«В душе я белоруска!». Почему врач из Донецка выбрала нашу страну для жизни

Они оставили страны, где родились, по разным причинам. Бежали от революции, безработицы, рвущихся снарядов и горя. Все герои проекта «Теперь мы белорусы» нашли свой дом здесь. Каждую неделю в газете «7 дней» и на сайте БЕЛТА они откровенно рассказывают о том, почему решились оспорить крылатую фразу «Родину не выбирают». Где бы они ни появились на свет, теперь они — белорусы!

Семь лет назад через шахтерский город Углегорск Донецкой области проходила линия фронта. Во время артиллерийских перестрелок интерну местной больницы Антонине Шетеле, вернувшейся после учебы в Луганском мединституте, приходилось добираться до места работы короткими перебежками. По ночам тогда она часто не спала — от взрывов. А когда один из снарядов попал в местную больницу и начался пожар, в котором сгорели все документы, Тоне уже некуда было идти на работу.

Горе сближает

Антонина вспоминает, насколько сильным тогда было ее желание продолжить обязательную для врача последипломную практику. Она позвонила в Минздрав Украины и попросила перенаправить в больницу другого города, но на том конце провода жительнице Донбасса сказали как отрезали: «Раз вы начали войну — разбирайтесь сами!».

— Для завершения образования можно было ехать учиться в Россию, Европу или Беларусь. Как раз в это время Президент Беларуси Александр Лукашенко издал указ, согласно которому беженцы из Луганской и Донецкой областей могут приехать сюда. Здесь нам давали право жить и работать наравне с белорусами, получать на том же основании, что и граждане страны, медицинскую помощь, — объясняет свой выбор медик. — Мое решение поддержала мама. Так я, этническая белоруска, внучка Николая Зимницкого из деревни под Слонимом, уехала на историческую родину, где, к сожалению, никогда не бывала раньше.

На вокзале в Минске девушку встретил троюродный брат Димитрий, с которым они ни разу не виделись. Вместе отправились в Новоельню Дятловского района Гродненской области, где и сегодня живет Тонина родня: тетя Елена Яковчик с мужем Сергеем. Они сердечно приняли племянницу, с которой ранее не встречались.

Небольшая двушка семьи Яковчик стала новым домом Тони на целых три года. А всего через два месяца после приезда она получила вид на жительство и была принята в интернатуру. Первым рабочим местом стала поликлиника Новоельненской больницы.

— За прошедшие семь лет поняла, что я не только этническая белоруска, но и белоруска в душе. Меня не перестает восхищать красота лесов, озер, рек. А какие здесь добрые и замечательные люди! — искренне замечает Тоня. — Я благодарна стране, принявшей меня как родную, и, конечно же, Президенту Александру Лукашенко — за то, что дал нам, жителям Донбасса, возможность нормально жить и работать. Большое спасибо родным, принявшим меня под свой кров, работникам службы миграции, которые помогли вначале с видом на жительство, а в январе 2022 года — с получением белорусского гражданства по ускоренной процедуре.

Тоня признательна и коллективу Новоельненской поликлиники, который помог ей стать настоящим врачом-терапевтом. Более глубоко ее талант раскрылся уже в Республиканской туберкулезной больнице «Новоельня», где белоруска сегодня и трудится.

Не только доктор

Каждое дежурство фтизиатра Антонины Оберюхтиной начинается в отделении инфекционного контроля, над входом в который висит табличка «Зона высокого риска заражения».

— Оба стационара больницы — принудительного и непринудительного лечения — зона повышенной опасности. В первой находятся те, кто не пожелал лечиться добровольно или уклонялся от этого, во второй — другие пациенты, — объясняет врач. — У кого запущенные формы болезни и сопутствующие патологии (сердечные, желудочные, кишечные и т. д.), находятся здесь до 18-22 месяцев. Когда появились новые препараты, сроки пребывания в больнице для некоторых снизились до 6-9 месяцев. Но основная группа пациентов из-за устойчивости туберкулезной палочки к лечению у нас надолго.

По понятным причинам, нас не приглашают в стационар, чтобы мы смогли увидеть, как проходит дежурство. С Антониной встретились в чистой зоне. Врач отмечает, что фтизиатры не только лечат туберкулез и другие болезни, но и всячески помогают решать бытовые вопросы пациентам с ограниченной возможностью передвижения. Берут на себя решение проблем с телефонами для связи с близкими, паспортами, оформлением и получением пенсий и т. д. И хотя коррекция психоэмоционального состояния пациентов, среди которых есть алкоголики и наркоманы, — зона ответственности психиатра-нарколога, Антонина Оберюхтина и ее коллеги поддерживают тех, кого лечат, не только как профессионалы, но и как люди, способные сострадать.

— Антонина Игоревна — крепкий, состоявшийся профессионал, специалист с замечательным терапевтическим мышлением, открытый для всего нового. К тому же — хороший человек, поэтому быстро влилась в наш коллектив, — отметил главный врач Новоельненской республиканской туберкулезной больницы Дмитрий Бахар.

У врачей туберкулезной больницы также есть риск заболеть. Тем не менее они каждый день идут лечить своих пациентов от этой опасной болезни, входящей в десятку основных причин смерти в мире. Кстати, бактерией туберкулеза инфицировано около трети населения мира, но болезнь развивается лишь у людей с ослабленной иммунной системой.

— Как говорится, никто ни от чего не застрахован. Раньше считалось, что туберкулезом болеют асоциальные личности, но мы видим, что это заблуждение. Бактерию туберкулезной палочки можно подхватить в местах большого скопления людей, например, в общественном транспорте. Основные клинические проявления этой болезни — кашель, потливость, длительное время повышения (37-38 градусов) температуры.

Иногда больные и не подозревают, что у них туберкулез, пока это не выявится на рентгене или флюорографии. Поэтому каждому нужно периодически проходить их.

Их уютный дом

Четыре года назад Антонина чуть не уехала назад — очень уж скучала по оставшимся в Углегорске отцу, матери, дедушке. Даже необходимые документы уже начала собирать.

Но судьба распорядилась иначе. И задумала она изменить жизнь медика задолго до сбора документов. Однажды молодая доктор подхватила простуду, пришла на прием к коллеге — терапевту Михаилу Оберюхтину послушать, в порядке ли бронхи и легкие. Он успокоил Тоню: переживать не стоит, назначил лечение.

Когда Михаил Дмитриевич понял, что темноглазая красавица вскоре укатит в свой Углегорск, тут же начал действовать. Молодые люди начали встречаться, а через полгода сыграли свадьбу, на которую приехали и Тонины родители. Венчались в Свято-Преображенской церкви города Дятлово. Сегодня об этом важном дне напоминают свадебные реликвии, хранящиеся у Оберюхтиных в квартире.

— Три года пролетели как один день, — говорит Михаил Дмитриевич, который не так давно стал заведующим Новоельненской поликлиникой. — В том, что мы оба медики, больше плюсов. Из минусов — мы можем по двое-трое суток не видеться из-за дежурств. В пандемию, когда я работал в отделении для пациентов с коронавирусной инфекцией, мы с Тоней подолгу могли не быть вместе. Хорошо, что тот кошмар уже позади… Теперь я вижу: медицина нас очень объединяет и помогает расти профессионально, многие рабочие моменты обсуждаем дома.

Квартира Оберюхтиных теплая и уютная. Здесь нашлось место и вечно вертящемуся у зеркала чубатому попугаю Моне, и красноухим черепахам Майке и Зеленке, и сомикам с неподдающимися подсчету миниатюрными улитками, которые заняли два аквариума. Со временем Оберюхтины хотят переехать из многоэтажки в частный дом и завести там еще двух собак.

Главное в украинском борще

Пока глава семьи делится с нами планами на будущее, Антонина Игоревна готовит настоящий украинский борщ.

— Самое главное в украинском борще — это зажарка, — уверена она. — Сырую свеклу натираем на крупной терке, бросаем ее на сухую разогретую сковороду и слегка подсушиваем. Через минуту добавляем ложку любого уксуса. Свекла начнет выделять сок ярко-розового цвета. Еще через минуту добавляем тонко нарезанные лук и натертую морковь. Тушим. В конце добавляем ложку томатного соуса. Доливаем в сковороду немного воды и перекладываем нашу зажарку в бульон, где уже сварилось мясо на косточке. Еще 15-20 минут томления на медленном огне — и борщ готов! Лучше всего его есть на вторые сутки после приготовления, когда овощи отдадут весь свой вкус!

Муж Антонину нахваливает, уверяет: все, что жена готовит, получается невероятно вкусным. Верим. Не зря все-таки Антонина Игоревна призналась нам, что если бы не пошла во врачи, стала бы поваром. Хозяйка этого дома ничего не делает вполсилы. Если за что берется, доводит дело до совершенства.