О первых ролях, съемках на «Беларусьфильме» и самом преданном зрителе. Михаил Клименко о роли случая в своей актерской карьере

«Михаил Клименко? Артист драмтеатра? Конечно, знаю!» – такой ответ мозырян вполне очевиден. Ведь Михаил Александрович в Мозыре родился и здесь пригодился. Его любят и знают. А он, в свою очередь, с трепетной любовью относится к землякам, к своим зрителям и любимому театру. И каждый раз, возвращаясь домой после очередного расставания, связанного со съемками в кино, с нежностью глядит на огни приближающегося города. Здравствуй, Мозырь! Я дома!

– Почему театр? Да случайно! – рассказывает Михаил Клименко. – Поступил в Мозырский педагогический. Всей группой начали подготовку к ежегодному конкурсу «А ну-ка, первокурсник!» Загорелись все. Предлагали идеи разные. А потом постепенно погасли, остыли, но все равно справились. Спустя много лет я понял, что тогда я и сценарий написал, и поставил, и сыграл. И мы стали первыми! Наш комсорг, хорошая такая девочка, активная, неравнодушная, жизни мне после этой победы не давала: «Миша, тебе в театр нужно»! А я ни в какую: «У нас в семье военные. Педагоги. Какой театр?!»

В этот период как раз в народный театр набирали актеров в возрасте до 40 лет. Видно, наш комсомольский лидер Лариса это объявление тоже увидела. Насела она на меня капитально, месяца два уговаривала пойти на прослушивание, и я сдался под ее натиском. Думаю, ладно, пойдем. Посмотрят на меня, да и отправят домой как бесталанного. И все будут счастливы.

Пришли мы в театр, сели в зрительном зале. Кругом полумрак. На сцене выставлены декорации. Идет репетиция новогодней сказки. Актеры в костюмах. Спиной к нам – Михаил Колос, режиссер. Все работают. А спустя пять минут я… я пропал, буквально растворился, потерялся во времени и пространстве от всего увиденного. Был поражен и восхищен одновременно! Да и сам режиссер – личность фактурная, метра два ростом – тоже произвел на меня неизгладимое впечатление.

– Понравилось?
– Очень! Особенно Мелкий Бес!
– Хорошо. Будешь играть! Завтра на репетицию в 19.00!

И ушел. Моего ответа не ждал. Думаю, спутница моя накануне его самостоятельно посетила и рассказала, какой я, по ее мнению, фантастический и неповторимый. На следующий день я пришел в театр, как и было назначено. На дворе 1982 год.

Михаил Ефимович Колос – это глыба! Это такой человечище! С такой бескрайней душой и искренним сердцем! Такие, наверное, рождаются раз в тысячу лет. Мы, артисты, а было нас человек восемьдесят, бежали-торопились к нему на репетицию кто с работы, кто с учебы. Он всех нас любил, за каждого болел. Знал все наши проблемы и проблемы наших родных. Знал, кто с кем встречается, как зовут детей, когда день рождения.  И часто повторял: «Человек – самое драгоценное, что есть в мире». А сам при этом являлся настоящим профессионалом своего дела, каких свет не видывал: и режиссировал, и играл, и занимался декорациями. Одним словом, щедрый, умный, талантливый, гениальный. Плохих спектаклей у него не было. Заявленные на конкурс работы всегда занимали призовые места. Колос говорил: «На сцене нельзя играть. На сцене нужно жить. На сцене нужно думать. Тогда зритель будет вам верить, будет вас любить, будет на вас ходить».

Мы в Михаиле Ефимовиче Колосе души не чаяли, отвечая взаимностью. Мы это все работающие в театре, вся наша большая театральная семья. И это не красивые слова, не штамп.
Это так и было! Мы были одной семьей. Старшее поколение опекало нас, молодых.

Происходило это очень тактично и ненавязчиво. Нас не поучали. Нам подсказывали. И казалось, что это мы сами так славно придумали. И очень гордились собой, а взрослые радовались нашим победам. А как мы отмечали праздники! Накрывали один длинный стол, за который садились все – от уборщиц до художественного руководителя. Это была такая атмосфера! Такое счастье! Ведь мы – единомышленники, у нас общее дело, общие удачи, общие проблемы. Это объединяло. Вспоминаю, как ставили сказку «Похищение сокровищ». Декорации крепили на выдвижных трехметровых стойках. На них – ковролин, украшенный аппликацией. За пару дней до спектакля Колос объявляет, что нашел люминесцентные краски, которыми нужно обвести все эти цветы, деревья и т. д., чтобы смотрелись ярче. На следующий день на втором этаже театра перед малой сценой разложили 6 ковров и, стоя на коленях, претворяли в жизнь идею нашего «вождя». Здесь были все без исключения, вне зависимости от возраста и занимаемой должности.

Вскоре я ушел в армию. На проводах был весь наш театр. Через два года вернулся. Отслужил как надо – так ведь поется в песне. Но возвращаться обратно не спешил, снова почему-то показалось, что театр не мое. Но не тут-то было! Коллеги быстро наставили меня на путь истинный, подключив моих родных. И я вернулся в труппу. С тех пор здесь. И ни разу не пожалел. Я люблю все свои роли. Всех своих зайчиков-белочек из детских сказок. Всех своих героев. А сыграл я их превеликое множество: от бомжей до дворян.

Периодически снимаюсь в кино. Подтолкнул меня к этому 10-летний сын. Уж очень захотелось ему увидеть отца на экране: «Папа, а снимись в кино! Ты же у меня лучший!» Ну, как мог я подвести своего самого преданного зрителя? Только как исполнить его желание не знал. В то время казалось, что это вообще нереально осуществить. И тут начинается цепочка случайных неслучайностей. Через неделю после разговора с моим маленьким промоутером к нам в театр приезжает режиссер Сергей Полещенков, с которым мы были знакомы лет пятнадцать. И я, конечно, интересуюсь, есть ли у него знакомые на «Беларусьфильме»? Спустя небольшое время Сергей приглашает меня приехать в столицу, где я встречаюсь с его подругой Аллой Пролич (супруга советского и белорусского актера театра и кино, кинорежиссера, народного артиста Беларуси Владимира Гостюхина). Аллу на то время я знал уже более 20 лет, еще со времен студенческих стройотрядов: судьба занесла меня в деревню Кашевичи Петриковского района, откуда она, тогда еще студентка Ярославского театрального училища, родом. Словом, закончилась эта история посещением киностудии, где один из кастинг-директоров пригласил меня на проект «Последний бронепоезд» (2005 г.) с участием звездного актерского состава: Андрея Панина, Андрея Соколова, Екатерины Редниковой, Марины Александровой, Ивана Кокорина, Дениса Никифорова, Олега Корчикова, Анатолия Кота. За два дня отснялся, уехал домой. А через несколько месяцев звонок: «Вам гонорар не нужен?» Я опешил: «Удовольствие получил! Опыт приобрел! С такими людьми пообщался! За это еще и деньги платят?!»

С тех пор меня приглашают. Я соглашаюсь. Снялся более чем в 50 фильмах. Роли небольшие, но для меня важные. Кино – это хороший дополнительный опыт и еще один заработок! Съемки – увлекательный процесс. Правда, времени на подготовку роли у тебя нет: приехал – сразу начинаешь работать. Не получилось – стоп! Пересняли. Переснять можно хоть сто раз, но тебя больше не пригласят. Фильмы сегодня коммерческие, поэтому работать нужно оперативно и профессионально. Здесь тебя актерской профессии учить не будут.

И все же главным и любимым делом остается театр. Я люблю свою профессию. Мне повезло с ней. Думаю, если бы не попал я в руки к Михаилу Колосу, скорее всего, не было бы актера Михаила Клименко. Ведь именно он влюбил меня в эту профессию. Колос часто повторял: «Каждый человек талантлив. И я этот талант вижу. И могу вытащить даже из пяток!» И действительно, люди разных специальностей играли у него ТАКИЕ роли! Ну, как это было возможно? Как?

Наша труппа сегодня – интересные, талантливые трудолюбивые люди. Слава Богу, нас не научили плохо работать. Коллектив наш особенный: многие театральное образование получали на сцене, а потом уже «подтверждали» его в Академии искусств. В этом есть своя прелесть. Не получается – ушел. А не наоборот: закончил – не понравилось – ищешь себя в другом. Я нас, шутя, называю «театральным спецназом».

С главным режиссером Романом Матвеевичем Цыркиным нам здорово повезло. Это человек, влюбленный в творчество, в свою работу, он растворен в ней. Удивительный. Грамотный. Я лично считаю, что он один из лучших в Беларуси. Людей такого профессионального уровня в нашей стране можно пересчитать по пальцам. А мне, поверьте, есть с кем сравнивать. Я много снимаюсь в кино, встречаюсь и общаюсь с большим количеством людей. У кого-то случаются какие-то удачные вещи, а наш режиссер в этом плане стабилен, он не умеет ставить плохие спектакли. Он не умеет халтурить, работает или хорошо, или никак. Когда Роман Цыркин только пришел в театр, залы были заполнены по максимуму. Зрители близлежащих населенных пунктов выкупали их целиком. Заказывали автобусы и ехали к нам.

Наша работа – это огромный труд, тяжелый труд. Актеры очень много теряют энергии на сцене, выкладываются на все 100 %. Но никто при этом не уходит из театра. Почему? Да потому что не может жить без своей профессии, без сцены, без зрителей. Чужие отсеялись, ушли за длинным рублем. А остались преданные, сумасшедшие. Я хочу, чтобы мы, артисты, получали удовольствие от своей работы. Чтобы в семьях наших все было хорошо. В этом счастье!

P.S. Недавно артисты театра Михаил Клименко и Вадим Дубров приняли участие в съемках российского драматического телесериала «Угрюм-река» Юрия Мороза (вторая экранизация одноименного романа В. Шишкова), премьерный показ которого начался на Первом канале 9 марта 2021 года.

Беседовала руководитель
литературно-драматургической части
Мозырского драматического театра им. И. Мележа
Татьяна Иванова.