Где теряются следы уникального белорусского культурного наследия?

В последнее время вину за утрату белорусских историко-культурных ценностей принято возлагать в основном на советскую власть или даже Российскую империю. Между тем расхищение нашего исторического достояния началось еще в эпоху Речи Посполитой. Политика полонизации, насаждения католичества и угнетения исконной белорусской веры — православия — содействовала тому, что множество белорусских древностей не дожило до имперской эпохи, будучи навсегда утерянными во мрачных веках польско-литовского владычества.

Польско-литовская экспансия

До недавних пор практически ничего не было известно о судьбе сокровищ древнего центра Беларуси — Турова. В эпоху Киевской Руси Туров принадлежал к числу наиболее значимых древнерусских городов, являясь столицей княжества и епископии. Он неоднократно упоминается в древнерусских летописях, что и неудивительно: с ним связаны имена известнейших деятелей Средневековья. Здесь била ключом культурно-духовная жизнь, насчитывалось около десяти храмов и несколько монастырей, в одном из которых подвизался знаменитый просветитель земли русской св. Кирилл Туровский.

Однако после монголо-татарского нашествия и начавшейся вскоре литовской экспансии город стремительно теряет свое былое значение, а княжеский и епархиальный центр перемещается в Пинск. В период польско-литовского государства Туров представлял собой небольшой город, изредка упоминаемый на страницах хроник и документов. Во времена Российской империи его достопримечательности были уже весьма скромны: лишь несколько деревянных церквей и остатки древнерусских земляных укреплений. Впрочем, в местных храмах иногда еще встречались древности, восходящие даже к эпохе Киевской Руси. Например, фрагменты Туровского Евангелия XI века, обнаруженные в 1867 году в одном из храмов города и сохраненные для потомков. Но это были уже лишь отголоски былого богатства церковных ризниц Турова.

Древнейшая сокровищница

Нам удалось разыскать наиболее раннее и единственное на сегодня описание церковных древностей средневекового Турова. Это инвентарь кафедрального Пречистенского собора, составленный в 1585 году.

Пречистенский собор являлся главным храмом Туровской епархии и располагался в самом сердце города — на территории замка. Поэтому без сомнений можно утверждать, что в этой церкви были сосредоточены наиболее ценные реликвии Туровского края.

В инвентаре подробно описаны находившиеся в соборе иконы, книги, сосуды, предметы облачения, различные украшения и прочие драгоценности, многие из которых насчитывали не одну сотню лет.

Туровский кафедральный собор являл собой настоящую сокровищницу древностей Беларуси. Но как же так случилось, что не осталось и следа не только от этих реликвий, но и от самого соборного храма в Турове?

Так, особое место в храме занимала чудотворная Корсунская икона Божией Матери. На Руси так называли реликвии, происхождение которых связывалось с Корсунем (Херсонесом) — древним византийским городом в Крыму. Покоривший Корсунь в 988 году киевский князь Владимир Святославич вывез отсюда множество христианских реликвий, попавших затем в русские храмы. Очевидно, к этой же эпохе восходила и упоминаемая в нашем инвентаре мраморная икона Св. Михаила. Подобное изделие характерно именно для древнерусского периода, когда здешние земли были тесно связаны с Византией.

При описании некоторых других икон составитель инвентаря прямо замечал, что уже тогда они считались «старыми».

Примечательно, что напрестольное Евангелие туровского собора и некоторые другие книги были писаны на пергамене. Этот материал перестал пользоваться спросом у книжников уже в XV столетии.

Известно, что на страницах напрестольного Евангелия были записаны грамоты великих князей литовских, начиная по крайней мере от князя Витовта (1392–1430 гг.).

Трагедия собора

Работая с документами в зарубежных архивах, мы узнали о трагедии, постигшей собор Турова при Речи Посполитой. В XVI веке Туров перешел во владение князей Острожских. Это был знатнейший западнорусский род, известный своим покровительством православию в польско-литовском государстве. Так, князь Константин-Василий Острожский стоял во главе православной партии, выступавшей против вероломной церковной унии 1596 года. Однако его внучка Анна-Алоиза Острожская изменила традициям предков и решилась принять католичество. Унаследовав в 1635 году огромные земли Острожских, она рьяно принялась утверждать здесь новую религию.

Туров в ту пору сохранял верность православию. Город отказался подчиниться униатскому турово-пинскому епископу, проживавшему в Пинске, и оставался под юрисдикцией своего православного епископа — грека Авраамия Лециды. Однако при Анне-Алоизе Острожской такое положение дел продлилось недолго. Прежде всего, княгиню совершенно не устраивал факт присутствия в туровском замке рядом с княжеской резиденцией православного кафедрального собора.

В одном из писем 1631 года сообщалось о ее намерении перенести собор в другое место, подальше от замка. Это, однако, вызвало протесты туровских мещан, заявивших, что они «желают скорее снести свои дома и покинуть город, нежели позволить, чтобы хотя бы одна русская церковь была сдвинута с места».

Тогда княгиня предложила униатскому пинскому епископу Григорию заключить следующее соглашение. Анна-Алоиза обещала изгнать из Турова православного владыку и передать город под юрисдикцию униатов, но при том лишь условии, что униаты позволят уничтожить соборный храм в туровском замке. Епископ Григорий согласился на данное условие.

Безумная княгиня

Религиозный фанатизм Анны-Алоизы порой выражался в откровенном мракобесии, поражавшем даже умы ее современников. Так, по свидетельству острожского летописца, княгиня повелела извлечь из православной церкви гроб своего отца и совершить обряд крещения его останков в католичество. Православные жители на территории имений Анны-Алоизы должны были принять церковную унию и отречься от православия. Все это вызвало гнев коренного населения, и в 1636-м Острог сотрясли народные волнения, подавить которые удалось лишь вооруженным путем.

Иезуитское нашествие

29 сентября 1631 года епископ Григорий прибыл в Туров, чтобы получить ключи от соборной церкви и приступить к эвакуации ее утвари. Сопровождавший епископа енерал (судебный исполнитель) составил об этом подробный отчет, сохранившийся до наших дней. Войдя в туровский замок, епископ обнаружил, что кафедральный собор занят иезуитами, которые совершали там свое богослужение. Более того, выяснилось, что еще до прибытия епископа они изъяли из церкви наиболее ценные иконы и утварь, а старинный иконостас сломали.

Впоследствии епископу удалось добиться возвращения части этих предметов, но далеко не всех.

В позднейших инвентарях туровской соборной ризницы отсутствовал ряд важнейших реликвий, в том числе и чудотворная Корсунская икона.

Можно лишь догадываться, какое смятение у жителей Турова вызвало исчезновение этих святынь.

После 1631 года туровская соборная церковь исчезает со страниц документов. Несомненно, она прекратила свое существование, как того и желала княгиня Анна-Алоиза. Оставшиеся ценности собора были сложены в сарае близ заброшенной Борисо-Глебской церкви. Вследствие небрежного хранения некоторые из этих предметов вскоре попросту сгнили.

Сложно сказать, какая судьба постигла туровские реликвии, присвоенные иезуитами и Анной-Алоизой Острожской. Возможно, они пополнили ризницы костелов Речи Посполитой. Известно, что княгиня одарила католические храмы в разных уголках страны ценной утварью. Иезуитскому коллегиуму в Остроге она передала множество своих драгоценностей, в том числе и иконы.

В католических храмах Польши до сих пор находится немало православных икон, вывезенных с территории Западной Руси (Беларуси и Украины). Причем нередко эти иконы продолжали почитаться католическим населением.
Знаменитая икона Ченстоховской Божией Матери в монастыре паулинов на Ясной Горе. Икона издавна считается главной святыней Польши, хотя традиция связывает ее происхождение с русскими князьями.Зато судьба самой Анны-Алоизы Острожской достоверно известна. В 1648-м Речь Посполитую охватило национально-осободительное казаческое восстание под предводительством гетмана Богдана Хмельницкого. Восстание было горячо поддержано и жителями Полесья, причем не только крестьянством, но также православными мещанами и шляхтой. Они принялись громить католические костелы — символы ненавистного польского владычества. С первыми поражениями польских войск Анна-Алоиза спешно покинула Острог и выехала в Польшу, опасаясь возмездия со стороны православного населения. Она скончалась в 1654 году близ Познани в Польше.

Юрий ­МИКУЛЬСКИЙ, научный сотрудник и преподаватель Минской духовной академии им. святителя Кирилла Туровского.

Свет всегда возвращается к людям

В этом году Александр Лукашенко передал Турову воссозданную святыню — напрестольный Туровский крест, который восстанавливали по его поручению. 

Православная Пасха для жителей небольшого Турова в этом году стала особенной. 2 мая местный кафедральный собор посетил Александр Лукашенко. Президент передал в дар храму восстановленный напрестольный Туровский крест, который в XIII веке пропал вместе с храмом, разрушенным во время землетрясения.

Глава государства назвал Туров неисчерпаемым источником веры, духовности, мудрости и единства белорусского народа и отметил символичность того, что именно в день светлой Пасхи в главный православный храм города вернулась одна из сакральных святынь Беларуси:

— Добро и свет всегда возвращаются к людям. Даже через века. 

Известно, что храм, в котором крест хранился, был разрушен во время землетрясения в XIII веке. Спустя столетия на месте церкви во время археологических раскопок обнаружили четыре свинцовых медальона с ликами святых. Профессор Петр Лысенко, который вел раскопки, рискнул предположить, что медальоны могли быть расположены на Туровском воздвизальном (напрестольном) кресте. Несколько лет назад по инициативе Президента был создан художественный совет по восстановлению реликвии, работа над шедевром шла три года. Над крестом работали по средневековым технологиям в двух вариантах: один содержит частицу Честного и Животворящего Креста Господня и сейчас хранится в Турове. А его копия, сделанная для образования и просвещения, передана в музей Национальной академии наук.

Над восстановлением святыни трудились искусствовед Мария Нецветаева, член Белорусского союза художников Елена Андрющенко, ювелир Олег Ермолович. Творческая группа была удостоена премии «За духовное возрождение» по итогам 2020 года. Вручая высокую награду, Глава государства, обращаясь не только к творческому коллективу, сказал то, что стоит помнить каждому белорусу: жизнь такая короткая, так давайте не тратить ее на пустословие и разрушение.

https://www.sb.by/articles/turovskiy-sobor-razgrablennaya-sokrovishchnitsa.html