Кому помогает кодирование? Есть ли волшебная таблетка, способная изменить жизнь пьющего человека?

Жил иллюзиями, что все наладится

История Дениса, рассказанная им самим

Сейчас мне 42 года, начал выпивать на первых курсах университета, в компаниях и не часто. К алкоголизму шел постепенно: сначала бутылка пива, затем двухлитровка, потом крепкие напитки.

Были ли внешние обстоятельства, которые привели к зависимости? Не уверен, что они сыграли большую роль, но чаще стал выпивать, когда моя девушка уехала в другую страну. Хотя, скорее всего, это был повод. В остальном ничего необычного не происходило. В начале 2000-х многие пили, сидя на лавках, это было распространено, милиция не реагировала. 

В области предпринимательства, где я начинал, в порядке вещей было угощать партнеров, ходить в рестораны, дарить алкоголь. Казалось, ничего такого в этом нет, но в определенный момент начал пить практически ежедневно. Мне было весело. Развивал свой бизнес, появились деньги, обеспечивал семью. Квартира, машина, ездил отдыхать за границу. Но к вечеру не знал, что делать без алкоголя: было психологически тяжело, ощущалась тревога, дискомфорт, и порой перед тем, как прийти домой, уже мог выпить. Утром просыпался, садился за руль и ехал на работу. Даже когда крепко пил, не устраивал скандалов, внешне все было нормально, до запоев еще было далеко. 

Не считал себя алкоголиком. Думал, что дело в характере, вот соберусь и брошу. Много раз принимал решение, что откажусь от спиртного. И держался, какое-то время жил «на зубах» – силе воли. Потом терпение заканчивалось. Кодировался – семь месяцев трезвости, пока в длительной командировке не решил вспомнить старое: выпил чуть-чуть, подождал пару часов – ничего не случилось. И понеслось. Начались недельные запои, стал опохмеляться, несколько дней мог не выходить на работу, дело развалилось, жил иллюзиями, что все наладится. 

Дошло до прободной язвы. Сделали операцию, год воздерживался. Потом опять срыв и три месяца страшнейшего запоя. Ушел из семьи к матери, меня уже ничего не волновало, только выпивка. Но потом с женой договорились, что вернусь, и на следующий день на фоне резкой отмены случился эпилептический приступ, вывихнул плечо. Сложнейшая операция и опять нет алкоголю. 

И все стало налаживаться, организовывал бизнес, поехал на встречу с партнерами в другой город. Подумал: уже год не пью… Очнулся через три дня в Гомеле, не помню, как это произошло. А далее очередной запой. На полгода. Под уговорами матери лег в наркологию. Десять дней верил, что брошу пить. Но когда вышел, все пошло по-старому. Организм привел в порядок, а пустота не отпускала. Тогда решил обратиться к наркологам в «Ключ». 

Сознание перевернула работа с психологами. По характеру человек я амбициозный, требовательный к себе, с другой стороны – не видел недостатков, слабостей. Посмотрел на себя с другой стороны, и это стало шокирующим открытием. Две ночи не спал. После жизнь начала меняться. Появилось понимание, кто я, чего хочу именно я, а не окружающие, стали формироваться именно мои ценности, ушли ложные иллюзии, основанные на чужих желаниях. Если раньше стремился во что бы то ни стало добиться материального благополучия, то сегодня для меня важнее заниматься тем, что доставляет радость. Новое любимое дело уже приносит доход и немалый. А главное – гармония в душе.

Острые состояния

Еще десятилетие назад, по данным Всемирной организации здравоохранения, Беларусь находилась в неприглядном лидерстве наиболее пьющих стран: на одного белоруса старше пятнадцати лет приходилось более шестнадцати литров спирта в год. В 2018-м пришла новость: с показателем в 11,2 литра мы переместились на 27-е место. Но есть ли реальные подвижки в алкогольной теме и настолько ли были плохи дела ранее? 

В нашей стране с диагнозом «зависимость от алкоголя» на учете состоят 158 тысяч человек и более 95 тысяч находятся под профилактическим наблюдением. Конечно, в реальности эти цифры больше, ведь даже хроническим алкоголикам удается жить, не выходя за социальные рамки и не «светиться» ни на каких учетах. Люди также избегают обращаться к специалистам, так как сторонятся «алкогольного клейма». 

Но вернемся к подсчетам. Как увидеть реальную картину проблемы? Врачи анализируют ситуацию не по количеству произведенного и выпитого на абстрактную душу населения, а по последствиям. Среди них алкогольные психозы. В целом, по словам заведующего диспансерным отделением областного наркологического диспансера Игоря Луханина, количество таких расстройств становится меньше. В том числе потому, что медики научились купировать предшествующие «белой горячке» состояния. Соответственно, мы не можем утверждать, что люди стали пить существенно меньше. Официальная же статистика говорит о ежегодном снижении употребления алкоголя на 2–3 процента. 

Какими бы темпами мы ни шли, проблем от спиртных напитков немало. От случайного отравления ими в 2018 году умерли 1 476 белорусов, и этот показатель, к слову, снижается. В Гомельской области за 11 месяцев 2019 года по вине пьяных людей произошло 55 ДТП – 13 человек погибли, 58 получили травмы. Сгорели на пожарах 54. Совершено 2 628 преступлений, что на 16,6 процента больше по сравнению с прошлым годом.

Причины внешние…

Проблему алкоголизации называют многофакторной, но условно ее причины можно разбить на внутренние и внешние. К последним относятся доступность алкоголя, его цена и реклама. В Скандинавских странах, например, спиртное не продают вечером и после трех часов дня в субботу и воскресенье. 

Масштабную антиалкогольную программу мы проходили в советское время. Горбачевский опыт воспринимают как не совсем удачный: вырубили виноградники, людей принуждали лечиться, а запреты приводили к обратному результату. Но к «сухому закону» пришли не случайно – уровень алкоголизации зашкаливал. Игорь Луханин убежден, эта кампания спасла миллион жизней. 

Интересно, как на всплеск пьянства влияют внешние обстоятельства. Ученые из Гродно определили взаимозависимость увеличения продаж спиртного и случаев инфаркта миокарда с 1970 по 2005 год в Беларуси. Так вот, двойной всплеск пришелся на девяностые годы и заметно снизился в начале 2000-х. В «подъемное» время страна переживала сложные времена, а выход люди искали на дне стакана. 

Свой вклад вносят традиции: без рюмки на столе не обходится ни один праздник. Заведующий кафедрой общей гигиены, экологии и радиационной медицины Гомельского медуниверситета Владимир Бортновский рассказал о результатах анонимного анкетирования одиннадцатиклассников: более 70 процентов ребят употребляли спиртное, и треть из них впервые попробовала его за родительским столом. Научный факт: 80 процентов страдающих зависимостью людей стали выпивать до 18 лет. Есть повод задуматься.

…и внутренние

Беседуем с заведующим отделением медицинской реабилитации областного наркологического диспансера «Ключ» Антоном Степановым. Врач-нарколог Антон Степанов. 

– Антон Анатольевич, что толкает человека к выпивке?  И почему одни с помощью алкоголя расслабляются, отмечают праздники, а другие становятся зависимыми? 

– Мы называем алкоголизм сложной биосоциальной болезнью, в основе которой комплекс причин.  С точки зрения биологии – это предрасположенность.

Ведь алкоголь принимают почти все, но не у всех формируется зависимость. Кто-то даже злоупотребляет, но зависимым не становится. Один подросток, пребывая в подавленном состоянии, выпив, испытает большой эмоциональный подъем. Всего один глоток «счастья» – и мир разукрашен яркими красками. Но таким способом не выйти из ощущения пустоты и депрессии. Алкоголь – способ адаптации к своему внутреннему неблагополучию. И если добавляется генетика, то шанс стать зависимым возрастает. Многие причины внутреннего неблагополучия закладываются в детстве, причем в очень раннем. Для становления психики особенно важны первые месяцы жизни, когда у ребенка формируются основные модели поведения, установки, базовое доверие к миру. 

– Можно подумать, что все, кто пьет, неблагополучны, а те, кто равнодушен к алкоголю, – эмоционально здоровые люди… 

– Внутренний дискомфорт заполняется другими способами, и зависимостей немало. От партнера, супруга, разного рода искаженных отношений, когда один человек не может представить своей жизни без другого. Есть еще игро­мания, трудоголизм, шопоголизм, пере­едание, стремление к власти и деньгам. Отличие в том, что в основе этих зависимостей нет химической биологической базы. 

– Как с точки зрения физиологии формируется зависимость? 

– В определенных участках мозга алкоголь стимулирует концентрацию дофамина – нейромедиатора благополучия, мотивации, удовольствия. При помощи спиртного он выделяется моментально, и возникает привыкание. Но со временем меняется структура нервной клетки и ее рецепторов, создаются устойчивые нейронные связи. Это необратимый процесс. Спустя долгие годы трезвости, зависимый человек, выпив совсем немного, может вернуться к прежнему образу жизни. 

– Почему люди не хотят обращаться за помощью, понимая, что не в силах справиться сами?

– Алкоголизм называют болезнью отрицания. С позиции пьющего он себя анастезировал, а родственники как бы начинают забирать «целебный эликсир», возникает сопротивление. Человек может говорить: «Проблема есть, но не такая сильная», «Да, ухожу в запой, но меня с работы не выгнали», «Трудовую книжку отдали, но вещи-то из дома не выношу», «Жена не бросила, и до алкоголиков, которые валяются под забором, мне далеко», «Вот я еще живой, а Петя умер…»

Выход есть: реанимация личности

Методы групповой работы признаны самыми эффективными в лечении зависимости.  Занятия в «Ключе»

Быстрые методики и кодирование

Способов избавления от пагубной привычки немало, достаточно просмотреть объявления в газетах и интернете. Преобладают быстрые методики. Помимо традиционных есть даже «исцеление» по фотографии. 

В одном центре используют авторский научный комплексный метод, основанный на психотерапии и рефлексотерапии. Здесь помогают осознать проблему, бросают спасательный круг, а уже задача человека – грести. Терапевтический сеанс длится пять часов. Проводится работа с родственниками пациентов. Можно получить бесплатную поддержку в течение года. Для желающих открыт клуб трезвости. 

Пожалуй, самый популярный способ – кодирование. Его открыл врач Александр Довженко, модифицировав советскую методику эмоционально-стрессовой терапии и превратив ее в программу трезвости. За спасением со всего Союза к нему приезжали люди, уже замотивированные на выздоровление. Им нужен был буквально щелчок, чтобы освободиться от алкогольного бремени. 

В наше время к кодированию относятся по-разному. Существует немало примеров, когда после «процедуры» человек сразу уходил в запой. Есть нарекания за агрессивность, так как внушается негативная установка: выпьешь – умрешь. 

Но кодирование популярно и сейчас. Как и другие «быстрые» методики, оно помогает тем, кто готов к исцелению. Зачастую это люди хотя и пьющие, но не имеющие зависимости.

Увидела несчастные глаза дочери

Идеальная реабилитация включает пять этапов, первый из них – восстановление организма. В наркологическом диспансере помогут снять острые симптомы, детоксикацию, купировать абстинентный синдром, восстановить физическое состояние. Скорой помощью могут стать «вшивание», стоп-методики. 

– Таблетка поможет создать благоприятную базу, но панацеей не станет. Ворох внутренних проблем, закрепленных годами поведенческих реакций, так просто не убрать, – подчеркивает Игорь Луханин. – Редко бывает: проснулся в хорошем настроении и сказал себе, что пить больше не будет. Чаще приходится проходить через драму. Пьяную мать привели домой буквально под наркозом, она даже не могла обувь снять. Увидела несчастные глаза дочери – отрезвило. Но много ли таких озарений? 

Второй этап – понять: я ответствен за то, пить мне или нет, и причина не в плохой жене или несправедливом начальнике. Третий – осознать: я болен, алкоголь стал средством, которое уничтожает жизнь, и это необратимо. Нужно четкое намерение перестать сводить многообразие жизни к одной точке – дну стакана, полностью отказаться от спиртного. Четвертый – принять мысль, что алкоголем утешался, создавал иллюзию благополучия, но теперь удовольствием может стать что-то другое. И пятый, духовный уровень может начаться с вопроса: неужели я пришел в этот мир, чтобы стать емкостью по переработке алкоголя?

Ключ от новой жизни

Два года назад на базе областного наркодиспансера открылось отделение медицинской реабилитации «Ключ». В основе подхода – комплексная стационарная 28-дневная программа лечения алкогольной и наркотической зависимости. Она сочетает передовые технологии групповой и индивидуальной психотерапии. 

«Ключ» рассчитан на десять мест. Помощь пациентам оказывают четыре психолога, нарколог, консультант по зависимостям, психотерапевт и медсестры. Как подчеркивает заведующий отделением Антон Степанов, здесь созданы практически идеальные условия для пациентов, среди которых в основном люди до 35 лет. 

В центре есть помещения для индивидуальной и групповой психотерапии, видеозал, комфортные двух- и трехместные палаты. День начинается с зарядки. После завтрака – психотерапия, потом лекция по теме зависимостей, тренинги, телесно-ориентированная терапия. После обеда два часа отводится для отдыха, затем начинается индивидуальная работа с психологом.

В процессе реабилитации специалисты пытаются донести до пациента: в том, что случилось, нет его вины. Зато есть ответственность. Она позволит справиться с болезнью, принять ее, научиться жить иначе. В среднем на восстановление потребуется год активной работы.

12 шагов. У каждого свое дно

В нашей стране действует почти сто групп международного сообщества анонимных алкоголиков, которые посещают несколько тысяч человек. Главное в двенадцатишаговой программе – признать, что жизнь стала неуправляемой. 

– Человек болен настолько, насколько не выговорен, – говорит участница программы Татьяна. – Здесь у каждого есть свой наставник, мы делимся проблемами, можем поднять любой вопрос, при этом не даем советы, не учим жить, не осуждаем, а просто рассказываем о своем опыте и поддерживаем друг друга. 

Татьяне 62 года.

Проблемы с алкоголем начались в девяностых. Самостоятельно справиться не могла. Ходила к знахаркам, целителям. Понятное дело, свечи и наговоры не помогали. Среди окружения не было примеров удачного кодирования. Дна достигла, когда начала терять к себе уважение. Выпивала с людьми, которых презирала. Алкоголь впервые попробовала за родительским столом, когда старшие наливали стаканчик за компанию. Подростком шла на танцы, и уже могла бутылку сухого вина употребить. Так все закрутилось. Специальность не приобрела, хотя хотела стать юристом или журналистом. 

Признается, что была авторитарной матерью. Дети не могли возражать, им даже было проще, когда пила, ведь тогда она вела себя спокойно. Плодами воспитания стали сложные отношения с ними, у всех проблемы со здоровьем. Татьяна старается принять это со смирением. 

Выздоровление начинается с готовности исцелиться и понимания, что ты в этом мире не один. Нужно работать с обидами, чувством вины, агрессией и подавленностью. С момента участия в программе женщина стала менее раздраженной, старые знакомые ее не узнают. Сейчас в ее жизни есть общение, книги, саморазвитие и новые краски. Восемь лет полностью трезвой жизни – это впечатляет.

Где грань между выпивающим человеком и зависимым?

Если совпадают  три из шести критериев, принятых в международной классификации болезней, можно говорить  о зависимости. 

Допустим, человек употребляет сто граммов водки каждый день и при этом с ним ничего плохого не происходит: живет, работает, водит автомобиль. 

Вопрос в том, может ли он совсем отказаться от «допинга», предположим на месяц или три, и при этом комфортно себя чувствовать? 

Если да, до зависимости далеко. Когда будет чего-то не хватать, ощущаться физический и психический дискомфорт, то ситуация сложнее. Но устанавливает диагноз только врач-нарколог, для этого нужно обратиться на консультацию и анонимно.

Анонимное анкетирование одиннадцатиклассников показало: 70 процентов ребят употребляли спиртное,  и треть из них  впервые выпила  за родительским столом

Шесть признаков зависимости

1. Сильное влечение к алкоголю. 

2. Утрата количественного контроля и чувства меры. 

3. Состояние отмены алкоголя. Спасает опохмеление. 

4. Повышается толерантность к алкоголю, со временем нужны более высокие дозы. 

5. Утрата альтернативных интересов в пользу выпивки. 

6. Человек продолжает употреблять, несмотря на серьезные проблемы со здоровьем, на работе и в отношениях. 

© Правда Гомель