В преддверии Дня Независимости мы встретились с Анной Александровной Гончар, ребенком войны, чтобы расспросить о ее послевоенном детстве

Война и дети – понятия несовместимые, а детство, опаленное огнем войны, забыть невозможно. Дети войны зачастую натерпелись от нее не меньше, чем бойцы на фронте. Страдания, голод, смерть рано сделали ребятишек взрослыми, воспитав в них недетскую силу духа, смелость, способность к самопожертвованию, к подвигу во имя Родины, во имя Победы.

Чем ближе на календаре памятная для нашей страны дата, тем сердце щемит особенно сильно, против воли одолевает тихая печаль, а мысли все время крутятся вокруг одного простого вопроса: а каково людям было тогда, 78 лет назад, когда солдаты Красной армии освобождали нашу Беларусь от коричневой чумы? Но простого ли? О том, что пришлось пережить белорусам в страшные годы войны и оккупации, мы можем только догадываться, но никогда не поймем и, дай Бог, никогда не испытаем этого на себе.

Анна Гончар слева.

Анна Александровна родилась в Слободе в 1943 году, ее младший брат Дмитрий – в 1945-м.

– Слава Богу, мы не голодали, – такими словами Анна Александровна начала свой рассказ о послевоенном детстве. – Не страдали, не ходили на поле картошку гнилую выкапывать.

После войны, в 1946 году, у матери на руках осталось двое детей, нужно было их кормить, одевать, а помощи ждать было неоткуда. Мать написала тогда письмо своей сестре, которая тогда жила в Пинске, с просьбой приехать и помочь. Вернувшись на Родину с принудительных работ в Германии, тетя Аня обосновалась в Пинске, устроилась работать на молочный комбинат. Получив письмо от сестры, немедленно откликнулась на просьбу.

– Трудно стало в 55-м году, когда в деревне случился неурожай, – продолжает Анна Александровна. – Тогда еды не хватало, мама из сил выбивалась, чтобы нас с братом прокормить. Тетя Аня к тому времени замуж вышла и уехала от нас, поэтому маме было вдвойне тяжелее. Односельчане вербовались на работы и уезжали. В тот же год у нас пропала корова. А что это значит? Это беда. Однако продуктами помогала и она, и тетя Лукерья, жена двоюродного дяди. С помощью соседей и родственников мы тот год с горем пополам пережили.

Вспоминая об отце, у Анны Александровны невольно наворачивались слезы на глазах. Он ушел в армию, но не вернулся – уехал в Калужскую область, где у него образовалась новая семья. Говорит, что не знала об этом долгие годы – мать не рассказывала. Но однажды, уже будучи взрослой состоявшейся женщиной, она попросила своего мужа навести порядок в серванте: пригодные вещи – сохранить, а от старых и ветхих – избавиться. Но до вещей дело не дошло, потому что, как рассказывает наша собеседница, ее муж нашел старое письмо. Как оказалось, письмо от отца. Из этого послания женщина узнала, где он и почему не вернулся.

Жизнь начала понемногу налаживаться с началом трудовой деятельности Анны Александровны. Сперва работала воспитателем в детском саду, а потом в детском доме в Слободе, затем учительствовала в школах деревень Скрыгалов, Балажевичи. Все общественно полезные дела проходили с ее активным участием. На воскресниках приводили деревню в порядок, помогали в колхозе – словом, отстраивали жизнь заново: учились жить без страха, улыбаться, смеяться, верить людям, любить и быть счастливыми.

От рассказов участников и очевидцев событий военных лет кровь стынет в жилах. Иногда просто не хочется верить в то, что подобная жестокость вообще может быть присуща человечеству. Но чаще от таких рассказов просто перехватывает дыхание – примеры стойкости, мужества, отчаянной веры в победу и несокрушимого стремления к свободе и независимости стали для нас национальной гордостью и достоянием. Примером для всех нас, живущих ныне.

Ольга ЛАСУТА.