашей стране в 2020 году:

— Мне было интересно смотреть, потому что на моих глазах зарождались технологии, с одной стороны, уничтожения власти, с другой стороны — противодействия. Сначала, казалось, полного информационного провала, а потом неожиданного такого возрождения из ниоткуда и абсолютной информационной победы.

Блестящая форма

В разговоре речь зашла о времени, которое Александр Лукашенко еще может оставаться у руководства страной.

Владимир Соловьев поделился своими мыслями и на этот счет:

— Да кто же знает… Это вопрос не ко мне. Это вопрос к белорусскому народу. Вот эти все игры в европейские институты, они же в Беларуси не работают. Они, по-моему, только мешают. И сейчас стали от них избавляться. Поэтому это отношения между Лукашенко и белорусским народом, и извне я вмешиваться точно не буду.

Личное же наблюдение российского журналиста такое:

— Очевидно, что Лукашенко никуда не собирается. Тем более сейчас, в тяжелый момент. Ну и вы видите: он в блестящей форме. Интеллектуальной, физической. Цепкий.

При этом такая внешняя открытость меня не вводит в заблуждение. Когда Лукашенко говорит, видно, что этот человек очень жесткий в тех вопросах, которые касаются его убеждений, его представления, что хорошо для Беларуси. На это не должно быть ни у кого ни малейших заблуждений. Не Янукович!

P.S. Отдельные сюжеты из интервью в течение выходных будут транслироваться на ютуб-, телеграм-канале Владимира Соловьева и в эфире телеканала «Россия 1». Полная версия запланирована к показу на понедельник.