Свое бережем. А чужое?

«Относись к людям так, как ты хочешь, чтобы относились к тебе», — житейский закон гармоничного сосуществования. А что, если речь идет не о людях, а о собственности, предметах, вещах?

Подъезд одного из многоквартирных домов в центральном микрорайоне ничем не отличается от своих «собратьев» по этажам и населяющих его людям. Почти аккуратный лифт, лестничные площадки выметены, стены не измалеваны похабщиной.


Но чистота и порядок сохраняются до поры до времени, как это обычно бывает. С недавних пор в вышеупомянутом подъезде домофон периодически не работает, стены начинают пестреть надписями всевозможного содержания, а буквально в прошлом месяце кто-то разбил бутылку пива на лестничной площадке, и содержимое бутылки так и осталось высыхать на бетоне буроватым пятном, а осколки разбросаны по периметру площадки.

Осенью прошлого года кто-то из жильцов методично ломал домофон из-за того, что обслуживающая организация отключила код. Получается, что сломать проще, чем провести «трубку» в квартиру или на худой конец купить ключ от домофона. В итоге, когда у специалистов организации лопнуло терпение от постоянных выездов по адресу, на двери подъезда была приклеена просьба: «Не ломайте домофон, пожалуйста. Пользуйтесь старым кодом».

Не хочется грешить на съемщиков квартир, которых большинство в этом доме, но другого вывода моя собеседница сделать не может, потому что живет в этом подъезде достаточно долго и ни за кем из соседей не замечала подобного поведения. Что называется, не мое — не жалко.

Другой пример.

В прошлом году ранней весной 60-летняя женщина похоронила свою мать. Бабушка в силу своего очень преклонного возраста нуждалась в периодическом лечении в райцентре, а так как она с трудом передвигалась самостоятельно, то территориальным центром социального обслуживания населения было выдано инвалидное кресло. После похорон дочь, не удосужившись привести дом в порядок, перемыть посуду и вернуть кресло, уехала домой на другой конец страны. Заперла дом, ключи забрала с собой, и год от нее ни слуху ни духу. И все это время остальные родственники бабушки не могли попасть в дом. Вполне закономерно, что ТЦСОН спустя столько времени потребует возврата имущества, даже если придется обращаться в суд.

Как говорится, не прошло и года, как дочь приехала на малую родину. Оказывается, звонок ей поступил с требованием вернуть инвалидное кресло, иначе суда не миновать. Кроме этого, дочь привезла с собой подругу, чтобы с ее помощью перемыть посуду, оставшуюся после похорон и прибрать дом.

Это я к чему? Если жить по принципу «не свое — не жалко», то что тогда останется? Давайте все ломать, крушить, портить, чужое присваивать себе. Я утрирую, но давайте представим, что у книголюба попросили почитать книгу из его домашней библиотеки. Он ее дает, а через год получает всю истрепанную, с загнутыми листами в жирных пятнах и следами от чашки на страницах. Неприятно?

Допустим, у владельца автомобиля попросили его транспортное средство на время, чтобы кого-то привезти, увезти. Через неделю автомобиль возвращается законному владельцу, который при первичном осмотре его целостности обнаруживает прожженную обивку салона, разбитую фару, погнутый бок и мусор в салоне. Неприятно?

Или у хозяюшки соседка попросила одолжить ей кухонный комбайн — гости намечаются большие, надо постараться удивить угощением. Через месяц возвращается техника домой со следами засохших пищевых отходов. Неприятно?

Ну, конечно, неприятно! Вам доверили собственную вещь в надежде на аккуратное использование и своевременный возврат.

Такая же ситуация и с пользованием коммунальной собственности. Не нужно ломать урны, скамейки, детские городки, лестничные перила и оставлять следы своего пребывания где бы то ни было — это жутко некультурно и неприятно более сознательным в этом вопросе гражданам.

Ольга ДУБРОВА.