Сенсационные разработки белорусских онкологов

175

Белорусские ученые-онкологи разработали сенсационные проекты — вакцину против рака, 3D-моделирование сложнейших операций и суперсовременный метод лечения лейкозов и лимфом.

Наша страна приступает к организации масштабного производства вакцины против рака «Еленаген». Во время клинических исследований препарат показал лучшие в мире результаты лечения высокозлокачественных опухолей яичников с метастазами. Не исключено, что он окажется эффективным и против других видов новообразований. Подробнее об истории создания вакцины, а также об остальных проектах, которые призваны стать прорывными в лечении онкологических заболеваний, — в беседе с академиком НАН, профессором, заместителем директора по научной работе РНПЦ онкологии и медицинской радиологии имени Н. Н. Александрова Сергеем Красным.

Стечение обстоятельств

— Сергей Анатольевич, «Еленаген» задумывался в США, но реализовывался в Беларуси. Как такое стало возможным?

— Отчасти можно сказать «спасибо» пандемии, определенному стечению обстоятельств, но в первую очередь, конечно, нашей команде высококлассных специалистов. Эта вакцина — разработка выдающегося американского молекулярного биолога Алекса Шнейдера. Разумеется, до создания «Еленагена» были длительные фундаментальные исследования по изучению опухолевого роста, канцерогенеза и поиска решений, куда можно приложить действие лекарственного средства. Такой мишенью выбрали хроническое воспаление, поскольку оно используется опухолью в качестве защиты — так рак создает вокруг себя барьер по типу гнойного очага, куда не могут проникнуть клетки иммунной системы и различные химические вещества. Именно по этой причине химиотерапия оказывается неэффективной, и через какое-то время болезнь приводит к летальному исходу.

Когда закончились фундаментальные исследования вакцины, встал вопрос о том, где проводить клинические. В Америке это слишком дорого, речь идет о миллионах долларов, поэтому Шнейдер искал варианты площадок с более приемлемыми расценками. Мы предложили Беларусь. Надо сказать, что поначалу к этой идее Алекс отнесся скептически — он почти ничего не знал про нашу страну. Однако согласился приехать, изу­чить вопрос на месте. И остался под впечатлением. От наших специалистов требовалось написать программу клинических исследований, и уже только после этого их проведение было одобрено. Мало того, к исследованиям, начало которых было запланировано на 2020 год, захотели подключиться США, Бразилия и Израиль — это говорит о высокой степени доверия к нашей программе. Но тут грянула пандемия, практически парализовавшая онкологические службы этих стран, все силы медиков там были отданы на борьбу с ковидом. Беларусь не вводила локдауна, медицинские и научные учреждения работали в обычном режиме. Учитывая то, что все запасы «Еленагена» остались у нас, здесь и провели клинические исследования. Поэтому проект получился американо-белорусским.

Второй шанс на жизнь

— Какие результаты показала вакцина?

— Скажу без преувеличения — грандиозные, таких нет больше нигде в мире. Вакцина вводилась пациенткам при раке яичника, устойчивом к химиотерапии. Благодаря этому время до прогрессирования болезни увеличилось в 2,5 раза, а у 40 % женщин наблюдался длительный (до трех лет) период без прогрессирования опухоли. При этом абсолютно у каждого онкобольного из группы, где не принимали этот препарат, болезнь развивалась по нарастающей в течение года после начала лечения.

Терапия препаратом «Еленаген» позволяет повысить эффективность химиотерапии. Кроме того, вакцина в отличие от большинства токсичных лекарств от рака очень щадяще воздействует на организм, практически не вызывая побочных реакций.

Эффективность препарата изучали на пациентах в нескольких центрах: в РНПЦ онкологии, Минском онкологическом центре, привлекались пациенты из онкодиспансеров нескольких областей. Сейчас продолжаются исследования препарата при раке предстательной и молочной желез. Уже есть положительные результаты.

— Сколько сегодня производится препарата «Еленаген»?

— Пока выпуск был ограниченный: до 40 флаконов в неделю. В настоящее время вакцина нигде в мире вообще не производится. Американские парт­неры пообещали помочь наладить выпуск «Еленагена» на белорусских предприятиях. Есть планы увеличить производство до 1000 доз в неделю и даже больше. Однако сколько на это потребуется времени, прогнозировать не берусь. Напомню, что делается это впервые в мире.

Воспитание агрессии у клетки

— Еще один предмет особой гордости наших ученых-онкологов — суперсовременный метод лечения лейкозов и лимфом.

— Этот метод носит название CAR-T и показал потрясающие результаты. Он развивается во многих странах, но там имеет просто сумасшедшую стоимость — от 500 тысяч до миллиона долларов на одного пациента. У нас, конечно, на порядок дешевле.

Суть метода в том, что у человека с резистентной формой лейкоза или лимфомы, когда все остальные методы лечения уже неэффективны, берут из крови Т-лимфоциты и модифицируют их на генном уровне. Проще говоря, делают агрессивными по отношению к данному виду опухоли. После чего их размножают вне организма, а в это время у пациента уничтожают оставшиеся Т-лимфоциты, чтобы образовалась пустота — камера, ящик. Затем в тело вводятся модифицированные — те  самые CAR-T. Они устремляются к опухоли и начинают ее атаковать, при этом интенсивно размножаясь. У нас через такой метод прошли восемь пациентов с рефрактерной лимфомой, у троих из них лечение еще продолжается, но уже есть грандиозные успехи, а у четверых наблюдается полная регрессия опухоли! Можете себе представить — этим еще молодым людям был подписан приговор, жить оставалось совсем недолго, а теперь опухоль полностью исчезла, и в течение полутора лет нет рецидива заболевания. Безусловно, CAR-T — одно из самых перспективных направлений в онкологии.

— Есть возможность апробировать его на опухолях других локализаций?

— С этим сложнее. Дело в том, что при лейкозах обычно имеется одна мутация, поэтому данное лечение в первую очередь использовалось именно при этих заболеваниях крови. При лимфомах ситуация немного сложнее, но очень близкая. А вот при солидных опухолях других локализаций обычно имеется огромное количество различных мутаций, и обучить лимфоциты нападать на эти опухолевые клетки пока никому не удавалось. Ученые-онкологи всего мира проводят бесчисленное количество исследований, возможно, когда-нибудь мы получим прорывные результаты. Но, к сожалению, не сейчас.

С точностью до кубического миллиметра

— Рак легкого является одним из самых распространенных онкологических заболеваний как в Беларуси, так и во всем мире. На сегодня основной метод его лечения — хирургический. Каким образом удается сохранить пациентам этот важнейший орган?

— Когда рак легкого распространяется на крупные бронхи или сосуды, орган удаляют целиком. При этом пациент становится инвалидом II или III группы, что, безусловно, сказывается на общем качестве жизни. Сегодня благодаря применению реконструктивных технологий 3D-моделирования часть легкого можно сохранить.

Делается это так: берутся данные по дооперационному исследованию пациента, загружаются в компьютер. По разработанному алгоритму строится 3D-модель легкого, бронхов, сосудов и опухоли. На модели делается расчет, где должна пройти линия пересечения каждой структуры, и разрабатывается план реконструкции. Рассчитываем до миллиметра объемы легкого, размеры сосудов и при необходимости структур сердца, которые будут удалены. Оценивается переносимость операции. И дальше хирургическое вмешательство осуществляется строго по разработанному алгоритмом плану. После операции также строится 3D-модель реконструированного легкого и отслеживаются малейшие отклонения, а также динамика изменений каждые три месяца. Благодаря этому имеется возможность свое­временно принимать необходимые меры.

Такие операции могут выполнять только хирурги высочайшей квалификации. В нашем центре это в первую очередь ведущий научный сотрудник лаборатории торакальной онкопатологии центра кандидат медицинских наук Сергей Еськов, который активно развивает данную технологию под моим руководством. К настоящему времени успешно выполнено более 50 операций. В перспективе, конечно, планируем более масштабное внедрение этого метода в онкохирургию.

У вакцины не было выбора

— Почему именно «Еленаген»? В честь излечившейся пациентки?

— Вообще, у вакцины очень сложное для восприятия название — «плазмида, представляющая собой кольцевую суперспирализованную молекулу ДНК, кодирующую ген Р62». Понятно, что пришлось выбирать упрощенный вариант. Но пациентки здесь ни при чем. Просто Еленой зовут жену Алекса Шнейдера, это же имя и у моей супруги. Так что — если полушутя — выбора у вакцины в плане названия не было.

— А как насчет суеверия? Наверное, глупый вопрос для представителя научного сообщества, но все же. Ведь речь идет об опасном заболевании в серьезной стадии, когда даже химиотерапия бессильна.

— Представители научного сообщества тоже верят в приметы. Но что касается «Еленагена», Алекс Шнейдер сказал: «Если бы я не был уверен в том, что она окажется эффектив­ной, никогда не стал бы называть ее в честь жены».


Читайте МОЗЫРЬ NEWS в: